Девяносто девять дней в "Сантосе" - Юлия Поспешная

Костя куда-то ушел ненадолго, а через пару минут явился с коробкой свежей, ещё горячей пиццы.

— Вау, — ухмыльнувшись, протянула я и поправила полотенце на груди, — А это откуда? Я вроде бы недолго мылась…

— Хе, — хохотнул Костя. — Вообще-то ты там минут сорок плескалась!

Он поставил коробку с пиццей на небольшой столик, который обычно использовался для быстрых обеденных перерывов, ланчей и вечернего распития чая или чего-то более крепкого.

Я уселась на один из свободных стульев.

— За сорок минут можно доставить пиццу? — удивилась я.

Для Москвы это был бы рекорд! Бывало доставщика можно и все три часа дожидаться.

— По утренней то Анапе? — спросил в свою очередь Стрельцов. — Как на вертолёте! Тем более курьер мой одноклассник и хороший приятель.

— Пожалуй, с этого и стоило начать, — хихикнула я.

Мы приступили к трапезе. Я хоть и не любительница всяких пицц, гамбургеров, картошек-фри и прочей откровенно вредоносной пищи, сейчас я была совсем не против употребить нечто подобное. Оказалось, что после сегодняшних бурных приключений я ошеломительно голодна, а пицца пахла слишком уж аппетитно и выглядела крайне располагающе… Да и потом, когда мне ещё удастся употребить в пищу что-то подобное, не опасаясь, что об этом узнает моя мать? Каждый раз на тусовках с друзьями, когда был алкоголь, всякая снедь, среди которой бывали и пиццы, и бургеры, и суши, я вынуждена была оправдываться перед мамой и убеждать её, что несмотря на фото в Instagram моих подруг, я не ела ничего из выше перечисленного. Да, когда все пили вино, ликёр или мартини, я вынуждена была довольствоваться максимум шампанским. Да и то самым-самым легким. У меня не было никакой тяги и особого интереса к алкоголю, но сам факт такого жесткого ограничения всегда угнетал.

А сейчас… сейчас я могла себе позволить расслабиться.

С самодовольной безпричинной улыбкой на лице, я поглощала слегка перепеченную пиццу, смотрела в глаза посмеивающемуся Косте… и была счастлива, ёлки-палки! Вот так просто, без всего лоска, строгости и гипер-опеки в которой меня растили с пелёнок.

Однако, долго порадоваться жизни у нас не вышло. Время уже было к семи утра, когда мы услышали шум автомобиля, а через пару минут прямо в лодочный сарай «Логова Китов», где мы с Костей самозабвенно завтракали, вошла Инна.

Встретившись с ней взглядом, я перестала жевать, а заодно и дышать. На лице бывшей девушки Жарковского отразилось сперва удивление, затем откровенный шок, а через мгновение и вовсе убийственная, переполненная очевидной ядовитой ревностью, ненависть.

Её взгляд прошелся по моему полотенцу, глаза девушки едва ли кровью не налились, он вздернула нос и прошипела злобным голосом:

— Костя, чтоона здесь делает?!

Стрельцов быстро прокашлялся, вытер рот тыльной стороной ладони и встал из-за стола.

— Инна, ты забываешь, что это мастерская Игната, а Лана его племянница…

— Игната здесь нет! — рявкнул разъяренная Инна.

Её блекло-серые глаза продолжали резать и убивать меня переполненным ненавистью взглядом.

— Тем не менее, Инна теперь у него работает, — стараясь говорить сдержанно и мягко, ответил Костя.

Было видно, что поведение Инны вызывает у него неоднозначную реакцию: она заметно его раздражала, в то же время Костя не хотел ей грубить или, чтобы она обижалась.

— Серьёзно!? — Инна взмахнула головой, стряхивая с лица темную прядь волос с фиолетовым кончиком, и сложила руки на груди. — И давно?

— Со вчерашнего дня, — развел руками Костя и обезоруживающе дружелюбно улыбнулся Инне. — Решение Игната…

Инна метнула в него переполненный молниями презрения и ярости взгляд.

— А ты, вроде как, и рад? Да?!

— Инна…

— Ой, да пошли вы! — выплюнула она.

Круто развернувшись, девушка буквально выскочила из мастерской.

Костя было шагнул за ней, затем бросил осторожный взгляд на меня. Мне совсем не хотелось, чтобы он шёл за ней, но я не хотела, даже косвенно, быть причастной к какой-нибудь трагедии. А учитывая, что я знаю о прошлом Инны, вероятность подобного вполне высока.

— Думаю, стоит проследить, чтобы она ничего с собой не сделала, — нехотя, выдавив грустную улыбку, ответила я.

— Спасибо, — бросил Костя и выскочил следом за Инной.

Я закрыла глаза и вздохнула. Затем устало запрокинула голову.

А ведь я уж поверила в благодать прекрасного момента. Раненько расслабилась, чёрт побери…

В одиночестве я допила приготовленный Костей чай и доела свой скромный кусочек пиццы.

Я хотела было сменить полотенце на сухое — даже на юге утречком долго в мокром полотенце то не посидишь — и совершенно случайно, среди всего оборудования лодочного сарая обнаружила промышленный фен.

Это был один из немногих инструментов, название и функционал которого я знала. Благо, видела, как похожими штуками орудовали дедушка Клим и мои дяди. А они обожают, в свободное время, заниматься постоянным переустройством нашей дачи. Что ни лето, там такой стук, грохот и сверлёж стоит, что из нашего района уже четыре семьи съехали, к паучьей бабушке, от таких рьяных любителей ремонтов и строительства!

Воспользовавшись промышленным феном и как следует помучавшись с ним, я таки умудрилась ускорить сушку своей одежды. Переодевшись с видимым удовольствием, я уже хотела было отправиться посмотреть, что там происходит у Инны и Кости.

Возможно, это не совсем этично и вообще некрасиво, но всё-таки Костя теперь мой (и кое-кому с безвкусной покраской волос придется это признать), а значит у меня есть кое-какое право интересоваться подобными разговорами.

Но только я двинулась в сторону Кости и Инны, которые продолжали выяснять отношения, стоя вдалеке от «Логова Китов», как к пристани подъехал вишнёвый Jeep Cherokee дяди Игната.

Из него немедленно выбрались Игнат и Яна, которые тут же скорым шагом направились ко мне.

— Доброе у… — начала я.

— Я так понимаю, Лана, вас одних вообще оставлять нельзя, даже полсуток? — с сердитым ворчанием спросил меня дядя. — Мы только что от Тито.

— Не кричи, милый, — Яна погладила мужа по плечу. — Костя и Лана сами же не ищут себе всяких приключений.

— А вот выглядит всё именно так, — пробурчал Игнат и взял меня за руку. — Идём, Лана. Я хочу узнать всё, что случилось этой ночью. Всё до мельчайших подробностей! Если хоть треть того, что я узнал от Тито правда...

Он не договорил, только взволнованно вздохнул.

Мне ничего не оставалось, как рассказать им всё, с максимальными деталями, начиная с того момента, как Ростислав привёз меня в участок.

Дядя Игнат, сомкнув пальцы рук и прижав их к губам, сосредоточенно слушал меня, сидя в раскладном стуле. Рядом с ним, на пуфе, поджав