Требуется ходячее бедствие - Александра Логинова

– Послушай, – с надеждой вскинулась я. – А как ты смотришь на невинный и короткий амур, о котором славно помнить и хранить в тайне?

Мистер Эшфорт покраснел. Неожиданный румянец покрыл его гладко выбритые щеки. Ученый не знал, куда деть глаза от женской прямолинейности. Оказывается, мужчины способны покраснеть от откровенного намека и к сорока годам. Какая прелесть, ну просто мур-мур-мур.

– Чушь! Позорно спать с женщиной, которой ты не обещаешь будущего, – сердито отрезал он.

– Женщина не против.

– Тем более позорно. Мисс, как вы еще не вышли замуж с такими возмутительными нравами?

– Я хочу компенсацию за разбитое сердце.

– Просите что угодно! – выпалил он, резко вспомнив, кто здесь пострадавший котенок. На котят нельзя кричать, особенно если провинился перед ними.

Трепаться о любви посреди мрачного леса могут либо экстремалы, либо непрошибаемые тупицы. Я не относила себя ни к одной категории и внимательно наблюдала за тем, чтобы тени деревьев не стали гуще и чернее. Но все было спокойно. Согласитесь, очень странно для ужасного места, где госпожа Тьма подбирается к самому тракту и не боится лезть к деревням.

– Отведи меня на капище Тьмы. Расскажи, что случилось три года назад.

Казалось, ученый ждал этой просьбы. Обреченно кивнув, он помог мне счистить налипшую грязь с обуви и, почти не медля, взял курс на восток. Как и думала, капище давно стало безопасным – лорды многое отдали, чтобы изничтожить угрозу и замести за собой следы.

По пути я сделала вид, что забыла о сущей мелочи, и небрежно бросила:

– Ах да, лорд Янг уже готовит походную снедь и свой портал, чтобы отправиться к вортанам вместе с вами.

Глава 41

– Женюсь. Как свои унары получу, сразу женюсь.

Четверо охотников откровенно ухмыльнулись. Диего собирался жениться каждый год и неизменно пропивал кровные денежки в городском кабаке, угощая красавиц и друзей. Уже можно придумывать, как под шумок безвозвратно одолжить у него пару монет.

Остальные пятеро добродушно подняли деревянные кружки, желая мечтателю долгих лет семейной жизни.

Олей закусил пером зеленого лука. Он согласился на предложение маркграфа не только ради денег. Его давнее желание получить новый чин наконец-то может осуществиться. Милорд Эшфорт обещал ему рыцарство. Олей поморщился от боли в правой руке, покрутив ею из стороны в сторону. Под зажившим шрамом вспухла шишка.

– Тоже болит? – хмуро уточнил Лагур.

На его запястье торчала такая же выпуклость. Олей с отвращением потрогал пальцем каменный шарик, зашитый под кожу, и снова позавидовал другим.

Шеи охотников украшали веревки с прозрачными камнями-амулетами. Красиво, спору нет, но Олея немного подташнивало от мысли, что камень зашили прямо в него. Благо, что не в брюхо, как пугала лекарка. Четверо из отряда носили рдаг в себе, четверо – на себе, еще двое были измазаны мазью с порошком из рдага поверх тел, отчего переливались на солнце и получили обидное прозвище «принцессы».

– Переживу, – буркнул он.

Отряд бросил кости прямо в лесу, на границе между летней поляной, усыпанной лютиками, и сочной темно-зеленой травой, настолько густой, что пальцы путались в ней как в свалянной собачьей шерсти.

За ними наблюдали. В ста метрах севернее спешились аристократы, все трое нанимателей, умудрившихся проехать сквозь непролазную чащу на гнедых лошадях. Повсюду торчали мощные корневища деревьев и чавкали мокрые овраги. Олей невольно задумался, как их сиятельства смогли ехать конными будто по ровному тракту.

Денщик издали увидел отблеск подзорной трубы, в которую за ними пристально следили, и хмуро потер горящий затылок. Скверно, как шуты на ярмарке.

– Как на эшафоте, – внезапно ляпнул молоденький бортник, отрастивший первые усишки. Его острый глаз тоже заметил наблюдателей.

– Рот закрой, – миролюбиво сказал старший охотник с разбойничьей рожей. Пока миролюбиво.

Олей мрачно допил вино. Эти четверо бандитов меньше всего походили на честных добытчиков, скорее, на наймитов, зовущих разбой «охотой». Тьма знает, где лорды их откопали.

«Зря Тьму помянул», – обругал он себя, опрокинув остатки из бутылки в кружку.

– Не указывай, – пристыжено надулся бортник.

В отличие от большинства соотрядовцев денщик прекрасно знал, что их может ждать в мрачном лесу. В Сольвике с младых ногтей учили не соваться в лес по одиночке дальше избушки лесника, стоящей за Яром, – соседним хутором, поделенным между пятью крепкими крестьянскими семьями.

Всё во благо родины, убежденно подумал Олей. Приятные картины стальных доспехов и прекрасных дам грели его душу, уже познавшую рыцарство «снизу» – с позиции жалкого подручного, к тому же, казенного. Будет славно узнать рыцарство изнутри, например, жизнь его баронета, вассала маркграфа. Тот обжирался свининой, пил ячменное пиво и думать не думал о конном седле последний год. Олея приставили к нему с равнодушной неотвратимостью, затолкав в услужение к трусоватому лентяю, – возможностью отличиться и не пахло. Когда он служил в королевской армии было еще хуже, поэтому сейчас денщик утешался удачей, пойманной обеими руками.

– А тебе что посулили? – проницательно спросил главарь охотников.

– Деньги, – сухо ответил он.

– Много?

– Много.

Говорить о себе он был не намерен. Дома осталась тайна – семья, которую Олей сумел скрыть при поступлении на службу. Холостых брали охотнее, отправляли их в походы и на штурмы, где можно было поживиться с поля боя. Когда к нему заявился сам лорд де Йонг и сухо предложил стать членом экспедиции, Олей снова порадовался своей хитрости. Семейных в отряд не брали.

Будущий маркграф Винсент разрешил взять с собой столько вина, сколько смогут унести. Денщик было насторожился, но лорд с насмешливой улыбкой сказал, что подвоха нет, бери в счет графской казны. Сейчас подвох был как на ладони – пойло отчего-то не лезло в горло.

«Вы же его вытащите?» – нервничал Олей, глядя на ровные швы, залатавшие рану. В пустом взгляде старой Космеи ему почудилась потусторонняя сила.

Вытащат, куда они денутся. Денщик чуял, что затеянная благородными авантюра была далека от нормальной. Кто станет столько платить и держать в строжайшей секретности обычную вылазку в лес? Значит, по возвращении это можно использовать, если аристократы