Жена герцога-палача хочет развода - Мария Ливи

Вы... — повисла долгая и мучительная для всех пауза. Я так и не разогнулась, было тяжко балансировать в этом положении. Но необходимо. — Достойны того, чтобы называться герцогиней, даже будучи не столь родовитой, как хотел бы один мой «бывший» приятель. Что ж, я сделаю для вас подарок получше. Отменю это наказание для Вивьен Кенри. Вы не против, герцог Торн, снимаете обвинения с этой несчастной девицы?

— Если того требует моя жена, — послышался за моей спиной голос Магнуса, — и Ваше Величество, я снимаю все вышеперечисленные обвинения с Вивьен Кенри. Но с Уильяма Блэйка — ни в коей мере.

И я выдохнула, чуть не упав. Он обнял меня легонько за плечи, помогая подняться. Колени тряслись от усталости.

Король расплылся в улыбке.

— Умеете вы удивлять «великодушием» Торнов, герцог. — Повернувшись к судье Лугласу, он и у него поинтересовался как можно громче: — А вы что скажете, друг мой Луглас?

Судья Луглас не торопясь развернул свиток.

— Что ж, по закону воровство карается отсечением левой руки у простого люда, малоизвестных родов и родов, лишившихся благосклонности Короны, — медленно, смакуя каждое слово, произнёс Луглас. — Но поскольку Джеймс Кенри взял ответ за содеянное в стенах Торнхауса и заключил брак до оглашения приговора, дав Вивьен Блэйк имя своего рода. К слову, замеченного в игровых домах, что не является тяжким грехом до определённого момента, то приговор может быть смягчён до... — он прищурился. — Десяти ударов плетью на публике, чтобы было неповадно. Муж выбирает ширину инструмента.

Этот позор, как девушка знатного дома, потерявшего всё в один миг, Вивьен не переживёт.

— А касаемо Блэйка — пожизненное! — произнёс Король.

* * *

Сидя в карете, лорд Эшфорд грустно усмехнулся, произнеся:

— Что за ирония судьбы.

— Не думаю, что это ирония, — ответил я. Мэриэн слишком утомилась и посапывала у меня на плече. — Скорее настоящее справедливое правосудие, которое должно было пасть на Блэйков когда-нибудь.

— Может, вы и правы. Куда же сейчас отправитесь, герцог Торн?

— Нас заждались на севере. Мод, наверняка, с ума сходит, рвёт на себе седые волосы.

— О, вы уже хорошо знакомы. Была она хороша в свои молодые годы, я тому свидетель. Характерная служанка. Даже покойного деда Мэриэн строила. Тот был, скажем так, не против. Вы, к слову, готовы к отплытию?

— Через дня два-три. Не хотите ли побывать на севере?

А почему бы нет. Надо бы и вправду сменить обстановку.

92 ГЛАВА

Стены замка оживились, стоило гонцу сообщить, что к пристани у талых вод наконец пришвартовался корабль герцога и герцогини Торн.

— Быстрее, быстрее! — подгоняла всех, кого только видела лениво стоящим как столб, Мод. Старушка уже потеряла надежду на добрый исход. Что-то в сердце, наученном горьким опытом, подсказывало — на долю её госпожи выпало немало испытаний. В её-то положении. Мод молилась ежечасно всем богам-покровителям южан за здравие своей юной и такой отчаянной, как и её матушка в юности, леди. — Всё должно быть идеально к прибытию хозяев. Сколько свиней и барашков заколото к пиру?

— Их не счесть, Мод. — проворчала главная кухарка Герда, проходя мимо взволнованной «курицы» в холодильную, где и хранились запасы еды. — Будет вам! Мы встречаем наших хозяев, а не собираемся кормить их как скот, который днём позже отправят на убой, дорогуша. Леди Мэриэн ждёт дитя, да и только. А ест, как и положено леди — птичкой. Будьте разумны и не трепыхайтесь от волнения. Мы тут все как на иголках. Никто ж толком не знает, что там в столице произошло. Но одно нам известно точно: раз господа вернулись невредимыми и с гостями — никто их там ни в чём ужасном не обвинил и на кол не посадил.

— Знать бы, что за гость... — выдохнула Мод, присев на скамью подле стола, где разделывали дичь.

— Так знамо. Южанин он. Пожилого вида джентльмен, седой, как снег, да глаза столь же голубы, как и у нашей госпожи. — прищурилась Герда, смотря, как меняется выражение лица Мод.

— Лорд Эшфорд?..

— Видать, он и есть. — улыбнулась Герда.

— Прибыли! — послышался крик одного из слуг. — Хозяева прибыли домой!

* * *

— Вижу, ты уже обжилась на севере, — улыбнулся отец, оглядывая суетящихся вокруг нагруженной кареты слуг. — Тяжко пришлось в начале?

— Я быстро привыкла. И люди тут хоть и суровы, но с добрыми и большими сердцами. Таких на юге не найти. — ответила я. — Думаю, тебе придётся по душе это место. Магнус сказал, что ты решил остаться до весны.

— Не могу же я пропустить рождение первенца герцога Торна и моего внука. Твоя матушка и брат были бы безмерно рады.

* * *

В начале лета, когда в горах во всю шло цветение, в замке начался переполох. Рождение первенца пришлось на утро воскресенья, когда мужчины отправились на первую большую охоту за головой оленя во главе с Магнусом в компании моего отца.

Впервые в жизни мне было страшнее, чем там — на лобном месте. Сквозь боль, слёзы, треск собственных костей я молилась о том, чтобы появление нашего ребёнка на свет было благостным и без потерь. До весны уж насмотрелась на женщин, что были на сносях. Вопреки возражениям мужа, ходила вместе с нашей лекаркой по домам наших жителей и воочию видела, что меня ждёт.

Думала — так будет спокойнее, знать всё. Но нет. Моё время пришло, как и у всех, внезапно. Никто не ждёт, откладывая роды мысленно. Успокаивала себя: ну, наверное, на неделю позже срока. Но...

Воды отошли прямо во время трапезы. Живот потянуло, начались несильные, но первые схватки. А сейчас...

Я лежала на кровати, чуть ли не в бреду цепляясь за верёвки.

— Полотно и воду! — приказала повитуха. — Ещё раз. Госпожа, тужьтесь!

— Не могу... — и это было чистой правдой. Из меня высосали буквально все силы, что были, но не сделай я этого...

— Надо!

— Ааа!!!

ЭПИЛОГ

Первый крик младенца в душной, растопленной до предела комнате стал для меня самым счастливым мгновением жизни. В бессилии упав на подушки, я протянула руки к нему. Или к ней.

Такой маленький и хрупкий. Даже в тряпице, которой был наскоро обёрнут. Сил говорить не было. Элементарное «дайте» вылетело неразборчивым хриплым стоном. В горле всё пересохло от криков, которые слышал весь замок. А время клонилось к ночи. Магнус наверняка в полевом лагере в горах. Вернётся, а тут такая новость.

— Какая милая девочка, — улыбнулась лекарка, протягивая мне живой агукающий свёрток. — Только на свет появилась,