Один неверный шаг - Оливия Хейл

Сосредоточенность на работе — единственное, что поддерживает во мне жизнь с тех пор, как ушла из таунхауса Нейта. Я с головой ушла в дела и приветствовала любую возможность отвлечься от собственных мыслей.

Ко мне подходит Итан. Весь вечер он был неуловимой мишенью: разговаривал с гостями, следил за тем, чтобы клиенты, которые регулярно покупают картины, были довольны и чувствовали себя особенными. В руке у него бокал шампанского, из которого, насколько могу судить, он за два часа не отпил ни глотка. Умный ход.

— Все идет хорошо, — говорит он.

Я киваю.

— Да. Думаю, у нас уже есть несколько соглашений о покупке.

— Да, есть. Большая скульптура Джексона Барна продана.

— Правда?

— Да. И очень вовремя, — говорит он, и мы оба посмеиваемся. Эта работа не только слегка пугающая, но и настолько огромная, что занимает половину Западного зала галереи. — Я нигде не видел Натаниэля Коннована, — замечает он. — Несмотря на то, что он был подтвержден в списке гостей.

Я оглядываю собравшихся меценатов.

— Да, он планировал прийти, но дела помешали появиться. Я получила сообщение всего несколько часов назад.

Ложь легко слетает с языка. Интересно, не у Нейта ли этому научилась? Ложным впечатлениям и всему такому.

Итан кивает.

— Дела часто мешают. Что ж, надеюсь, вы дали ему понять, что мы будем рады устроить частный тур в любое время.

— Да, конечно. Он всегда заинтересован в покупке искусства.

— Тот тип клиента, который нам нравится, — говорит Итан. Его голос сегодня теплее, чем я когда-либо слышала. Хотя все такой же лаконичный и резкий. — Харпер, вы здесь уже почти три месяца.

— Первого июля будет ровно три.

— Срок вашей стажировки в качестве младшего специалиста — пять месяцев, но хочу, чтобы вы знали... Мы уже начали рассматривать возможность предложить вам постоянное место в команде.

Эти слова возвращают мне почву под ногами. Постоянная работа. Остаться в Лондоне.

Я думала о том, как быстро летит время, и обнаружила, что еще не готова уезжать. Приключение здесь еще не закончено.

— Спасибо. Я очень это ценю.

— Значит, вам это было бы интересно?

— Определенно.

Он издает негромкое хмыканье.

— Отлично. Вы с Адьей — сплоченная команда, и проявили себя на этом вечере.

— Мне безмерно нравится работа здесь.

— Я вижу, Харпер. Вижу, — он улыбается и кивает мне, а затем исчезает в толпе, снова смешиваясь с гостями. Всегда в движении.

Я делаю долгий, медленный глоток шампанского.

Вечеринка проходит успешно. У меня появились новые друзья в этом городе. Шанс на постоянную работу. А вчера вечером, после двухчасовых поисков, даже наметила три просмотра новых квартир для аренды.

Жизнь хороша. Жизнь должна быть хорошей.

Но я не могу избавиться от чувства печали.

Когда мероприятие заканчивается, Адья комментирует мое настроение. Она весь день ничего не говорила, но явно заметила. Голос звучал мягко, когда начала задавать наводящие вопросы, пока мы закрывали галерею и начинали уборку.

— И я слышала, что тебе могут предложить постоянную должность?

— Хорошие новости разлетаются быстро, — говорю я.

Она пожимает плечами, дотягиваясь до очередной пустой бутылки шампанского.

— Это так. Все воодушевлены такой возможностью. Знаешь, ты всех здесь очаровала.

Это заставляет меня улыбнуться.

— Мне правда очень нравится это место.

— Пожалуйста, останься, — говорит она. — Терпеть не могу необходимость обучать очередного младшего стажера.

Мои глаза расширяются.

— Это потому, что мое обучение отняло много времени, да?

Адья смеется.

— Боже, да, у тебя была тысяча вопросов! — говорит она. — Нет-нет, ты с самого начала была эффективной. Так бывает не всегда.

— Я бы хотела остаться. Наверное. Просто сейчас все сложно с... ну, сама понимаешь.

Она кивает.

— Ага.

Я не рассказала всего. Но достаточно.

— Хотя обожаю этот город. Я бы с удовольствием осталась хотя бы на целый год. К тому же он близко к другим местам в Европе, которые могла бы посетить. Я и не подозревала, сколько прямых рейсов из Хитроу или Станстеда. Вы здесь совсем избалованы.

Адья снова смеется.

— География, детка.

— Мне нужно выбраться куда-нибудь.

— Ты была в Париже буквально вчера.

— Да, и это только разожгло аппетит, — говорю я, хватая один из складных стульев, которые мы арендовали для мероприятия. Складываю его и прислоняю к стене. Уборщики справятся с основной частью работы на выходных, но нужно убедиться, что все готово к их приходу.

— Ты собираешься его простить? — спрашивает Адья. Она ставит большой коричневый бумажный пакет с пятью пустыми бутылками из-под шампанского, и стекло издает зловещий звон.

Я вздыхаю.

— Может быть. Я думаю... Дело в том, что я могу понять, почему он считал, что в этом поступке нет ничего особенного. Хотел как лучше, и я это знаю. Знаю, что он совсем не похож на бывшего. Но должен был понимать, что для меня это станет серьезной проблемой. Особенно сейчас, когда пытаюсь разобраться в жизни.

— Я это понимаю, — говорит она.

— Прошлые отношения меня душили. Бывший всегда действовал за спиной, принимал решения о деньгах и устанавливал правила игры. Он ожидал, что я просто буду со всем соглашаться или, что еще хуже, буду благодарна. В этом всем я потеряла себя, и больше никогда не хочу потерять себя снова.

Адья упирает руки в бока.

— Он требовал благодарности?

— Да. И нельзя сказать, что я не была благодарна, но когда кто-то покупает тебе вещь, о которой никогда не просила, а потом размахивает ею как оружием...

— Ладно, звучит ужасно, — говорит она. — Какой вообще смысл встречаться с богачом, если он ведет себя подобным образом?

У меня вырывается удивленный смешок. Она поворачивается, невинно моргая.

— Что?

— Обожаю, когда ты говоришь самые дикие вещи с абсолютно серьезным лицом.

Улыбка кривит ее накрашенные красным губы.

— Нужно заставлять людей гадать.

— Ты в этом мастер.

В итоге мы покидаем галерею около полуночи, заперев все и поставив на сигнализацию. Я иду к отелю, в котором остановилась. Довольно дорогой, но абсолютно необходимый отель — к счастью, близко к работе.

Последние два вечера, возвращаясь «домой», я замуровывала себя в номере и лежала пластом на мягкой кровати, пересматривая старые серии «Друзей». Заказывала еду на вынос и отчаянно пыталась ни о чем не думать.

Особенно о грядущих днях.

У меня заканчивается одежда. Я собрала лишь маленькую сумку, причем в спешке. Большая часть вещей все еще в таунхаусе Нейта. В комнате, которую уже какое-то время считала своей.

Сегодня мне удается зайти в гостиничный номер до того, как упадет первая слеза. Это не первый раз, когда