Старый рудник для брошенной жены - Алена Ягинская

***

Роланд не донимал меня разговорами, не умолял о прощении, не просил дать ему второй шанс, как сделал бы это Николай. Ни разу милорд не дал мне понять, что я без него не справлюсь, что всё держится на нем и что он имеет право на что-то претендовать, как сделал бы это, к примеру, мой отец из прошлой жизни.

Он просто был рядом. Объяснял мне, что такое источник и как работает моя магия как его хозяйки. Не учил, но подсказывал и направлял.

Не лез в хозяйственные дела, но часто разговаривал с работниками, выясняя у них положение дел и расспрашивая, как обстояли дела до моего приезда. Сначала я обижалась, мне казалось, что он делает это, чтобы найти недостатки в моей работе и ткнуть меня в них носом. Молча дулась, не зная, как сказать ему, что мне не нравится его интерес к моим делам. Но Роланд сам начал разговор:

— Александра, у меня есть предположения, кто стоит за тем, что происходит вокруг, но мне нужны хоть какие-то зацепки. Ты не помнишь своей жизни до покушения, поэтому я опрашиваю тех, кто может дать нужную информацию.

— Я могу попросить Вольдемара, он менталист, пусть поможет мне вспомнить, — предложила я.

— Не стоит, Саша. Я боюсь, что эти воспоминания могут быть болезненны для тебя. Я справлюсь, обещаю.

— Роланд, я не понимаю, почему ты возишься со мной. Разве у тебя нет дел в столице? И как же эльфы? Вдруг пойдут и взорвут горы на границе?

— Мы поговорили с лордом Горпином, я высказал ему свои соображения по этому поводу, в данный момент они проводят проверку. Пока она не закончится, мне лучше быть рядом с тобой.

— Ты так говоришь, будто мне что-то угрожает, — напряглась я.

Он промолчал, только пожал плечами. А я разозлилась. Никакой определенности, как в таких условиях можно нормально жить?

— Роланд, — сказала я. — Так не может продолжаться. Нам надо поговорить.

Он сидел напротив, допивал чай. Смотрел в окно, на звёзды. Чужие, непривычные. Я так и не привыкла к ним и с каждым днём всё чаще сравнивала свою жизнь тут и там. Здесь я в принципе сделала всё, что могла. Может, мне уже пора обратно? Вроде ко мне все относятся хорошо, но всё равно чувствую себя чужой. Будто чего-то не хватает. Чего-то, ради чего стоит остаться.

— Я найду того, кто за этим стоит, Саша, — спокойно сказал он.

— Да я не об этом, Роланд! Я понимаю, что Селиана — пешка. Альбрехт и Толендорф — наёмники. Кто-то должен был их нанять. Кто-то, кто хотел получить мои рудники. Или то, что под ними. Но мне всё равно, кто это.

Роланд поставил кружку. Помолчал.

— Тогда что беспокоит тебя на самом деле?

— Ты! — выпалила я.

Он склонил голову и молча приподнял брови.

— Я не понимаю, почему ты тут. Зачем. И когда уедешь, — не очень связно выдала я.

— Ты гонишь меня?

— Нет! Просто… Я не знаю, как сказать. Я боюсь, что привыкну к тебе, к твоей заботе и помощи, а потом ты уедешь, и мне будет тяжело принять это.

— А ты не хочешь, чтобы я уезжал? — прищурился.

Разозлилась снова: да как же он не понимает?!

— Я хочу определенности, — процедила я. — Ты вообще-то хотел со мной развестись. Хочу знать, когда я снова стану свободной женщиной!

— Саша, я не собираюсь разводиться. Меня всё устраивает. У меня умная, красивая жена, которой благоволит король, которую обожают и боготворят гномы и с которой готовы считаться эльфы. При этом она еще и хозяйка источника и ценных рудников. Я же не дурак отказываться от такого, как бы ты сказала, «профита».

— Не думала, что ты настолько меркантильный, Роланд, — я была, мягко говоря, слегка ошарашена его словами.

Наверное, потому что на другое надеялась. Он всегда был таким… удобным. И как-то уже вошел в мою жизнь. Хотелось, чтобы сказал, что любит, ценит, остается. Чтобы пообещал, что будет рядом, что поможет, защитит… А он: «Устраивает»!

— Ты обиделась, — заметил он. Не спросил — констатировал.

— Ничего подобного, — фыркнула я, вставая из-за стола и отворачиваясь. Занялась чаем и чашками, чтобы не смотреть на него, но не выдержала: — Просто думала, что между нами есть хоть что-то, кроме взаимной выгоды.

— Есть, — тихо сказал он. — Но я не буду это озвучивать. Потому что ты не готова это услышать.

Повернулась:

— Это ещё почему?

— Потому что ты сама себе боишься в этом признаться, — сказал он. — А я не хочу тебя пугать.

Я открыла рот, чтобы возразить, — и не нашла слов. Потому что он был прав.

— Ладно, — сдалась я. — Допустим. И что теперь?

— А теперь я озвучил тебе свою позицию, и у тебя есть время привыкнуть и смириться, что у тебя есть муж. И дать ему возможность для начала защитить тебя от чужих посягательств.

Фыркнула снова. Тоже мне «муж». От чужих посягательств он защищать меня собрался. А может, мне хочется, чтобы хоть кто-нибудь на меня начал посягать?

— Что ты собираешься делать? — спросила, меняя ему чашку с чаем, его всё равно остыл.

— Сначала найти преступников, а потом… — он взял меня за руку и осторожно, словно боясь спугнуть, притянул к себе на колени, — …начнем всё заново. Как ты относишься к детям?

Не, нормально? Вот так вот с ходу такие вопросы задавать?

— Хорошо отношусь, — с вызовом сказала я. — Всегда хотела не меньше трех иметь. Может, прямо сейчас приступим?

Эпилог

Преступников Роланд нашел, и это оказался не один человек. Но в чем я не ошиблась — интерес действительно вызвала моя земля.

— У тебя под ногами, Саша, не просто земля, соль и горючий камень, — объяснял Роланд, вернувшись из очередной поездки. — Там находится источник магии, хозяйкой которого ты стала.

Я, как и раньше, когда в доме было полно чужого народа, а мне хотелось побыть немного наедине с собой, накрывала нам в кухне. Варлея, которая была моей правой рукой, не возражала и тактично удалялась в такие моменты, оставляя нас с мужем вдвоем. Впрочем, кроме