Графиня Справедливая - Галина Дмитриевна Гончарова

Тогда помощь не пришла.

Сейчас они успели — и ноша стала чуточку полегче. Она никогда не исчезнет, такое не изживешь и не забудешь. Это с Митчеллом на всю жизнь останется. Но если удается качнуть весы в другую сторону, становится легче. Хотя бы немного.

И Варя сидела, и слушала, и подливала ему вино, и когда бедняга уснул, где сидел, позвала слуг, чтобы те перенесли его в комнату.

Она будет молчать.

Если завтра Митчелл вспомнит, о чем говорил, и сам скажет — она ответит. А если будет молчать…

Она тоже ничего не знает и не помнит. Есть раны, которые и так не заживут, не надо в них палочкой тыкать. Это — больно.

* * *

Пока не было Вари, ее семья тоже даром времени не теряла. Не успела барыня отдохнуть, как пришлось отправляться на примерку. В столицу ж ехать! А как туда — в штанах явиться?

— Отлично! Дашенька, ты — чудо. Я об этом уже говорила?

— Говорила, но я и еще раз послушаю, — улыбнулась Даша.

— Слушай. Ты — чудо и сокровище!

— Дашенька, я так рада, что ты у нас есть! — Наташа звонко чмокнула женщину в щеку.

— И я рада, — поддержала Шарлотта. Целоваться не стала, но глаза блестели ярко-ярко.

Даша действительно сделала маленькое чудо.

Можно ли сшить придворные и выходные платья буквально за пару недель? Да не одно, а сразу три?

Можно.

Варе безумно шло выходное платье из синего шелка. Вроде бы глухое и закрытое, оно не вызовет раздражения у других женщин, но своя изюминка в нем есть.

И рукава-буфы, и манжеты на пуговицах, отделанные кружевом, и сочетание темно-синего и льдисто-голубого цветов, и накладной воротник, который Даша даже пришивать не стала — заколоть его брошью, и будет просто отлично. Платье темное, солидное и достойное. Но вот эти вставки, словно сполохи в ночи, разбавляют его, придают свою изюминку.

А когда надоест, можно их поменять на вставки другого цвета. На алый, к примеру. Или золотой.

Длинные манжеты аккуратно отпарываются, если надо. Пара бантов — и вот уже перед вами совершенно другое платье. Раз уж пришлось такое пошить — пусть оно будет функциональным.

Это Варя сама придумала, она ж не миллионерша, чтобы бешеные деньги выбрасывать… хотя нет! Она как раз — миллионерша. Но деньги она и так найдет, куда потратить.

И придворное платье, в котором и перед императрицей появиться не стыдно. Из алого шелка, бархат — это явный перебор, он тяжелый. Поди, потаскай его на себе! Варя на такой героизм не способна!

Тут Даша сделала отдельно платье — и отдельно жакет.

Платье — пышная юбка алого цвета с черной нижней юбкой, с отделкой черным кружевом и бантами. Лиф, тоже отделан черным кружевом, и один бант на плече.

Черный, сколот заколкой с алым камнем в форме сердца. Черный — мрачно?

Нет. Даша подобрала такой оттенок алого, что черный казался скорее, элегантным. Он чуточку приглушал яркий и счастливый оттенок, подчеркивал белизну кожи, а если надеть сверху жакет — это уже не придворное платье. Поменять пышную юбку на более скромную, и носи — хоть куда.

Наташе и Шарлотте тоже были сшиты по два платья из шелка.

Наташе — голубое и желтое.

Шарлотте — светло-сиреневое и розовое.

Причем платья девочек ничем не напоминали взрослые. Даша это согласовала с Варей, и одела обеих девочек в стиле «ампир».

У обеих легкие, летящие силуэты, у одного платья рукав — колокол, у второго — бабочка. Аккуратный вырез, у одного платья круглый, у второго квадратный, едва открывающий ключицы, отделка кружевом и бантами. Правда, тут Даша чуточку тоже похулиганила, и платья холодных тонов отделала белым кружевом и белыми бантами, а теплых тонов — серебристым. Понадобится?

Можно легко поменять и отделку, и банты, дело минуты.

И болеро белого цвета с серебряной отделкой. Хочешь туда одевай, хочешь — сюда.

Скромно, изящно, аккуратно, удивительно свежо и со вкусом.

А что ж не шить, когда мерки есть, лекала есть, бери, крои да шей! Красота, да и только! Обмерить, перенести все чертежи на газету с нее на ткань, раскроить начерно сшить, примерить.

А там уж и начисто шить.

Вторая примерка, окончательная шлифовка — и носи, радуйся.

Девочки радовались. Фигуры у них были не очень похожи, Наташа более фигуристая, Шарлотта легче и изящней, но фасон подходил им обеим. А впрочем, кому ампир не подходит?

— Дашенька, а ты?

— Себе я тоже раскроила, — Даша кивнула на волну розового шелка, которая стекала со стола. — По дороге и сошью.

— Вместе шить будем, — решила Варя.

— А я банты отлично делаю, — похвасталась Шарлотта.

— У нее прекрасно получается, такие складки воздушные! Я стараюсь, но у меня хуже, — поддержала Наташа. — Мне с кружевом легче.

Варя подумала, что надо будет ввести кружевные вставки, и вообще…

В России такие кружева шикарные! Кто понимает… вологодское, елецкое, вятское, михайловское… увидишь — глаз не оторвешь! А на платье его пришить, так и вообще!

В семнадцатом веке модно было, сейчас подзабылось, но ничего, можно новую моду ввести! Варя даже облизнулась от предвкушения, руки так и потянулись к блокноту с эскизами.

Нарисовать!

И побольше, побольше!

И кстати!

Адаптировать сразу несколько фасонов под императрицу! Какая женщина не мечтает о новых платьях?

Даешь модные журналы в восемнадцатом веке!

А Шарлотта молодец. Гордится уже не своим статусом, а своим умением. И это хорошо.

Вот она — революция. Принцессой можешь ты не быть, но прокормить себя обязан! Обязана.

И Варя от души обняла всех троих.

Семья. Может, и чуточку странная, но ее, родная и любимая. И любящая. А это — главное.

* * *

— Барыня,тут такое дело…

Гриша мялся и жался, выглядел откровенно растерянным. Варя даже удивилась, вот уж кому-кому, но Грише такое не свойственно! Тот еще пройдоха!

— Гриша,что случилось? Летиция?

— Нет,барыня, что вы! Тут другое…

— Фуууу… так. Все живы?

— Да.

— Здоровы?

— Да.

— Тогда не переживай, любую беду избудем. Рассказывай.

Гриша явно приободрился, а там и рассказ завел.

Варя собиралась строить фабрику.Понятно, ей нужны свои люди, вот Гриша и принялся похаживать по Москве. Там разговор, тут сплетня…

Ему нужны были отставники.

Кого он сам знал, о ком рассказали, кого проверить удалось. Так-то люди подбираются, и вот — вышел на Гришу