Улыбайтесь - вы в Египте! - Елена Серебрякова

— Чего все мелькают? — недоуменно спрашивал не принимающий участия в общем деле Херрит. — Какие проблемы?

— Ножницы у тебя есть? — вякнула из-под стола косая Милка.

— Нет, — промямлил голландец. — Тут вот какие-то лежат…

Все посмотрели на палец Херрита, указывающий на стол, под которым Мила искала ножницы: там, на самом видном месте, сиротливо валялся маникюрный набор.

Радостно завладев инструментом, Милка проверила остроту и важно пробасила:

— Ну-с? Начнем!

— Погодите, погодите! — заволновался Херушка, но ему объяснили, что отрезание кончиков — дело пятиминутное.

— Ты и заметить не успеешь, как уже все!

— А наш спор? — обратился он к Миле. — Мы никогда не узнаем, кто выиграл…

— Соединим оба мероприятия в одно! — улыбнулась она. — Где тут мой стакан с баккарди?

— Вот! — подмигивая Лане и Мухаммеду, подала воду Иринка и Мила торжественно произнесла:

— За красоту!

Херушка расслабился и стал узнавать у Ланы секреты ухода за волосами цвета «блонди»…

Вообще-то с самого начала вечера он пытался разговаривать, сидеть рядом и оказывать знаки внимания именно Лане, а не Милке. Мила решила не отступать. Не отступала весь вечер, но так как перед Херритом нарисовалась, сама того не желая, ее подруга детства, а Милка покинула поле зрения, занимаясь парикмахерскими делами, Херушка вспомнил, кто ему нравится… Мила злилась, кусала губы и частила со свои «Прозт!», как автомат Калашникова, стараясь отвлечь кандидата от Ланки.

— У меня складывается впечатление, что ты пьешь воду, — подозрительно прищурился Херрит на десятом «Прозт!» за последние пять минут.

— Ты что?! Сам же разливал! — недоумевала Мила. — На! Глотни из моего стакана!

— И глотну! — согласился заподозривший обман Херушка. — Чистота эксперимента должна соблюдаться.

Троица неучаствующих в эксперименте резко обнаружила что-то интересное на потолке и полу, а Милка, пока Херрит глотал из ее стакана, ждала извинений, гордо уперев руки в боки.

— Ну? — нетерпеливо спросила она.

Херушка виновато опустил глаза:

— Баккарди…

— Вот так вот! — довольно хмыкнула Мила и принялась за пышные Херритовские локоны с удвоенными силами.

Троица переглянулась, Мухаммед округлил глаза, Лана пожала плечиками, а Иринка тихо прошептала:

— Оба готовы. Пора заканчивать заседание. Пошли Нонку забирать.

Нонка, распластавшись на столе, мило храпела. В правой руке была зажата пустая бутыль из-под виски, а в левой — пикала короткими гудками телефонная трубка.

— Доп…делась девушка…

— Нонк! Поднимайся, домой пошли!

Храп прекратился и открылся один Нонкин глаз:

— Погодите, я еще не все сказала…

— Дома продолжишь. Там тоже есть телефон, — твердо приказала Ирина, вытягивая бутылку и телефонную трубку из рук.

Нонна собралась с силами и встала.

— Дойти до дома сможешь?

— Ха! У меня автопилот!

— Автопилот, по-моему, тоже пьян в зюзю, — молвила Ирусик и собралась взвалить лидера коллектива на горб, но тут очень кстати на террасу поднялся Ебейд, возвращавшийся с обхода.

Девочки обрадовались:

— Друг! Как ты вовремя! — и повесили на него Нонкину тушу.

В офисе дайвинг-центра стояла грустная тишина, прерываемая только щелканьем ножниц. Мухаммед мирно прислонился к стене и дрых. Херрит, разморившись от Милкиного шебуршания в волосах, успокоился там же, где сидел, положив голову рядом с недопитым стаканом. Одна только Мила была еще жива и все работала и работала… Не то у Херушки оказалось секущихся кончиков намного больше, чем предполагалось, не то у всех задвоилось в глазах и куча светлых локонов на полу казалась огромной.

— Может, хватит, секатор ты наш? — устало спросила Ирусик.

— Ой! Здесь вообще кошмар, что творится! — Указала Мила на затылок Херрита. — Никак ровно не получается. Он еще и заснул в неудобной для меня позе…

— Заканчивай, а то он отсюда лысым выйдет.

Висящая на Ебейде Нонна возразила:

— Этот не выйдет. Надо транспортировать… — и, обнаружив, что ее поддерживает не охваченный вниманием индивид, кокетливо пролепетала:

— Ебейдушка, а вы и есть представитель потомков фараонов?

— Кого? — попытался было вникнуть Ебейд, но Лана махнула рукой и прошептала: «Девушка сейчас не в себе…»

— Видно, у нас судьба здесь такая: всех таскать, — согласилась с Нонкиным заключением насчет Херрита Иринка. — Муха, подъем!!! Ебейд Иваныч, ты с Милой и Нонной до дома пойдешь, а мы с Ланкой и Мухаммедом Херрита до номера дотащим. Какой у него номер комнаты?

— Где-то я уже это слышала… — вернулось сознание к Нонне, и она закатила глаза в потолок, припоминая где.

Херрит, пока специально для него ремонтировалась комната в корпусе контрактников, жил в гостевом номере главного здания отеля «Солнечный берег».

— Понятия не имею, какой у него номер… — пожала плечами Лана.

— Вспомнила! После этой фразы должна быть песня, — сильно покачиваясь, обрадовалась Нонка и громко затянула своим хриплым басом:

— И никто-о-о не узна-а-а-ет, где моги-и-и-лка моя…

— У него же ключи в штанах! Помню, звякало что-то! — вдруг озарило Милку, и Нонна, несмотря на тяжелую степень опьянения, среагировала моментально:

— О! Ты уже и в штаны залезла? И кто-о-о его знает, чего-о-о-о он… Ебейд, а давай споем дуэтом? Нашу фараоновскую…

— Дура! — обиженно фыркнула Милка и полезла ощупывать Херушкины карманы.

— Комната 303! — через минуту радостно подпрыгнула она, звеня ключами, и все зашевелились: Ирина убирала волосы с пола, Лана мыла стаканы и выкидывала бутылки, Мухаммед закрывал окна, а Ебейд пытался выдавливать из себя странные звуки, не желая обижать Нонну отказом на просьбу спеть вместе.

— Ну, двинули! — наконец скомандовала Ирина и они двинули: Ебейд со сладкой шатающейся парочкой «Твикс, почувствуйте разницу!» и Мухаммед, Ирина и Лана с бревном «Нелетучий голландец».

Клиент был до того вял, расслаблен и тяжел, что девочки сразу передумали принимать участие в его транспортировке. Решили покомандовать богатырем-Мухаммедом, что прекрасно справлялся и без них, волоча «труп», ноги и задница которого бороздили просторы газонов. Потом стало жалко самую нелетучую часть «бревна», и Мухаммед послушно пошел пляжем, дабы исключить ушибы этой несомненно важной части тела о неровности и выступы мощеных дорожек и валуны каменных садов. Пропахав весь пляж с севера на юг и сто метров газона перед главным корпусом отеля «Солнечный берег», Херушкино тело наконец-то добралось до двери с циферками 303. Мухаммед и девочки открыли дверь, втащили поклажу в комнату и с огромным усилием заволокли на кровать. После чего сняли с Херрита кеды, вытерли рукавами пот и прикрыли дверь. Закрыть ее можно было только ключом снаружи или задействовав запорный аппарат типа «шпингалет» изнутри. Ласково позаботившись о виновнике вечера, положив ключи на прикроватную тумбочку, девочки посчитали свою миссию выполненной и слаженно помаршировали домой. Мухаммед тоже вздохнул с облегчением и ушел проверять, все ли