Печать Безумных. Белое и Чёрное - Екатерина Ивановна Гичко

Из тьмы А-ару вырвали сильные руки. Охнув, она вцепилась в шею Руа-ха-ш и непонимающе уставилась на сломившиеся внутрь стены и придавленные ими змеиные тела. Головы разъярённо шипели, извивались, силились вырваться, и у них неплохо получалось.

Жрец забросил девушку на спину дракона, вскочил на него сам и просвистел команду. Ящер тут же рванул в обратную сторону вслед за утопавшей драконихой. А-ара со страхом посмотрела назад, а потом наверх. Кроны здесь были слишком плотными, для взлёта совсем неудобно. Успеют ли они добраться до места привала? Может ли страж выползти за пределы развалин?

Ответ пришёл почти мгновенно. Одна из змеиных голов с шипением рванула в протоптанный ими проход, вторая проломилась через заросли, и зажмурившаяся от страха А-ара уже ждала, что их сейчас сожрут, но дракон продолжал бежать. Открыв глаза, девушка увидела, что змеиные головы разъярённо вьются и шипят друг на друга. Дерево, благой краснолипник, стояло между ними, и, казалось, из-за него страж не мог продвинуться дальше.

Впереди послышалось хлопанье. Дракон прибавил ходу и начал разворачивать крылья. Толчок, и вот наконец они летят вверх. Трясущаяся А-ара без всякого стеснения прижалась к груди жреца и нашла глазами дракониху. Сидящая на её спине То-нии что-то кричала с таким злобным выражением, что страх перед стражем немного отступил. Ветер донёс до слуха обещание убить её на первом же привале, раз змея не сожрала.

А-ара рискнула посмотреть вниз, и кровь отлила от лица.

Там простирался круг, не заросший Лесом, а в этом круге свивалось кольцами огромное, бледно-жёлтое змеиное тело с тремя головами.

«Спаси меня! — плачущим голосом потребовал Господин. — Эта хочет сбросить меня вниз!»

И поделом! А-ара оскалилась по-звериному и тихо зарычала. Если То-нии от него не избавится, она сама его вышвырнет! Видят высшие силы, она никогда не была зла, но вот Господина она бы сейчас разделала, как разделывают туши животных.

От приятных мыслей о мести её отвлёк блеск.

Руа-ха-ш разжал ладонь и теперь совершенно спокойно, будто каждый день с такими чудищами встречается, рассматривал свою находку — прозрачно-голубой диск с отверстием, расположенным ближе краю. А по центру красовалась вырезанная на камне изящная змеиная голова. В другое время А-ара посчитала бы её даже красивой.

Жрец поднял диск к солнцу и прищурился. А-ара тоже присмотрелась, а затем и вовсе слегка подалась вперёд.

Ей показалось, что в глубине камня что-то течёт и плавно перемещается, словно он был жидким внутри. Что это? Ой, лучше бы Руа-ха-ш не поднимал его!

Справка: утверждая, что это Хозяин (Истаридан) виноват в исчезновении Вари-Ё, Расххеридан неправ. Ему просто хочется видеть Хозяина главным источником всех бед. Шиикар действительно в своём безумии дошёл до такой грани, что начал уничтожать саму землю Хоётора. Стал слишком опасным. Жители Вари-Ё в панике покидали город, и, когда Истаридан пришёл сразиться с Шиикаром, там почти никого не было. После жители хотели вернуться в город, но их отпугнул уже страж.

[1]Пожор — небольшой четырехлапый зверь бурого окраса с густой шерстью, травоядный. Из-за своей ядовитости почти не имеет естественных врагов. Ну… теперь имеет.

[2]Тут Расххеридан неправ, за пределами Хоётора в разных уголках мира бывает всякое. Поклонение и почитание духов тоже есть.

Глава 28

Ехирдара и Лисавея

Лирка встрепенулась и резко села. Громогласный драконий рык всё ещё звучал в ушах и эхом отдавался в скачущем сердце. Глаза быстро нашли в небе силуэт ящера, раскинувшего в разные стороны крылья. Осмотревшись, она сразу отметила оставленные костры и поднялась на ноги, устремляя взор вдаль.

Впереди виднелись только чёрные линии шеренг.

— Опять? — коротко спросила она, сама ещё не зная у кого.

Риш и катарий Ожит отвлеклись от тихого разговора, но ответил Иррес.

— Опять, — подселенец с досадой почесал лапой за ухом. — Эти, раз напали, так просто домой не уйдут.

Лирка напряжённо осмотрелась, боясь вновь увидеть гигантскую фигуру Господина.

От земли всё ещё поднимался утренний туман, но не такой густой, чтобы он мог закрыть что-то столь впечатляющее.

— За городище у меня теперь страха особого нет, — катарий Ожит хмуро посмотрел из-под кустистых бровей на Ирреса. — Пока тва… км-м-м… страж на нашей стороне, грань хоёторцам сместить не выйдет, так что и Господин их пройти к нам не сможет. А вот число противника меня тревожит. Нас-то тут чуть больше полка, а они всё прибывают и прибывают. Будет ли и у нас подмога?

— Будет, — мрачно ответил Риш. — Не выдержим натиск — запрёмся в крепости. До прихода подмоги продержаться должны. Хабдир с ребятами на заставу вернулся, — сказал он наконец Лирке. — Хаварий весточку передал и заодно про них велел рассказать, чтобы ты чего дурного не сотворила.

Лирке показалось, что она сейчас в небо взлетит от облегчения.

А Риш решил пока не говорить, что кто-то из вернувшихся умер. Сам ещё не знал, кто именно.

— Когда ж этот туман сойдёт? — с досадой протянул катарий.

— А что, долго стоит? — напряглась Лирка.

— Так время уже к полудню движется.

Иррес насторожился и подался вперёд. Принюхался и неуверенно выдал:

— Идоара ручки приложила?

— Ты о чём? — Риш напрягся.

— Идоара изначально был духом, которому подчинялись воды. Считалось, что вода обладает очищающими и восстанавливающими свойствами. Самое то для духа, который должен исправлять поломанное. А ещё, — Иррес прищурился, — вода самая изменчивая и непостоянная материя в мире. Любит она… туманы наводить. В прямом и переносном смысле. Правда, когда обезумела и сюда попала, что-то с её силой случилось. Но на туманы хватает.

— Она может напрямую вмешаться? — обеспокоился Риш. — Как этот, Страдающий.

Ответил Иррес не сразу. На морде так и было написано сомнение.

— Не должна. Она обычно старается чужими ручками всё сделать. Сама боится лезть. Мараться не хочет. Хорошенькой и правильной желает остаться. Скорее сделала часть работы, может, даже впереди всех пошла. Она это любит. «Смотрите, я не боюсь и начинаю первой», — передразнил Иррес давнюю и далеко не самую приятную знакомую. — А потом тихо в сторону отходит. И если промашки случаются, она уже не при делах. Нет, — куда увереннее сказал дух, — так прямо она не полезет. Проявит инициативу, а дальше опять в сторону, смотреть, что будет. А вот Аллильѐ[1]… — тут Иррес опять замялся. — Раньше он в этой местности был одним из сильнейших Господ, но, похоже, расклад сменился и с ним что-то приключилось, потому что его народ потерял свои