Цвет греха. Белый - Александра Салиева

А то я сам не в курсе!

Это, кстати, тоже неимоверно бесит.

Как и то, на что переключается Адем.

— А ты сам уверен? В себе. И в том, что ты всё правильно воспринимаешь? — интересуется он. — В том, что она реально не пойдёт против тебя? Например, если ублюдок поделился с ней информацией о том, как ты подставил его со шлюхой, и именно поэтому она сейчас не Эрдман, а Янг. Ты сам сказал, она получила сообщение с координатами и уехала по ним. Добровольно. Одна. Сама. Согласись, это похоже больше на побег, чем на похищение.

Тут я в очередной раз кривлюсь, как от боли. О содержании указанного братом сообщения я узнаю благодаря синхронизации телефонного аккаунта Нины с её рабочим планшетом, проделанный ею путь до данных координат отслеживает противоугонная система навигации, вшитая в электронику машины. То и приводит в старые доки, где я нахожу брошенный красный спорткар. Собственно, там все мои поиски и застревают в полнейшем тупике. Порты и причалы, аэропорты, частные взлётные полосы — те, кому я плачу, проверяют всё, но ничего не находят. Я до сих даже не знаю, каким именно путём Нина покидает Сицилию, а если и это неизвестно, то как вычислять дальнейшее предполагаемое направление?

— Она не дура. Если бы собиралась меня кинуть, и кинуть так, чтоб я не нашёл, не оставила бы столько следов за собой. А если оставила, значит не собиралась делать ничего такого, — противопоставляю я брату. — К тому же, я и так рассказал Нине про то, что это я прислал то видео с изменой её женишка. Она нормально отреагировала.

— Оставила. Но этих следов всё равно не достаточно, разве нет? — по-своему соглашается со мной Адем. — Дочь моей бывшей жены, кстати, тоже нормально отреагировала на новость о том, что теперь я её опекун и она вынуждена жить со мной под одной крышей, хотя скоро ей и так стукнет заветные восемнадцать. Скандалы не закатывала. В истерику не впадала. И даже вежливо улыбнулась мне пару раз, пока мы ехали домой. А потом эта тихая зараза просто-напросто также молча свалила прямо посреди ночи, как только я отвернулся и ей представилась такая возможность, — припоминает не столь давние события. — Где гарантия, что и в случае с тобой женская логика не свершила то же самое? Ты сказал ей про видео, хорошо. А о том, что запечатлённой на видео измены не существовало бы в принципе, если б не ты и твоя подстава, ты ей тоже сказал? Потому что любой на месте того ублюдка именно так и преподнесёт факт свершённого тобой. С выгодной ему стороны.

А вот здесь я молчу. Потому что и правда не сказал Нине. К тому же, ублюдок и без моего вмешательства прекрасно справляется с тем, чтобы вставлять всем подряд, просто я выбрал самый лёгкий способ получения доказательства, которое смог ей предъявить. Хотя в любом случае, как ни звучит, но тут Адем стопроцентно прав. Нельзя исключать такую вероятность событий.

Опять же…

— Если б Нина захотела уйти от меня, потому что ей что-либо не понравилось, она бы просто ушла. И сказала бы мне об этом. В лицо. Она не такая, как твоя Асия, брат.

— Серьёзно? Если она настолько «не такая», что же ты не смог просто вовремя пригласить её на свидание, вместо этого выкрал по пути к свадебному алтарю, оставив у этого свадебного алтаря горемычного мудака с синдромом брошенки?

И тут мне тоже приходится хранить тишину. Не признаваться же в самом деле, что я пошёл на всё это, потому что с тех самых пор, как впервые увидел её, всё никак не мог решиться, зная, что в её голове и сердце живёт другой, вот и дотянул до самого последнего момента? Быть посланным в далёкие и не самые прекрасные дали Ниной Хорн — то ещё сомнительное удовольствие.

— Если бы Марк сумел втереть ей мысль с подставой и договориться с ней, чтоб она его простила, то я не стал бы помехой до такой степени, что пришлось травить меня лютой редкой дрянью, — привожу новым аргументом. — Мой коматозный полунедельный отпуск не вписывается в нарисованные тобой варианты. Никак. Они вывели меня из игры, чтобы он забрал её. Другого резона нет.

— Они? — хмурится собеседник.

Точно. Об этом я ему ещё не сообщаю.

— Я не знаю, как он надавил на неё и какой именно рычаг использовал для того, чтобы она приехала к нему, пока я в отключке, но ублюдок абсолютно точно не мог провернуть такой номер в одиночку, — озвучиваю самое элементарное. — Ему помог кто-то из местных. И не только с ядом. Это Сицилия, ты помнишь? Приезжие тут не в почёте, тем более такие, как он. К тому же, Марк не смог бы так хорошо и быстро прибрать за собой, если только кто-то не сделал это за него. Кто-то, кто здесь свой.

Адем прекрасно понимает, о чём я, ещё до того, как я заканчиваю свою мысль вслух. Хмурое лицо искажает досада, а он сжимает переносицу двумя пальцами и жмурится несколько секунд в раздумьях, прежде чем вновь посмотреть на меня с экрана моего гаджета.

— Твоя избалованная младшая сестра может иметь к этому какое-то отношение? — предполагает тихо и мрачно.

— Я также подумал сначала, — вздыхаю. — Но я перевернул всё на вилле, проверил историю её маршрутов за последнюю неделю, просмотрел детализацию звонков. Ничего такого, что указывало бы на причастность.

— Если она собиралась подгадить тебе, то о том, чтоб не спалиться, уж точно заранее позаботилась, — брезгливо ухмыляется Адем, не разделяя мою точку зрения. — К тому же бешеная больная ревность, как по мне, довольно очевидный мотив для той, кто вполне могла бы хотеть избавиться от соперницы.

Теперь уже на моей собственной физиономии мелькает брезгливая гримаса.

— Анна уже года три минимум, как успокоилась. С тех пор, как и ей стало известно, что мы кровные брат и сестра, а я ни хера не настолько извращенец, как мой биологический папаша, чтоб забывать об этом, — напоминаю очевидное. — Иначе бы я не привёз Нину сюда. К тому же, Анна беременна. Всё былое осталось в прошлом, — рефлекторно хватаюсь за бутылку с ликёром, лишь в последнюю секунду осознавая, что именно делаю. — Плюс, у кое-кого другого есть мотив посвежее, — добавляю, так и не глотнув, просто разглядывая на три четверти полную тару.

— В самом деле? — заинтересовывается Адем.

— Ага, — киваю, возвращая к нему своё внимание, снова