Принцесса Ардена - Софи Анри (российский автор)

Услышав его ответ, Роксана улыбнулась, и от ее улыбки Изану вовсе потерял голову.

– Я так рада за тебя, – искренне сказала она и несмело заправила мокрую прядь ему за ухо.

Изану словно опьянел от радости. На короткий миг весь мир исчез. Остались только он, она и воды Великого водопада, таившие в себе первозданную магию.

Изану поддался внезапному порыву и, обхватив Роксану за шею, поцеловал. В груди запекло от нестерпимого жара, когда она ответила на поцелуй. Он притянул ее еще ближе к своей груди и издал тихий стон. На ней не было корсета и многочисленных слоев одежды, лишь одна свободная туника, сквозь которую он явственно ощущал ее округлости, так тесно прижатые к его обнаженному торсу.

Видимо, эта же мысль посетила и Роксану. Она неловко отстранилась, но в ее взгляде не отражалось того ужаса, который он заметил после поцелуя на балу. Она смущенно улыбалась и выглядела такой же счастливой, как и он сам.

Изану погладил ее по руке и почувствовал мурашки на коже.

– Давай выбираться на берег. Нужно разжечь костер и просушить одежду, а то если ты явишься в таком виде, Клейтоны во главе с твоим братом сдерут с меня шкуру.

Роксана кивнула, и они, спустившись с каменного выступа в воду, доплыли до берега.

– Мне не во что переодеться, а в этом я околею. – Она брезгливо оттянула ткань мокрой рубашки.

Изану без слов бросил ей свою сухую тунику.

– А как же ты?

– Отогреюсь у костра. А штаны и так высохнут. – Он направился в лесную чащу. – Ты пока переодевайся, а я соберу хворост и найду подходящие камни, чтобы высечь искру.

Вскоре они сидели у небольшого костра и сушили одежду. Роксана перевязала его порезанную руку лоскутом ткани, оторванным от его же туники, которая болталась на ней как мешок.

– Тебе лучше снять штаны, – заметил Изану.

– Ты же не снял.

– А ты хочешь полюбоваться моим голым телом? – вкрадчиво спросил он и поиграл мышцами груди, намеренно дразня ее.

Роксана вспыхнула от смущения и негодования.

– Я не то имела в виду, дурак! Ты ведь не мерзнешь в мокрой одежде, вот и я как-нибудь потерплю.

– Я даже зимой бегаю по утрам в легкой одежде, так что переохлаждение в летний вечер у костра мне точно не грозит. А вот ты рискуешь застудить свои… – он сделал красноречивую паузу, – прелести.

– Бессовестный нахал!

– Я беспокоюсь о твоем здоровье, принцесса. – Он выставил руки перед собой в примирительном жесте. – Но если хочешь сидеть в мокрых штанах, то пожалуйста.

Роксана насупилась, а Изану едва сдерживал ухмылку. Он знал, какая его принцесса мерзлячка, поэтому ничуть не удивился, когда она встала и, приказав ему отвернуться, начала стаскивать с себя штаны.

– Если матушка узнает, что я коротала вечер в компании мужчины, да еще и почти раздетая, ее хватит удар.

– Твоя матушка не узнает, эта тайна умрет со мной.

Изану повернулся к ней, и сердце вновь пустилось в галоп. Туника доходила Роксане до колен, но вид ее стройных белоснежных икр сводил его с ума. Он усилием воли поднял взгляд на ее лицо и поклялся себе больше не смотреть на ее ноги.

Но клятва в тот вечер была нарушена не единожды.

Роксана села у костра, уперевшись ладонями в землю за спиной, и задрала голову.

– Небо сегодня такое красивое.

Оно было усыпано мириадами звезд, которые танцевали вокруг полной луны, чей яркий свет озарял водную гладь серебром.

– Не понимаю, почему звезды на небе до сих пор такие яркие, – едва слышно сказал Изану, и Роксана вздрогнула.

– Ты сказал мне эти слова, когда только вернулся из Дахаба.

Он молча кивнул.

– Почему?

– Скажи, что значит твое имя?

– Яркая, сияющая, – взволнованно прошептала она после недолгого молчания.

– Как могут звезды сиять так ярко на небе, когда по земле ходит та, которая затмила каждую из них? – спросил он серьезным тоном и по привычке потеребил свою серьгу.

Роксана подалась вперед и коснулась черного полумесяца, под которым сияла бриллиантовая звездочка.

– А твое имя означает «лунное затмение». Яркая звезда в объятиях проклятой затмением луны. Это мы? – разгадала она значение его любимого украшения. В ее блестящих глазах отражались огни костра, околдовывая Изану.

– Это моя самая большая мечта, ин нэин, – совсем тихо и несмело признался он.

Она опустила взгляд к татуировке на его груди.

– Ты уже трижды называл меня так. Как это переводится?

– Моя звезда.

Роксана судорожно вздохнула, встрепенулась и поднялась с земли, оставив его в полной растерянности.

Он сказал что-то не то? Обидел ее? Поторопился с признаниями? Десятки вопросов в одночасье обрушились на него, грозясь придавить подобно выходящей из-под контроля магии.

Роксана склонилась над сохнущей у костра туникой и вынула что-то из кармана. Снова приблизившись к нему, она опустилась на колени и протянула янтарный браслет, который он оставил ей два года назад прямо перед отъездом в Дахаб.

– На самом деле я пришла сюда, зная, что ты тоже будешь здесь, – дрожащим от волнения голосом произнесла Роксана и вновь зарделась. – Правда, думала, что ритуал ты будешь проводить с наступлением ночи, и я успею искупаться до твоего прихода. Неважно. Я просто хотела сказать, что приняла решение.

У Изану внутри все похолодело от страха. Неужели она хочет вернуть подарок и тем самым окончательно отвергнуть его чувства?

– И каково твое решение? – спросил он обманчиво спокойным тоном.

Роксана долго собиралась с духом, прежде чем ответить:

– Этот браслет ты оставил в моей комнате. Без записки, без объяснения. Ты даже не попрощался.

– Роксана…

– Не перебивай. Я не получила от тебя ни одного письма. Да, теперь-то я знаю, что их перехватывал Асвад, но тогда думала, что ты забыл меня, что этим подарком поставил точку в нашей дружбе. К сожалению, я слишком поздно вспомнила, какое значение янтарь имеет для мужчин Севера.

Роксана говорила торопливо и сбивчиво, проглатывая окончания, а иногда и вовсе заикаясь. Изану завороженно смотрел на нее, как на самое прекрасное чудо, и боялся даже вздохнуть. В этот момент она была совсем не похожа на уверенную в себе и немного надменную принцессу. Скорее, на смущенную, растерянную и искреннюю девушку, которая боится собственных чувств, но набирается смелости, чтобы наконец признать их.

– Я хочу, чтобы ты взял этот браслет, – продолжила она почти шепотом, – и сам надел его на меня.

Изану забрал украшение и осторожно обвил его вокруг ее тонкого запястья. Пальцы от волнения не слушались, и он сумел закрепить