Печать безумных. Солнце поражения - Екатерина Ивановна Гичко

«Вот!» — торжествующе воскликнул господин Наэш.

«Что „вот“? — не понял Иррес. — С тех времён несколько тысяч лет прошло. Сейчас всем не то что плевать на эти побрякушки. Про них никто не помнит!»

«Главное, что про них помнят те, у кого есть власть в руках, — не согласился с ним господин Наэш. — Они могут говорить что угодно, но всё равно в их глазах эти атрибуты будут иметь вес. Хотя бы потому, что простой народ, измученный бесконечными войнами, убедить куда проще в том, что наконец появился истинный правитель».

«Я вообще не понимаю, куда ты клонишь», — признался раздосадованный Иррес.

«Пока никуда. Но я пытаюсь собрать нити, из которых можно сплести что-то годное. Из одной ниточки ничего не выйдет, но если собрать несколько подходящих, то можно сплести крепкое полотно».

Иррес хотел было возрастить, но сравнение его зацепило, и он задумался.

«Нет, это дело прошлого, — всё же сказал он. — Слишком много воды утекло. Эти атрибуты власти стали просто драгоценными украшениями. Кто бы их ни нацепил на себя, он не будет иметь поддержки в нынешнем Хоёторе. Да даже если их хвыба наденет, наши только поржут и оставят как есть. Пусть красуется».

«Значит, нужен тот, кто будет иметь вес».

«Нет таких, Наэш! Нынешний Хоётор — это куча обособленных племён, у которых единая власть есть только в лице Главного Господина. И то, его не все и не всегда слушают. Даже если ставленник будет от него, власти у ставленника особо не будет. Ставленник от Истаридана же… Хе-хе-хе, Наэш. Над ним просто ржать будут».

«Уверен, у этой задачи есть решение, — не сдавался господин Наэш. — Хм-м-м… А если это будет другой бог?»

«Кто? — изумился Иррес. — Богам запрещено приходить на территорию Хоётора».

«Лазейки есть».

«Да было бы им интересно, давно бы пролезли! Не выдумывай».

«А Ваирак?»

Внутри воцарилось молчание.

«С его возможностями давно бы уже мог пролезть, — всё же Иррес был не очень уверен. — Вряд ли он собирается рисковать тем положением, что имеет сейчас».

«Сейчас он имеет такое положение, что может рискнуть», — не согласился с ним господин Наэш.

— Эй, я с тобой говорю!

Лирка вздрогнула и непонимающе посмотрела на раздражённую девицу, которая стояла перед ней и постукивала по столу. Точнее, не девицу, а барышню благородного происхождения. Не очень высокая, изящного сложения, с чёрными, слегка волнистыми волосами, одетая в изысканное платье нежно-лилового оттенка. Презрительно прищурив голубые глаза, она с негодованием смотрела на посмевшую игнорировать её магичку.

— Это ты — дана Лиркаа?

Лирка смерила её непонимающим взглядом. Девушку она определённо видела первый раз. Ну… может, ранее где-то мельком встречались, но совершенно точно не общались.

— Да, это я, — сухо ответила женщина, опустив «госпожа».

Господин Наэш учил её, что нужно быть вежливыми со всеми, кто вежлив с ней. А эта красавица даже не представилась.

— Поразительно! — девица — всё же девица — с наигранным возмущением округлила глаза, без всякого стеснения осматривая Лирку. — Ты так страшна, что я с трудом верю слухам о том, будто ты любовница хайнеса.

«Сейчас я ей покажу настоящий страх!» — разозлился Иррес.

«Друг мой, позволь Лиркае самой разобраться, — попросил господин Наэш. — Поверь, с этой рыбкой она справится».

— Мы знакомы? — спокойно спросила Лирка.

— Конечно, нет! — девушка возмущённо захлопала глазами.

— Тогда продолжим, когда нас официально представят друг другу, — магичка поднялась и враз возвысилась над не очень высокой барышней.

Та даже оторопела, видимо, не ожидав, что дана будет столь внушительна внешне. И позволила Лирке развернуться и спокойно направиться на выход. Впрочем, оскорблённая гордость быстро привела её в чувство. А юношеская горячность позволила позабыть о достоинстве, и возмущённая девушка почти побежала за широко шагающей магичкой.

— Стой… Да стой же… Постойте! Какое хамство — вот так уходить! — неслось в спину Лирке.

Та остановилась только раз, чтобы открыть дверь. Но в коридоре слегка сбавила шаг, чтобы барышня всё же могла её догнать. Лучше разобраться с неприятной ситуацией здесь, в относительно тихом уголке. И вне границ библиотеки, иначе её туда вообще пускать перестанут.

— Что за высокомерие!

Лирка развернулась и спокойно посмотрела на возмущённое лицо барышни. Ещё несколько дней назад она бы не стала ввязывать в разборки с не очень воспитанной особой — а господин Наэш привил Лирке очень строгие взгляды на воспитанность. Но теперь, когда правда о Ханёне просочилась наружу, Лирка не могла позволить себе терпеливо сносить неуважение. Иначе обидчики могут решить, что и к её сыну можно относиться так же, как и к ней.

Нет. Нельзя.

И пусть её немного потряхивало, Лирка даже была рада, что первая стычка произошла так скоро. Тем более незнакомая девица пугала её мало.

Барышня явно растерялась, когда Лирка всё же остановилась.

— Вас что-то интересует помимо моей внешности? — сухо спросила магичка, закладывая руки за спину.

«Я её интересую», — Иррес рвался познакомиться.

— Почему вы уходите, когда с вами разговаривают? — рассердилась барышня.

— Я же объяснила, — всё так же спокойно ответила Лирка. — Мы не представлены.

— Мы и не можем быть представлены. Чтобы я и вы… Мы совершенно разного круга!

«Ужас, какая избалованная», — расстроился господин Наэш.

«Да она просто дура!» — куда прямее высказался Иррес.

Шани заворчала, и Лирке на какой-то миг нестерпимо захотелось отшлёпать девчонку лапой.

— Вы бежали за мной, чтобы сказать об этом? — спокойствие давалось Лирке на удивление легко. Более того! Чем дольше она говорила, тем больше успокаивалась.

Прелестное личико барышни вспыхнуло.

«Вероятно, из какой-то высокопоставленной семьи, — предположил господин Наэш. — И отпор ей получать не приходилось. Вот и избаловалась».

«Наэш, это по-другому называется!»

— Я не бежала! — зашипела нахалка. — Я шла! Это вы… ты неслась куда-то.

«О, вспоминает о вежливости, — порадовался бывший хайрен. — Нервничает».

— Видимо, много о себе возомнила, — продолжала напирать барышня. — Уже представила себя хайнеси?

«Почему все говорят о свадьбе? — возмутился Иррес. — Как будто стать его женой — счастье великое!»

— Ты, похоже, плохо представляешь, в каком обществе находишься. Хайнес любит женщин. И, — девица презрительно фыркнула, — порой весьма странных.

— Видимо, ему приелось однообразие, — прищурилась Лирка.

В первый миг незнакомка, видимо, не сообразила, что именно ей сказали, а затем её губы затряслись, глаза растерянно забегали. Она явно не могла найтись с ответом.

«Я уже начинаю задумывать о браке, — голос духа сочился сарказмом. — Поневоле начнёшь, когда все только о замужестве