Печать безумных. Солнце поражения - Екатерина Ивановна Гичко

этапе подготовки. Уже по ходу чаще всего приходилось менять половину придуманного, но они с учителем были готовы к разного рода неприятностям. Господин же умел долго ждать, далеко планировать, но перестраивал планы слишком легкомысленно, используя для достижения целей очень шаткие и ненадёжные средства. Для Рихана кукла как раз была таким ненадёжным средством. Впрочем, иные способы, особенно после смерти учителя, им не подходили. Пусть Господин кое-что знал о будущем, детали были от него скрыты. Знай они раньше, что девочка попадёт к Вотым, учитель бы что-то придумал. Устроился бы, например, слугой к ним в дом. Или отправил его, Рихана, в храм как послушника. Хотя нет-нет! Господин приходил в истерику, если они оказывались на территории богов.

Поскорее бы уже разрешить это дельце. Рихан на мгновение представил, что удача всё же улыбнётся ему и он станет обладателем невиданных сокровищ. Сердце затрепетало в груди, стоило лишь вспомнить залежи древних артефактов, переливающиеся горы драгоценных камней, сохранённые божественной силой бесценные фолианты, почти не тронутые плесенью времени… Он даже ощутил прилив смелости.

Он так погрузился в свои мысли и мечты, что не сразу понял, что такое шуршит в тихом шелесте дождя. А потом испуганно вскинулся, когда сообразил, что женщина прошла вперёд и теперь смотрела на увенчанную пиками каменную ограду. Рихан постарался одеть свою спутницу как полагается выглядеть супруге столь молодого оборотня как он. На рост «куклы» готовое платье найти оказалось трудно, ему пришлось обойти не одного портного, прежде чем смог найти добротное платье из серой шести с длинными рукавами и высоким воротничком. Глядя на женщину, Рихан против воли ощущал гордость за то, как хорошо одета его «жена».

Он подошёл ближе, нервно посматривая на стену и ожидая, что вот сейчас их окликнет обозлённая суетой стража. Женщина повернула к нему голову и спокойно посмотрела на Рихана не светящимися — жуть всё же какая! — глазами.

— Я пойду.

Мужчина не сразу её понял. Господин же перевёл слова лишь секунду спустя, когда женщина слегка согнула колени и, оттолкнувшись от земли, легко взмыла на самый верх ограды.

— Стой, дура! — торопливо зашипел по-северосалейски Рихан, бросаясь к стене. — Назад, глупая! Назад! — требовал он, даже не вдумываясь особо в то, что говорит.

«Кукла» с тихим шелестом, едва не зацепившись краем плаща за пику, свалилась в Вотовский парк. Рихан на долю мгновения замер, окаменев от ужаса.

«Ха! — возликовал Господин. — Она сама всё сделает. Просто жди её, трус. Жди, пока женщина всё за тебя сделает. Жди… Стой! Ты куда⁈ Ты с ума сошёл⁈»

Рихан уцепился кончиками пальцев за щель в кладке и с лёгкостью заядлого вора, привыкшего лазить по стенам, забрался наверх и уже оттуда бегло осмотрелся перед тем, как последовать за «куклой».

Ощущение опасности просто вопило и требовало, чтобы он как можно скорее ушёл из-под стены.

Как только мужчина исчез за стеной, пелена дождя дрогнула и посреди улицы, напротив места, где совсем недавно стоял Рихан, появилось две фигуры в плащах. Одна высокая, вторая чуть пониже.

— Утекли, господин, — с досадой протянул тот, что пониже, отодвигая на лоб мокрый капюшон. — Надо было сразу их щучить… Эй, вы куда?

Высокий молча повернул налево и, пройдя саженей двадцать, остановился рядом с неприметной дверцей. На стук отозвались недовольным:

— Кого там Тёмные носят⁈ Не принимаем мы гостей!

Но дверь тем не менее распахнулась, и злая бородатая рожа охранника вмиг смягчилась, когда он увидел, кто скрывается под капюшоном.

— Господин Ёрдел? — удивился оборотень. — Ох, в неудачное время вы пришли. Опять на нас покушаются.

— Тогда мы… — начал было спутник Ёрдела, но хаги молча пропихнулся мимо охранника, и промокшему оборотню ничего не оставалось, как с досадой закончить: —.. всё равно пройдём! Приносим извинения за беспокойство.

Фоший, тяжело и глухо топая деревянной ногой, подошёл к Шереху, который ожидал его прямо у парадного входа под ярко сияющим фонарем. Неодобрительно покачал головой и встал рядом, ненавязчиво прикрывая друга с правого бока.

— Кажись, всех переловили, — сообщил домоправитель. — Заодно и этого долбанного ящерёнка, а то он опять утёк ещё прошлым днём.

Упомянутый дракончик истошно вопил на плече грузного конюха, который тащил его в сторону ангара.

— Мож, отдадим его на потребу сыскного дела? — предложил сбросить эту обозу Фоший. — Они его как надо отучат…

— Подарок Майяри и Ранхаша? — Шерех изумлённо на него посмотрел. — Мне внуки не так часто что-то дарят.

— Ой, прибедняешься! — не подумал верить домоправитель. — Хотя ладно, боги с ним. Детишкам нравится. Пока мелкий, пусть носится.

— Вверху!!! Смотрите наверх!!

Фоший и Шерех одновременно развернулись в сторону парка, откуда доносились крики, и настороженно замерли, выжидая, когда из-за деревьев кто-то покажется. Но смотреть действительно следовало наверх. Кроны деревьев задрожали, а одну так тряхнуло, что на землю просыпался двойной дождь. Толчок, дерево малость согнулось, и в тёмное небо что-то взмыло в сторону дома. Шерех и Фоший рассмотрели смазанный росчерк, словно кто-то мазнул кистью. «Росчерк» со звоном влетел в окно дома, и оборотни, опомнившись, бросились внутрь.

Вроде бы всё шло как обычно. Наёмники смогли проникнуть на территорию особняка, но не сумели зайти слишком далеко. Суеты на самом деле больше, чем опасности. Теперь всю ночь охрана будет проверять каждую пядь поместья, чтобы убедиться, что никого лишнего нет.

Но Руахаша не отпускала тревога.

Он настоял, чтобы они выбрали гостиную без окон на третьем этаже. Передал недовольную Миану Мхяну, чтобы освободить собственные руки. И почему-то был уверен, что схватки не избежать.

«Ты себя накрутил, — Господин в голове тяжело вздыхал. — А я предлагал тебе развеяться. Сходили бы, сбросили напряжение… Поверь, дочь не была бы против. Уверен, она будет только рада, если ты перестанешь трепать нервы всем своей исключительной тревожностью. Разве волки должны быть такими? Вроде бы Волпадес при вашем создании ничего подобного не вкладывал…»

Руахаш оскалился и недовольно зарычал.

«Ладно-ладно, — Ваирак сообразил, что упоминать бывшего Господина своего главного жреца всё же не стоило: расстались они не совсем миром. — Уверен, это тебе от кого-то из предков досталось. У вас же не все волки. Мама у тебя кто? Прости, милый, я уже стар, ничего не помню, — голос старчески задребезжал. Бог развлекал и расслаблял Руахаша как мог. — Она же птичка? Вот бывшая твоя точно птичка. Не помню какая, но уверен, что не ошибусь, назвав её кукушкой».

Руахаш почти не прислушивался к болтовне бога. За столько лет научился виртуозно игнорировать его. Но очень внимательно ловил все звуки снаружи. Поэтому, когда раздался