Предатель. Он (не)достоин меня - Нина Авсинова

– Привет, мам!

– Привет, доченька, – обнимаю ее. – Как спалось?

– Нормально.

Сажусь рядом, достаю фрукты.

– Вот, принесла. Сейчас помою. Ешь.

– Мам, а у вас с папой всё в порядке? – она берёт яблоко, откусывает.

Вопрос застает врасплох. Смотрю на неё.

– Да, конечно. А почему ты спрашиваешь?

Маша пожимает плечами.

– Не знаю. Просто... ты какая-то напряжённая в последние дни. Как будто что-то не так.

– Всё в порядке, Машенька, – успокаиваю я её, хотя сама не до конца уверена. – Просто устаю. Работа, беготня. Но всё нормально.

Она смотрит на меня задумчиво.

В палату входит Максим. В белом халате, с бумагами в руках. Видит меня, на лице появляется улыбка.

– Доброе утро!

– Привет, Максим, – улыбаюсь в ответ.

Он подходит к Маше, задает несколько вопросов.

Поворачивается ко мне.

– Ты сегодня раньше? А я вот как раз после ночного дежурства домой собираюсь.

– Устал, наверное? – спрашиваю.

– Немного, – улыбается он. – Но ничего, привычка.

– Надо идти домой, отдыхать, – говорю я.

– Ага.

– Мне тоже уже пора.

Мы выходим из палаты вместе. Идём по коридору. Максим рассказывает что-то смешное про ночное дежурство, про пациента, который решил, что у него инфаркт, а оказалось, что просто переел пиццы. Смеюсь, и чувствую, как напряжение уходит.

– Подожди меня, выйдем вместе, – говорит он, заходя в ординаторскую.

Выходим из больницы. На улице холодно, снежок немного припорошил ступеньки. Идем к парковке.

– Как у тебя дела, Тань? – спрашивает он, останавливаясь у своей машины. – Правда спрашиваю. Вижу, что ты какая-то... не такая, как раньше.

– Боюсь, как бы теперь мне не стать твоим пациентом, – шучу я, но в голосе прорывается усталость.

Максим смотрит на меня внимательно.

– Если серьёзно – если что-то не так, ты всегда можешь со мной поговорить. Я же не только врач. Я же... друг.

От этих слов тепло разливается по груди. Друг. Да, он был моим лучшим другом. И, кажется, остался им до сих пор.

– Спасибо, Макс, – говорю искренне.

Мы стоим у машин, и он начинает вспоминать детство. Как мы с ним бегали по дворам, играли в прятки, как я однажды упала с турника и разбила коленку, а он бежал за мной до самого дома, утешая. Как мы вместе учили уроки, как он всегда давал мне списывать контрольные по математике, потому что у меня с ней было плохо.

Смеюсь, вспоминая всё это. И чувствую себя... счастливой. Легкой. Будто на время вернулась в то беззаботное детство, когда не было проблем, не было ответственности, не было этого груза на плечах.

– Ну ладно, мне пора, – говорю я. – Спасибо за разговор, Макс. Правда.

– Всегда пожалуйста, – улыбается он.

Мы прощаемся, садимся в свои машины, разъезжаемся.

Подъезжаю к дому. Поднимаюсь на лифте. Открываю дверь – тихо. Саши, конечно, нет. Он же на работе.

Иду на кухню.

Контейнеры с едой стоят в холодильнике! Он забыл обед.

Ну как же так? Я же старалась, готовила специально для него.

Хорошо. Раз он не взял, я сама привезу ему на работу. Покажу, что я о нём забочусь. Что мне не всё равно.

Грею чайник, наливаю термос.

Беру термос и контейнеры. Надеваю куртку и выхожу из дома.

Глава 7

Глава 7

Подъезжаю к офису Саши с термосом и контейнерами с едой.

Паркуюсь рядом со входом в офисное здание. Выхожу из машины.

Холодно, снежок припорошил тротуар. Поднимаюсь на третий этаж по знакомой лестнице. Сколько раз бывала здесь раньше – приносила документы, заезжала просто так, поздравить с каким-нибудь успехом.

Захожу в приёмную. Ирины нет на месте – наверное, вышла по делам или на обед. Её стол пустой, компьютер включён, экран светится.

Иду к кабинету Саши. Дверь приоткрыта. Слышу голоса – его и женский, незнакомый. Смеются о чём-то. Голос женщины звонкий, игривый. Саша отвечает что-то, тоже смеётся.

Улыбаюсь. Ну вот, настроение у него поднялось. Значит, работа идёт хорошо. Подхожу ближе, собираюсь постучать.

И вижу.

Через приоткрытую дверь вижу, как Александр прижимает к себе темноволосую женщину в красном платье. Её руки обвивают его шею, его ладони лежат на её талии. Они целуются. Долго. Жадно. Его рука скользит по её спине, она прижимается к нему ещё ближе.

Время останавливается.

Термос выскальзывает из моих рук, падает на пол с оглушительным грохотом.

Они вздрагивают, резко отстраняются друг от друга. Оборачиваются.

Смотрю прямо в глаза Саше. Его лицо белеет на глазах. Рот приоткрывается, но слов нет. Женщина в красном платье тоже смотрит на меня – глаза широко распахнуты, губы накрашены яркой помадой, волосы растрёпаны.

– Таня... – голос Саши хриплый, испуганный.

Не могу дышать. Воздух застрял где-то в горле, лёгкие не работают. Сердце бьётся так сильно, что кажется, сейчас выскочит из груди.

Стою и смотрю на мужчину, которому доверяла двадцать лет. На мужчину, с которым делила постель каждую ночь. На мужчину, который когда-то говорил мне «люблю тебя» каждый день.

И вижу чужого человека.

Разворачиваюсь и бегу. Просто бегу, не думая, не соображая. Мимо приёмной, к выходу, по коридору. Ноги несут сами, автоматически.

– Таня! Таня, стой! – кричит Саша за спиной.

Не останавливаюсь. Спускаюсь по лестнице – быстро, перескакивая через ступеньки. Чуть не падаю на втором этаже, хватаюсь за перила. Слышу, как он бежит следом.

– Таня, пожалуйста, остановись! Дай мне объяснить!

Объяснить.

Что тут объяснять? Я всё видела. Всё поняла.

Выбегаю на улицу. Холодный воздух бьёт в лицо, но не чувствую холода. Ничего не чувствую, кроме этой пустоты внутри, которая расползается, заполняет всё.

Он догоняет меня у моей машины. Хватает за руку.

– Таня, послушай меня! Прошу тебя!

Вырываюсь, оборачиваюсь к нему. Смотрю в его лицо – бледное, испуганное, виноватое.

– О чём мне тебя слушать?! – кричу я, и голос срывается. – Что это не то, чем кажется?!

– Танечка, послушай, – он пытается взять меня за руки, но я отступаю. – Этот поцелуй случился сейчас в первый раз! Всё как-то неожиданно получилось! Я весь в плохом настроении последние дни, ты же знаешь!

– И красавица в красном платье решила тебя утешить, да?!