Колечко в новогоднюю ночь - Нелли Войт

Элина подала ему руку и вышла из кабины.

— Погода восхитительная! — наслаждаясь зимним вечером, проговорила она, озираясь вокруг, — только что же это было? Тот буран, который чуть не снес нас с ног?

— Похоже, что кто-то колдовал, наводил черную магию, вы сами никогда не сталкивались с чародейством? — зло буркнул кучер, укладывая заплаченные Филиппом деньги за проезд в свой вместительный кошелек, привязанный к поясу.

— Нет, никогда, — отрицательно покачала головой девушка.

— Я тоже к такому ни за что бы не прибегнул, — поддакнул Филипп, — расплата за колдовство может быть страшная, я это в книгах читал.

— Однако, кого-то это не пугает! — рыкнул кучер, схватил вожжи, громко прикрикнул на лошадь и рванул восвояси.

* * *

А Мариана тем временем так и не умерила свой пыл. Проснувшись рано утром, девушка вышла на просторный балкон роскошного особняка, накинув легкий халатик из шелка, и окинула пристальным взглядом с мстительной улыбкой на губах расстилающиеся перед ней просторы. Океан смотрел на нее мягкой серебряной гладью, слегка покрываясь зыбью, словно советуя изменить недружелюбные планы. Небо было окутано пушистыми перьевыми облаками, не предвещающими шторма, лишь только небольшую непогодицу.

— Я никогда ему это не прощу! — твердила она сама себе. — Надо же, променять меня на простолюдинку! Он словно плюнул мне в душу! Я накажу их обоих! Но все же он будет моим! Я никогда не отдам свою добычу! А эту девку уничтожу!

В этот момент служанка зашла в комнату, чтобы разбудить свою госпожу для пробежки вдоль побережья перед первым завтраком, как обычно это бывало, и услышала ее проклятия в адрес Лео и бедняжки Элины.

— Мы так не договаривались, — выдала Кончита, — госпожа, вы хотели отвадить эту простушку от вашего будущего мужа, но не убивать ее! На убийство я не подписываюсь! — прислуга воинственно посмотрела на свою повелительницу, явно не желая повиноваться ее злоумышленным, но еще не свершившимся действиям и честолюбивым желаниям.

— Ах, ну да, — лукаво улыбнулась ей в ответ Мариана, — я никого и не собиралась убивать, тем более тебя в это посвящать. Для таких дел существуют наемные убийца, но сейчас речь идет совсем о другом. Моя дорогая Кончита, я лишь хотела проучить их обоих. Ты же сама понимаешь, что они не пара. А мой жених устроил мне такой скандал и к тому же при всех! И всего лишь за то, что я обвинила эту девку в краже моей шубки! А она действительно ее взяла без спроса!

— Простите, но я не думаю, что если кто-то берет вещь у всех на виду, зная, что его могут тут же обвинить в краже, то это не может считаться воровством! Вы же сами намедни сказали, что она сбежала, была вьюга, она схватила, что попалось под руку, чтоб не замерзнуть, так какое это воровство? — иронично хихикнула Кончита. — Вы меня не проведете, госпожа! Чего вы в реальности хотите? Колдунья, к которой мы сейчас отправимся, сразу раскусит ваши замыслы, советую вам оставаться честной, хотя бы по отношению к себе!

Мариана быстро смекнула, что к чему, встряхнув головой. Пряди густых черных волос рассыпались по ее плечам, девушка быстро завязала их в аккуратный хвост, делая свой образ деловым и хватким. Она еще раз окинула взглядом океан, но тот уже сменил свой утренний серебристый цвет на грязно голубой. Зыбь его стала крупной, перевоплощаясь в мелкую волну, меняя штилевую гладь на игристую морскую поверхность.

— Поехали! — командным голосом провозгласила она. — Сейчас дам распоряжение Паркеру приготовить кабриолет!

Дом колдуньи располагался неподалеку и представлял собой довольно ординарный, но вполне дорогой особняк, абсолютно такой же, как у всей элиты, проживающей вдоль побережья Атлантики.

Кончита выскочила из автомобиля и подбежала к железным резным воротам. Она несколько раз нажала на звонок и что-то произнесла по-испански. Ворота открылись, и водитель Марианы въехал на просторы огромной усадьбы. Кончита запрыгнула на заднее сидение и снова стала что-то приговаривать, словно читала магические мантры.

— А может ты и есть та колдунья? — расхохоталась Мариана. — И мы зря теряем время на дорогу? Что ты там шепчешь? Наговор? Или приговор?

— Что вы, госпожа! — отрезала Кончита, — я лишь молюсь всевышнему, чтобы выехать отсюда обратно живыми и невредимыми!

— Какая ты старомодная! — еще пуще рассмеялась Мариана, хлопнув своим веером служанке по носу.

Автомобиль подъехал к самому входу в замок, Кончита вышла из него и свободно вошла внутрь дома. Через несколько минут она вышла и рукой указала хозяйке пожаловать туда.

И тут Мариане вдруг стало страшно. Такой ужас она испытала впервые за свою сладкую жизнь в семье герцогов. Ее затрясло, закрутило, внезапно заболел живот, закружилась голова. Совсем недалеко находился обрыв, она подбежала к нему, чтобы взглянуть на океан, словно прося у него совета, а может даже помощи. Но океан словно отвернулся от нее. Он даже не смотрел в ее сторону. Поднявшиеся волны шли не на берег, как обычно, а куда-то в сторону, словно он отводил свой взгляд. Морской цвет поменялся и стал темно бирюзовым, собираясь превратиться и иссини синий, штормовой.

— Куда вы, госпожа? — раздался голос служанки. — Вас ждут!

Мариана посмотрела вниз с обрыва, будто пытаясь броситься туда, потом всем телом сжалась в комок и вернулась обратно.

— Мне страшно, Кончита! Куда ты меня привезла? И ты, Паркер, безмозглый слуга, как ты мог меня сюда доставить? В это чертово логово!

— Ну, мадемуазель, куда велели, туда я вас и доставил! — воспротивился тот.

— Идите! — указала на вход в замок Кончита.

Мариана, походкой пантеры, буквально прокралась в особняк и тут же оказалась в просторной зале белого цвета. Там все было белым: и колонны, и мебель, и стены, и даже люстры со старинными канделябрами, украшающими поверхности молочных оттенков. На таком же белом диване с наброшенным поверх ворсистым пледом восседала довольно молодая девушка, а рядом лежал белый пушистый кот, размахивая длинным хвостом. Девушка тоже была одета в белые одеяния, волосы ее были до такой степени выбелены, больше напоминая своим цветом рыбацкую леску, а ее огромные раскосые глаза наводили настоящий ужас, ведь они тоже казались белого цвета и лишь слегка отдавали бледно- голубым отливом.

— Я ждала тебя, — красивым голосом, словно прозвенели тысячи весенних колокольчиков, произнесла она, — мне об этом поведал океан.

— А что еще океан ведает? — с сарказмом в голосе, воскликнула Мариана.

— А ты сама не поняла? Океан волнуется! Ты запланировала недоброе, а он это чувствует!

— Не лги мне! Океан не может выдавать мои амбиции и желания, он лишь