Влюбленный капитан - Минерва Спенсер

Бушар не станет брать в плен и продавать людей с корабля Граафа. Он мгновенно впал в бешенство, с него слетела показная заносчивость, уступив место ярости, да такой, что рвалась с поводка, словно обозленный дикий зверь, стоило услышать о рабах.

И она заключила сделку с этим человеком: пообещала отдаться ему.

— Боже милостивый! — прошептала она.

Сара дрожащими руками сильнее затянула пояс платья.

Что ж, если капитан Бушар ищет телесного соития то, по крайней мере, об этом Сара имеет хоть какое-то представление. Ведь она не слепая, да и деревенские жители никогда не отличались особой стыдливостью. Она всегда завидовала соседкам, у которых были мужья и дети, но на нее до сих пор, ни один молодой человек, ни разу не смотрел со страстью, что становилось все тяжелее переносить после того, как сначала родители, а потом и Абена отошли в мир иной, оставив ее в одиночестве.

Болезнь, забравшая их жизнь, погубила тогда многих односельчан. Все, кто мог, уехали, осталось меньше двух дюжин жителей, в основном старики. Мысль о предстоящих долгих годах одиночества заставляла Сару жалеть об обетах, данных ею родителям два года назад.

Как они могли просить ее о таком? Как могли ожидать, что она возьмет на себя обязанности их обоих без помощника, без мужа?

Сара устыдилась досады, которую всегда испытывала при мысли о своих последних словах родителям, и постаралась сосредоточиться на предстоящем вечере — на капитане Бушаре и том, чего он от нее хотел.

Хоть она и знала, что происходит между мужчиной и женщиной, это не значит, что ей не страшно, и все равно сожалеть о заключенной сделке она не могла: смешно ставить целомудрие выше человеческих жизней.

Сара понимала, что мать бы с ней не согласилась в отличие от отца. Сара спасла жизнь десяткам несчастных, пообещав дать Бушару то, что хочет и чего больше никто от нее не хотел.

Но почему именно от нее? Она видела, как он на нее смотрел: в его взгляде не было и намека на восхищение или вожделение, скорее наоборот — брезгливость и пренебрежение. Это неудивительно. Такой привлекательный мужчина наверняка привык видеть в своей постели только самых красивых женщин, чего о ней не скажешь.

Сара считала себя слишком высокой и тощей, никаких плавных изгибов. По сравнению с большинством деревенских девушек грудь у нее была прискорбно плоской. Ее кожа под палящим тропическим солнцем покрылась веснушками, а прямые волосы хоть и были густыми, но мрачного грязновато-русого цвета. Самым привлекательным в ней были глаза — большие, с длинными ресницами, но неопределенного цвета — то ли карие, то ли грязно-зеленые. Оставалось лишь предположить, что Бушар заинтересовался ею от скуки.

В свои двадцать четыре года она еще ни разу не целовалась с мужчиной. Хоть давно уже и смирилась с собственной непривлекательностью, Сара ни на миг не переставала мечтать о любви и детях. Впрочем, ничего такого капитан Бушар ей не предлагал.

Сара вспомнила, как его повеселила ее ложь об удушливой лихорадке, и улыбнулась. Бушар был совершенно неотразим, когда улыбался. Она тряхнула головой при этой дурацкой мысли. Какая разница, красив он или нет?

Вместо того чтобы фантазировать о надменном капитане, лучше подумать о своем будущем. Увы, эта мысль вновь возвратила ее к Бушару. Что с ней будет? Он передаст ее властям вместе с остальными?

Сара поморщилась, осознав, что ее жизнь, как и судьбы всех прочих людей на корабле Граафа, зависит от взбалмошного капитана.

Стук в дверь раздался так неожиданно, что она чуть не подскочила.

Пришло время обеда.

Глава 5

Мистер Даниелс остолбенел, увидев Сару в новом облике: ни один мужчина еще не смотрел на нее так.

— Вы великолепны, мисс.

— Вы преувеличиваете, мистер Даниелс, но все равно спасибо, — рассмеялась Сара.

Он провел ее по коридору и остановился перед самой богато изукрашенной дверью, поднял руку, собираясь постучать, но осекся.

— Наш капитан… — Второй помощник залился краской. — Ну, я знаю, он может показаться суровым, но…

Дверь распахнулась, и их взглядам предстал безупречно одетый капитан Бушар.

Он занимал собой весь дверной проем, его невероятные желтые глаза метнулись от Даниелса к Саре, обратно и наконец остановились на Саре.

— Ты свободен, Даниелс. Проходите, мисс Фишер.

Он шагнул в сторону, пропуская ее внутрь, и закрыл дверь перед лицом второго помощника.

Каюта Бушара выглядела так же роскошно, как и ее хозяин, но ничуть не напоминала каюту Граафа, обставленную хоть и изящно, но скудно. Сразу же за дверью у стены стоял украшенный резьбой письменный стол. Над ним имелась встроенная книжная полка красного дерева с десятками книг. У Сары аж дыхание перехватило при виде такого изобилия, и руки зачесались от желания поближе ознакомиться с ее содержимым. У нее было всего шесть потрепанных книг, но и они были уничтожены, когда работорговцы сожгли благотворительную школу. Поборов искушение наброситься на книги, она продолжила осмотр.

Всю правую половину каюты занимала исполинская кровать темного дерева. Ее мужественно-строгие очертания смягчало множество одеял шоколадного и золотистого цветов. Эта кровать явно предназначалась не для сна. Перед мысленным взором Сары без удержу закружились картины одна порочнее другой, и она отвернулась, краснея.

Большую часть левой половины каюты занимал стол с деревянными скамьями, мягкие сиденья которых были обтянуты кожей того же цвета шоколада, а стол накрыт льняной скатертью и сервирован на двоих. В двух маленьких медных подсвечниках горели сужающиеся кверху белые свечи. Сара коснулась одной из белоснежных льняных салфеток, любуясь зрелищем.

— Вина? — спросил Бушар.

Саре пришлось обернуться. Капитан, в халате сдержанно-золотистого оттенка, свободно завязанного поверх песочного цвета рубашки и брюк из тонкой ткани, благоухал чистотой и мылом, таким же, как то, что принесли ей. Ее взгляд остановился на его голой груди в широком вырезе рубашки, и она судорожно вздохнула.

По его усмешке Сара поняла, что Бушар наблюдает за ней. От него исходила такая самоуверенность, что было ясно: он привык к восхищению и поклонению и считает их само собой разумеющимися. Капитан и в самом деле был физически великолепен, но Сара не позволяла себе забыть, кто скрывается под внешностью бога: этот Аполлон способен отрубить голову с той же легкостью, что прихлопнуть муху.

Бушар подал ей бокал с вином и сделал глоток из собственного, внимательно наблюдая за ней.

Саре ни разу прежде не доводилось пробовать вино, так что она сделала крохотный глоточек. Легкий терпкий привкус не вызвал у нее отвращения, хоть она и ожидала