Клятвы, которых никогда мы не давали - Николь Сноу

Прости, беззвучно произносит она.

— Что не так с моей одеждой? У меня выходной.

Мама тяжело вздыхает.

— Ничего, дорогая. Просто, может, тебе стоит выбирать вещи, которые тебе чуть больше подходят.

Вещи, которые не делают меня толстой, вот что она имеет в виду.

У меня отвисает челюсть, но прежде чем я успеваю наброситься на нее и сказать, что у нее нет права нападать на мой гардероб или мое тело, домофон снова жужжит.

Серьезно, что теперь?

— Можно войти? Это Итан, — рычит из динамика грубый мужской голос.

Вот черт!

Лицо мамы мгновенно светлеет. Я молюсь, чтобы она его не вспомнила, но одного присутствия Марго достаточно для подсказки.

К тому же мама поклоняется власти, красоте и богатству, а у Итана есть вся злая троица.

Повезло мне.

Я бросаюсь к домофону, но мама добирается до стены первой и впускает его.

Марго смотрит на меня широко раскрытыми глазами, и я умею это читать: ох, черт.

Ага.

Ох, черт.

И он вот-вот войдет прямо в мою дверь.

Мама несется обратно на кухню, и, кажется, хватает из холодильника одно из этих кейловых чудовищ.

Я не уверена, потому что бегу к белью, где на виду лежит пара моих трусиков. Мне едва удается закинуть это в спальню, прежде чем Люцифер переступает порог.

Высокий. Темные волосы с медным отливом. Полуночно-синие глаза.

Такие глаза не забывают.

Скулы, наверное, видимые из космоса, и челюсть такая острая, что ею можно выгравировать ругательства на титане.

В нем жесткое все: грудь, похожая на гранитную стену, плечи шириной в милю и лицо, застывшее, как у разгневанного бога.

Его взгляд останавливается на мне — темный и такой напряженный, что дыхание застревает.

Дыши, Хэтти.

Может, не будем делать хуже?

В свое оправдание скажу: на нем полный костюм, сидящий так, будто его нарисовали прямо на теле, ворот расстегнут ровно настолько, чтобы показать полоску загорелой кожи. Здоровый загар, редкий здесь, в Мэне, такой бывает только у тех, кто регулярно летает в теплые солнечные места.

Этот мужчина преступно красив. И настолько не из моей лиги, что это похоже на космическую шутку.

О, и он хмурится. Как всегда.

— Полагаю, ты ничего не знала об этой безумной договоренности, — говорит он, прежде чем я успеваю произнести хоть слово. — Это чертовски нелепо, и если ты хоть как-то участвовала в этой схеме...

Мои руки сжимаются в кулаки.

Глаза превращаются в лазеры.

У меня возникает жгучее желание запустить самой тяжелой книгой, какая у меня есть, в его глупо привлекательное надменное лицо. Как бы хорошо он ни был одет, он все равно огнедышащий мудак.

— Конечно, я не знала! Ты серьезно? — жестко говорю я. — Я ничего об этом не знала, а если бы знала, умоляла бы Леонидаса этого не делать.

Потому что это безумие.

— Мне нужно было убедиться. — Его брови сходятся, но он коротко кивает.

— И еще мне не нравится намек, будто я каким-то образом сговорилась с твоим дедом, чтобы свалить это на тебя. Ты вообще за кого меня принимаешь?

— Она буквально упала в обморок, идиот, — шипит Марго со своего места на диване. — Так не бывает, когда человек строит против тебя заговор.

— Ты все еще здесь? — Он хмурится на нее и фыркает.

— Да. Я поддерживаю подругу, как нормальный человек. — Марго машет рукой в мою сторону. — А чего ты от меня ждешь? Чтобы я утопилась в коктейлях? Если ты так хочешь горевать, Итан, пожалуйста, но меня не впутывай. Мы оба знаем, это отличный способ заставить призрак дедули вернуться и надрать тебе задницу.

— А как насчет поддержать брата? — рокочет он, как грозовая туча. — Ты знаешь, я больше так не пью.

В его глазах кипит злость, смешанная с крошечной искрой боли, почти понятной.

Марго закатывает глаза.

— Похоже, ты прекрасно справляешься. Разве ты не нанимаешь армию юристов по наследственным делам, чтобы оспорить завещание?

— Не завещание, — говорит он, складывая руки на груди. — Только условие о браке.

— Логично, — говорю я, слегка теряя рассудок. — Не хотелось бы упустить большое наследство, верно?

Он обрушивает на меня всю силу своего взгляда.

Я почти уверена, что кончики моих волос от жара скручиваются и скукоживаются. По коже пробегает покалывание.

— Чертовски верно. — Каждый слог способен резать стекло. — В случае, если у меня ничего не выйдет, я готов щедро заплатить тебе за до смешного простую работу. Пройти к алтарю, подписать несколько бумаг, держаться на расстоянии и подождать полгода до развода.

Он кивает так, будто это совершенно разумное предложение.

Ничего себе.

У меня отвисает челюсть. Мне снова дурно.

Он сказал это так прямо.

Будто у меня нет выбора.

Будто я та самая робкая девочка-мышь, которая согласится на немного денег в обмен на фиктивный брак и пойдет себе дальше, как ни в чем не бывало.

Типичный Итан.

Он ни капли не изменился.

Я моргаю, глядя на него, а он смотрит в ответ и моргает гораздо медленнее. Боже, даже моргает он надменно, и от этого мне хочется запустить ему в голову книгой поменьше.

— Ну? — говорит он, когда я не отвечаю. — Ты слышала слово «щедро»?

— О боже, Итан. — Марго накрывает лицо диванной подушкой. — Ты придурок. Пожалуйста, скажи, что это не твое окончательное предложение.

— Послушай, — говорю я, поднимая руку. — Я согласилась на это не больше, чем ты.

Он делает нетерпеливый жест.

— Неважно. Я ищу решение.

— Больше похоже на подкуп. — Моя злость растет с каждой секундой. — Ты пытаешься меня купить, причем не особенно мило. Ты слышал о лести? Пару часов назад это свалилось на меня точно так же, как на тебя, а теперь ты врываешься сюда и требуешь...

— Ты меня впустила. — Он пожимает плечами.

Технически меня опередила мама, но не в этом дело.

— Ты был груб.

— Скажи ему, Хэтти! — кричит Марго с дивана, опуская подушку с лица.

— Не помогаешь, — рычит Итан.

— Если хочешь, чтобы я подыграла твоему великому плану, тебе придется справиться лучше, чем...

Оглушительный визг за нашими спинами обрывает меня на середине фразы.

Мама наконец вышла из кухни и мчится к нему с протянутыми руками. Все мысли о том, чтобы поставить Итана на место, испаряются.

— Итан Блэкторн! Это правда ты? — Мама практически бросается ему на шею, осыпая поцелуями его щеки. Она определенно не была так счастлива видеть меня и Марго вместе взятых. — Целая вечность прошла!

Он моргает, наконец-то потрясенный до молчания.

Не думаю, что он вообще знал, что она здесь.

Отлично.

Сегодня она может стать моим тайным оружием.