Смеющаяся Река - Людмила Семенова

музея, кабинета начальника и совещательной комнаты. Еду для колдунов здесь не готовили, а поставляли «с берегов», и поскольку коллектив был международным, каждый мог заказывать меню по своему личному и национальному вкусу. Была здесь и сауна, куда Илья порой охотно заглядывал, и отдельные медпункты для колдунов и духов, и место для содержания фамильяров — нечто вроде камерного океанариума, где обитали нерпы, тюлени, бобры, тритоны, лягушки, жабы и водоплавающие птицы.

Музей и библиотека отличались удивительными иллюзиями, превращающими залы то в дикую пещеру, то в затопленный дом, то в сказочное подводное царство, то в ледяные торосы в бликах полярного сияния, то в тропические болота. Магия передавала не только зрительные образы, но и запахи, холод, зной. А среди экспонатов и книг хранились уникальные вещи, найденные духами на дне водоемов и в зданиях, разрушенных наводнением.

Зато кабинет Перышкина был на удивление скромно и строго обставлен: чуть ли не единственным его украшением были семейные фотографии. Сюда он проводил Илью и Юхани, распорядился, чтобы им принесли кофе. Затем Перышкин расстегнул форменную черную куртку, вытер испарину с шеи и после паузы заговорил:

— В общем, ребята: нашим агентам стало известно, что так называемые «охотники на нечисть» намерены сюда вернуться. Девять лет назад они выжали из нас все, что могли, — при этих словах лицо Кликуна судорожно дернулось, а сухие кулаки сжались, — и отправились на гастроли по другим пострадавшим городам, а теперь до них дошли слухи, что запас минерала в Питере все еще высок и не собирается иссякать. Так что рано или поздно они нагрянут в окрестности и попытаются вытравить нас с родной территории.

Андриан тяжело сглотнул и выразительно посмотрел на обоих патрульных, которые поначалу оцепенели от изумления и ярости. Илья промолчал, Юхани по-волчьи рыкнул, что случалось с ним только в моменты крайнего волнения.

— Вот-вот, — продолжал начальник, — будем называть вещи своими именами: охотники за наживой. Оружейным корпорациям, на которые они работают, минерал по-прежнему нужен как воздух, а с нашим существованием никто не намерен считаться. Я знаю про твой договор с Нижним миром, Змей, — в какой-то степени это обнадеживает, но вдруг они предложат ему больше?

— Значит, тогда нам придется готовиться к их налету? — произнес Юхани.

— Вероятно, причем за эти годы они набрались опыта и заработали на новое вооружение, — вздохнул Андриан. — А еще, по слухам, среди них ведутся разработки какого-то снадобья, которое якобы улучшит регенерацию людей так, что она сравнится с демонической. Разумеется, отпускать его будут только «своим». Но для этого охотникам явно потребуются, так сказать, биоматериалы духов…

— Вот дела, — проговорил Илья сквозь зубы. — И что же нам предпринять, если Нижний мир расторгнет договор?

— Погоди, я тоже без дела не сидел и уже поручил кому надо, чтобы духам на всякий случай подготовили защитную амуницию — специальные накладки, отражающие серебро и чары. Их нужно подшивать в одежду и в особые перчатки без пальцев, чтобы уберечь ладони. И необходима обувь с такой же защитой.

— А как же оборот? После него мы по-всякому остаемся голыми, — напомнил Юхани, — а исключить его из жизни никак не можем! И порой он происходит помимо воли.

— Могу дать только один совет: оборачивайтесь в свободное время от дежурств и подольше ходите в другом обличье. Так выше вероятность, что на дежурстве нервы не сдадут. К водяным духам все эти меры тоже относятся, но с ними ситуация еще более опасная, Змей.

— А конкретно?

— Охотники, возможно, не захотят церемониться и просто зальют в реку какой-нибудь зачарованный яд, от которого умрут и духи, и рыба. Но она же не нужна им живой: туши всплывут на поверхность и те их массово выгребут, чтобы выковырять минерал. Девять лет назад они поступали так же, только использовали банальный динамит, — напомнил Андриан.

— Духи умрут, а люди останутся без защиты, воды и еды, — подытожил Илья.

— Именно так, — кивнул Андриан. — Хоть они сейчас и вербуют молодежь под лозунгом «В человечном мире демонам не место», на самом деле им плевать и на тех, и на других. Мы и духи для охотников досадная помеха, не более того. Правда, я не исключаю, что кто-нибудь из них предложит договориться «по-хорошему» — типа мы им уступаем минерал, они не трогают нас. В прошлый раз таких толерантных не нашлось, но за столько лет кровь там могла изрядно обновиться.

— И мы эту кровь распробуем! — мрачно отозвался Юхани. — Ты же не думаешь, Кликун, что один из нас мог бы купиться на такое дерьмо? После того, что они устроили!

— Ну ты меня не обижай, Волк! А вот они плохо понимают разницу между людьми и вами, — пояснил Андриан. — Кое-кто и вправду ненавидит духов, но с такими, как ни странно, еще можно договориться. С теми, кого волнуют только деньги, шансов нет. Поэтому, Змей, усиль свою охрану во всех близлежащих поселках — теперь уже не только от нежити, но и от людей. Но не допускай паники! Впрочем, тебя этому не надо учить…

Тут Перышкин вздохнул, но быстро взял себя в руки и ободряюще улыбнулся. Илье нравилось умение начальника облекать даже страшные вести в житейскую, будничную форму без лишнего пафоса. И переведя дыхание, сделав глоток воды, тот заговорил снова:

— Ну вот, первую новость я вам сообщил, а вторая — нас, точнее именно тебя, Змей, просят взять шефство над одним духом из другой страны. Существо дикое, опасное, но вроде как одаренное и может быть полезным для Патруля.

— У нас что, ввели обучение по обмену? — усмехнулся Илья.

— Нет, пока это единичный случай, прежде такие существа считались необучаемыми и неподвластными колдунам. Но наши кельтские товарищи знают о твоем опыте и надеются, что ты из него вырастишь патрульного не хуже Волка.

— Кельты? — насторожился Илья. — И кто же это существо? Какого хоть оно пола?

— Мужского, если точнее — юноша, совсем молодой даже по нашим, человеческим меркам. А называется он келпи, иначе говоря водяной конь-оборотень.

— Людоед, — сдержанно добавил Илья. Юхани промолчал, но по его сероватому лицу пробежала тень, а глаза блеснули тревожным огоньком.

— И да, и нет, — возразил Андриан. — Эти твари тоже предпочитают питаться страхом людей, но если их сильно рассердить, действительно могут разорвать и