Яблочко раздора в академии невест - Нелли Штерн

– Это ничего, – мягко прошептал он, – Фаб обязательно что-нибудь придумает. Иди же! – с усилием выдавил он.

Понимая, что он прав, я не могла заставить себя сделать этот шаг, не могла оставить его здесь.

– Ты сказал, там твои эльфы, – воскликнула, осененная идеей. – Я сейчас… я приведу помощь… ты только дождись! – подскочила с колен и бросилась в темноту, но что-то заставило меня обернуться.

Рука Леоринэля, зажимавшая рану, безвольно сползла на пол. Красивые глаза закатились. Дыхание перехватило, перед глазами потемнело, грудь словно сдавило тисками. Я, как выброшенная на берег рыба, хватала ртом воздух, но не могла сделать спасительный вдох. Ноги совершенно не держали, я практически упала рядом с ним.

– Не смей уходить! – закричала зло. – Ты не можешь оставить меня! – трясла его широкие плечи, била по щекам, но мой мужчина не реагировал.

– Пожалуйста… – глотая соленые слезы провыла я.

Чьи-то незнакомые, но крепкие руки опустились на плечи.

– Миледи, мы должны уходить, – прозвучало тихо, но уверенно рядом. – Ему уже не помочь, – увещевал меня незнакомый эльф.

– Нет! – воскликнула в панике.

Руки дрожали, но я снова и снова водила ими вдоль застывшего тела, умоляя высшие силы помочь. Ведь если его не станет… я даже думать не хотела, что будет со мной.

Глава 55

«Верните мне его!» – безмолвно кричала в пустоту, обращаясь к богам этого мира.

Замерла, прислушиваясь к себе. Тепло! Мягкое! Легкое, словно невесомое облачко! Оно зарождалось где-то в животе и плавно растекалось по телу, забирая с собой холод и пустоту. То, что сдерживало мою магию, исчезло, растворилось без следа. Сила разлилась по венам полноводной рекой. Опустила ладони прямо на ребра Лео и прикрыла глаза. Поток чистой энергии хлынул от меня к моему эльфу. Он проникал в его тело, уничтожал темный яд, успокаивал, даря облегчение и надежду.

– Хватит, миледи, вы уже отдали слишком много, – безымянный эльф бережно отвел мои руки от Трелорина.

Я замерла в тяжелом ожидании. Леоринэль не шевелился. Гулкий удар моего сердца… еще один… отчаяние, захлестнувшее с головой. Оно жгло изнутри. Губы задрожали. Неужели все напрасно?

– Эй, красавчик, – прошептала я, вплетая пальцы в белоснежный шелк его волос, – вернись ко мне.

Дрожащие ладони обвели точечные скулы. Его удивительно гладкая кожа словно светилась изнутри. Он выглядел таким спокойным и безмятежным.

– Ты нужен мне, Лео, – хрипло прошептала, склоняясь над пухлыми розовыми губами. – Я люблю тебя, – выдохнула в них и прижалась в отчаянном поцелуе.

Его тело крупно вздрогнуло. Эльф шумно вдохнул и ответил, прижимая рукой к своей широкой груди.

– Мой огонек! – счастливо прошептал он, оторвавшись от меня и заглядывая невероятными влюбленными глазами в самую душу. – Ты не ранена? – внезапно заволновался он, поднимаясь и обшаривая мое тело.

Леоринэль усадил меня на свои длинные ноги, с тревогой заглядывая в глаза.

– Нет, я в порядке, – успокоила его.

Эльф напряженно замер и медленно повернулся к выходу. Они оба чутко прислушивались, острые кончики ушей нервно подергивались. Наконец, и до меня донесся странный, все нарастающий гул. Пещера с тяжелым вздохом содрогнулась. В невысоком проходе за нашими спинами сорвалось несколько камней.

– Что это? – спросила, здорово перепугавшись, хотя, казалось, больше уже просто невозможно.

– Хранители здесь, – ответил незнакомый мне эльф. – Нужно как можно скорее вывезти миледи отсюда…

Но я не позволила ему закончить крамольную мысль.

– Я не оставлю своих мужчин, – ответила решительно и, кряхтя, попыталась подняться.

Леоринэль легко и грациозно перетек в вертикальное положение вместе со мной на руках. И не скажешь даже, что только что я едва не попрощалась с ним навсегда. Тело вздрогнуло, снова ощущая невыносимую фантомную боль, будто целый кусок меня вырвали наживую. Обняла его за шею дрожащей рукой и уткнулась носом в упругую прохладную кожу. Знакомый аромат морозных ягод защекотал ноздри, успокаивая лучше любого зелья.

– Просто поверь мне, я должна быть там, – тихо прошептала куда-то ему в ключицы и коснулась губами с довольством отмечая тонкую череду мурашек, следующих за моими губами.

Лео судорожно вздохнул и сдался:

– Что ты собираешься сделать?..

Дарион Мораус, огненный хранитель

Мы без устали гнали коней, вперед, туда, где дрожала крохотная звездочка ее души. Отчаянная надежда давала сил. Потому как… ну не может быть по-другому… никак не может… без нее не будет ничего.

Рядом гнал своего вороного коня Фабрициус… друг… больше чем брат. Его молчаливая упрямая поддержка помогала, гася панические мысли. Упорный синий взгляд словно пытался заглянуть за горизонт. Мы потеряли слишком много времени. Главный целитель прав, выезжать малым отрядом было безрассудно, мы должны были добраться живыми. Весьма кстати в императорский шатер явился все еще бледный, но уже точно не собирающийся умирать генерал Манворд. На военном совете было решено организовать прорыв и при поддержке войск под руководством Генриха вести примерно половину боевых магов к Драконьему склону. Генерал отвлечет тварей внезапным нападением, наша задача – прорвать их строй и пробраться в глубокий тыл.

И вот теперь, когда поле битвы осталось далеко позади, а усталое светило снова и снова пыталось пробить холодными лучами губительное алое марево чужеродной магии, впереди показались Вечные горы. Удивительно, но Зверь даже не озаботился выставить охрану на подступах к своему логову.

– Так уверен в собственной силе, – тихо протянул Фаб, всматриваясь в окрестности и ожидая нападения.

Смертоносные лучи его магии были готовы вот-вот сорваться с пальцев и поразить врага.

Всепоглощающее убийственное чувство страха и ожидание неизбежного конца едва не выбило из седла. Мы с Фабрициусом, заледенев за мгновение, переглянулись и пришпорили коней. Время, отпущенное нашей девочке, стремительно утекало сквозь пальцы.

«Боги! Уберегите ее!» – взмолился отчаянно.

Подножие горы ощетинилось, завыло тысячей отравленных глоток. Твари бездны, измененные создания, ни живые, ни мертвые черной волной скатывались по склонам, почуяв сладость магии, тепло бьющихся сердец. Словно обезумев, они рвались вперед.

Сила гудела в крови, недовольно ворочалась под кожей, требуя выпустить. Своенравный и мощный, огненный феникс издал боевой клич. В груди жгло. Отпустил поводья, распахнул руки-крылья, и вот уже в воздух поднимается величественный огненный хранитель. Ревущее пламя срывается с алых крыльев, с алчным треском летит по мертвой земле, сжигая первые ряды тварей. Где-то за спиной