Кайкейи - Вайшнави Патель

уже начали вскакивать волдыри. Пальцы асуры впились мне в плечо, я пыталась вырваться, изворачиваясь всем телом то в одну, то в другую сторону. Его темная рука выглядела почти по-человечески, но хватка была чудовищная.

– Чего ты хочешь? – спросила я. Во рту у меня был горький привкус, и ног я под собой уже не чувствовала. Сердце металось в груди диким зверем, словно хотело вырваться. От страха у меня слегка закружилась голова.

Бхандасура улыбнулся и широко обвел рукой вокруг, убрав ее с моего плеча.

– Все.

Я не удержалась на ногах и упала прямо на Равану, который смотрел на все происходящее словно парализованный, не в силах ничем помочь.

Вопль застрял у меня в горле. Без моего копья мы не выберемся отсюда живыми.

И все же я не могла с этим смириться.

– Тебе нечего делать в Джанастхане, – сказала я, стараясь выкроить драгоценные минуты жизни.

Он фыркнул по-бычьи.

– Ты правда не понимаешь? Я-то слышал, что ты умная.

– Ты слышал, что я… Откуда ты знаешь про меня?

Меч Раваны, горячий от пламени, коснулся моей ноги. Не сводя глаз с асуры, я медленно потянулась за спину необожженной рукой. Теплый пот струйками стекал по позвоночнику.

– Мой хозяин хотел заманить тебя сюда, – прорычал Бхандасура. – И я выполнил его просьбу.

– У тебя есть хозяин? Выходит, ты не так уж и могуществен, как я думала. – Я говорила наугад, что в голову придет, надеясь, что мне удастся разозлить его и заставить совершить какой-то промах.

– Мой господин всемогущ! – заявил Бхандасура, и гневные языки пламени обволокли нас невыносимым жаром. Спасаясь от них, Равана шагнул ближе, и в мою руку легло что-то тяжелое. Я слабо верила, что это поможет, но выбирать было не из чего. – Он создаст новую империю в этом мире. Он освободил меня из тюрьмы, в которую заточила меня эта несносная богиня.

– Скажи мне, кто твой хозяин, тогда я, может быть, пощажу тебя, – сказала я. Дым проник в легкие, и голос звучал слабо, прерываемый кашлем.

Бхандасура рассмеялся, и глаза у него закрылись. Я решила воспользоваться этим.

– Даже если бы видел его лицо, я бы никогда…

Длинный, тонкий, удивительно похожий на копье меч Раваны вонзился ему в грудь. Я метнула его не той рукой, какой обычно держала оружие, но с такого расстояния трудно было промахнуться.

Бхандасура смотрел на меч, раскрыв рот от удивления.

– Это не… – Но тут он зашатался и упал на колени. – Ах ты… потаскуха! – прорычал он, прижимая руку к груди. – Ты не выйдешь отсюда живой!

Пламя рассыпалось искрами. За ним стояла неправдоподобно жуткая толпа чудовищ, воющих и лающих. Были тут и знакомые мне звери: волки, тощие, как скелеты, в грязной свалявшейся шерсти, и демоны с рогами на голове и огромными, выпученными красными глазами.

Равана шагнул вперед и швырнул в пламя в центре стаи какой-то маленький предмет. Ударившись о землю, тот взорвался с такой силой, что я почувствовала, как колыхнулась стена огня. Многих зверей этим непонятным изобретением, которое Равана принес с собой, разорвало на части, но остальные не отступили.

Если власть Бхандасуры над ними не рассыплется с его смертью, мы ничего не сможем сделать.

Асура, задыхаясь, корчился на земле, а я выхватила меч левой рукой.

– Ты сможешь их задержать? – спросила я Равану. – У меня есть идея.

Он встал передо мной в оборонительную стойку.

– Буду удерживать, сколько смогу.

Я вошла в Плоскость Связи. Никогда я не пыталась использовать свою магию для контроля над потусторонними существами, и мне не хотелось испытывать судьбу сейчас, когда на кону стояла моя жизнь. Я старалась не представлять, каково это – принять смерть от этих чудовищ. Она будет медленной, ведь звери маленькие – станут терзать нас зубами и когтями, пока не задерут до смерти.

Мир у меня перед глазами дрогнул и расплылся, когда дыхание Бхандасуры стало слабеть. Тени в лесу, несмотря на яркий солнечный свет, заплясали, надвигаясь на меня. Я не обращала на них внимания. Ожоги горели, и я призвала эту боль себе на помощь: она обостряла мое внимание до предела. Все остальные связи как будто померкли, и я наконец нашла то, что нужно. Тусклые черные струйки, тянущиеся от Бхандасуры, управляли стаей диких зверей, как марионетками. Едва я увидела их, как они засияли на фоне мертвенной пелены, окутывавшей мир Плоскости.

Издалека я услышала, как Бхандасура испустил последний вздох. Пламя погасло. Я смотрела на связи в надежде, что они умрут вместе с огнем. Но они даже не замерцали.

И тут звери набросились на нас.

Равана сражался за десятерых: кромсал, резал, колол до тех пор, пока земля не покрылась матовым налетом крови. Воздух был дымный, цвета меди, и насквозь пропитался запахом смерти. Глаза у меня слезились, их щипало, однако я продолжала свое дело. Пока Равана прикрывал меня, я хватала черные нити, все еще связывавшие зверей, и с отчаянной силой рассекала их одну за другой. Звери, стоило им освободиться от магической привязи, тут же бросались наутек. Но дело двигалось медленно. Я была слишком нерасторопна. И уже едва держалась на ногах: магия истощала силы.

– Что ты делаешь? – крикнул Равана.

– Пытаюсь нас спасти, – ответила я сквозь стиснутые зубы и собрала всю свою силу, превращая ее в клинок. Плечи у меня поникли, зрение затуманилось, и я представила себе меч такой силы и остроты, чтобы он мог одним ударом разрубить этот клубок. И я с криком вонзила его в самое сердце узла.

Поток нитей в Плоскости Связи оборвался. Я покачнулась, видя, что толпа зверей отхлынула.

– Получается! – крикнул Равана. – Давай еще раз!

Из раны на его руке ручьем текла кровь. Чьи-то зубы впились мне в ноги, и я машинально взмахнула настоящим мечом, неуклюже отбив зверя, похожего на рогатого кролика. Я едва держалась на ногах, и моя решимость тоже пошатнулась, но я подумала о Лакшмане, который остался один ждать в Джанастхане. Нельзя было его бросать.

Я снова вошла в Плоскость Связи. Какая-то птица вцепилась когтями мне в лоб. Пот и кровь застилали глаза. Я почти не видела, что делаю. Рядом вскрикнул Равана. Я почувствовала, как он попятился.

От ужаса вся кровь во мне заледенела. И тут внезапной вспышкой пришел план спасения.

Я глубоко вздохнула и представила себе огонь, который зажгла в лесу Шишира. Мысленно направила пламя на клубок, и огненный шар начал пережигать связи. Нити марионеток задергались, некоторые звери взвыли.

Упав на колени, я вливала в воображаемое пламя всю свою