Виннипегская Cтена и я - Мариана Запата

про матч брата и появление Сьюзи, про то, как Эйден огрел ее мужа взглядом. Про то, как он помог с рождественской елкой и гирляндами. Как подрался с Кристианом – Диана его отлично помнила, сама грозилась ему вломить.

Когда она надела на меня странный шлем, похожий на аппарат NASA, на ее лице было изумление.

– Господи, – повторяла она. – Я думала, этот этап твоей жизни позади.

– Ничего себе. Прямо как в тех сериалах, что твоя мама смотрит.

– Как те, что мы вместе смотрели, – заметила я. Кстати, так я и выучила испанский.

Диана рассмеялась, сидя напротив со скрещенными ногами.

– Помнишь, как мы мчались после уроков, чтобы успеть к началу? – Она задумчиво вздохнула. – Кажется, это было сто лет назад.

Я кивнула. Это были одни из самых светлых воспоминаний. Потом меня перевезли на другой конец города, и все закончилось. Жизнь с матерью оставила пару хороших и дюжину ужасных воспоминаний.

Диана встряхнула головой, отгоняя мысли о прошлом.

– И что ты собираешься делать?

– С чем?

– С мужем, конечно!

Она смотрела на меня с выражением «не валяй дурака».

– Не говори «ничего». Ты с ним флиртуешь. Я вижу.

Я открыла рот, чтобы возразить, но она снова остановила меня жестом.

– Будешь врать? Я все вижу, Вэнни. От мастера не скроешь.

Ладно, один раз я от нее скрыла – свое замужество. Но к чему вспоминать?

– Думаю, ты ему нравишься. Не стал бы он проводить с тобой столько времени.

– М‐м‐м, – промычала я в ответ.

– У вас целых пять лет вместе. Почему бы не использовать этот шанс?

Мне захотелось поправить очки, но я удержалась.

– У нас договор, Ди. Чисто бизнес. Он не виноват, что я идиотка.

– Почему идиотка? Потому что хочешь любви?

– Потому что он не способен любить. Представь, как неловко будет, если я что-то сделаю или скажу? Я не нарушу наш договор. Он заботится обо мне, и этого достаточно.

Если кто-то знал меня лучше всех, так это Диана. Ее следующие слова лишь подтвердили это.

– Вэнни, я чертовски тебя люблю. Ты мне как сестра. Но у тебя искаженное представление о том, за что стоит бороться. Я не знаю, способен ли он любить, но что ты теряешь? Вы уже женаты. Он не станет сейчас разводиться.

Что я теряю?

Друга.

Диана дернула меня за край джинсов.

– Слушай сердце. Я просто хочу, чтобы ты была счастлива. Ты это заслужила.

Я поморщилась, не желая больше говорить об Эйдене. Все мое тело ныло при одной мысли о нем, особенно когда дело касалось слова на букву «Л».

В своей жизни я достаточно любила людей, которые не отвечали мне взаимностью. Так что Диана была права – я могла рискнуть.

От этой мысли стало горько.

Я кашлянула и указала на рождественскую елку за ее спиной, меняя тему. Не верилось, что до праздников меньше недели. Когда я работала на Эйдена, время летело быстро, но после увольнения оно понеслось еще стремительнее.

– Когда уезжаешь к родителям?

– В Сочельник. На работу выхожу 26‐го, – объяснила Ди. – Ты остаешься?

А куда мне было ехать?

* * *

– Я поехал, – объявил Зак, стоя в дверях несколько дней спустя.

Я повернулась на стуле, моргнула, затем поднялась.

– Хорошо. Провожу тебя.

– О‐о‐о… Не надо.

– Хочу вручить рождественский подарок, – толкнула я его в плечо.

– Тогда веди, подруга, – он пропустил меня вперед.

Гирлянда на елке не горела. Я покопалаcь среди подарков и достала две аккуратно завернутые коробки из угла.

– С Рождеством!

Он сиял как ребенок.

– Можно открыть сейчас?

– Конечно.

Зак с энтузиазмом разорвал упаковку. Внутри были пижамные штаны и тапочки. Что подарить человеку, у которого есть все? То, что ему действительно нравится, даже если этого уже много.

– Вэнни, – он развел руки с подарками в стороны.

– Пожалуйста, – улыбнулась я, обнимая его.

Большой Техасец прижал меня к себе, покачивая из стороны в сторону.

– Спасибо!

– Не за что.

Он отступил, положил подарки в сумку и достал оттуда конверт.

– Для тебя, моя девочка.

Я широко улыбнулась, тронутая до глубины души его подарком. Я вскрыла конверт и достала открытку. Внутри нее была подарочная карта одного из местных спортивных магазинов. Но мое внимание привлекли строки, накорябанные ужасным почерком.

Моему самому близкому другу,

Счастливого Рождества, Вэнни. Не знаю, что бы я делал без тебя последние несколько месяцев.

С любовью, З.

– Не смог выбрать, что подарить, так что купи себе новые кроссовки для марафона, ладно? Тебе лучше найти их к тому времени, как я вернусь. Не смей потратить мой подарок на кого-то другого, – бормотал Зак.

– Спасибо, – промычала я, еще раз обнимая его. – Обещаю, что куплю что-нибудь себе. Когда ты вернешься?

– Я останусь там до Нового года. Дедуля не очень хорошо себя чувствует, и я хочу провести с ним немного времени.

Тут он подмигнул.

– К тому же одна зазноба, с которой я встречался в старшей школе, пару дней назад написала мне, чтобы узнать, будет ли Большой Техасец в городе.

Я хихикнула. Большой Техасец. Она совершенно точно не воспринимала его как личность.

– А что с девушкой, с которой ты здесь общаешься?

Зак издал неопределенный звук.

– Она немного ку-ку.

– Тогда повеселись дома.

– Ага, – он наклонился и чмокнул меня в щеку. – Если станет одиноко, съезди к Диане, слышишь?

– Все будет хорошо.

Мне не впервой будет встречать Рождество без большой компании. Переживу. Когда Зак повернулся к двери, я шлепнула его по заднице.

– Веди машину осторожно и передавай привет маме.

Зак ухмыльнулся через плечо. Когда он ушел, я осталась дома одна.

С легкой улыбкой я закрыла дверь гаража, держа в руках рождественский подарок для Эйдена и разрываясь между паршивым настроением и легким волнением из-за маленького сокровища, ожидавшего завтрашнего утра.

Пятнадцатикилометровая пробежка утомила меня, но не слишком сильно. Я испекла сахарное печенье в виде елочек, карамельных тростей и звездочек и этим отвлеклась на пару часов, а потом позвонили в дверь – это курьер принес мне четыре коробки с подарками. Я тут же вскрыла их с нетерпением маленького ребенка.

Мои приемные родители, Диана, ее папа и мама и мой младший брат прислали мне подарки в разноцветной упаковке. В них были акварельные краски, цветные карандаши, несколько комплектов нижнего белья – от единственного человека, который купил бы мне их, – хорошенькие наручные часы и пижама.

«Скучаю», – было написано на открытке от брата, который проводил каникулы во Флориде с семьей товарища по команде.

Свои подарки я отправила им всем еще две недели назад. Даже заказала подарочную