Чарующая мелодия страны грёз. Книга 1 - Тан Ци

к себе по тому же маршруту, что и пришел. На всем его пути дул холодный ветер, цветение вишен уже подошло к концу. Он подумал, что Жун Сюнь, вот так бросивший ее, такой глупец. Но то, что он отказался от нее и отправил во дворец, помогло самому Жун Юаню. Это действительно судьба.

Он не влюбился в нее с первого взгляда. От чувства жалости до полной любви ему потребовалось три дня. Три дня, чтобы влюбиться. Возможно, кто-то подумает, что три дня – это слишком короткий срок. Но лишь тот, кто познал суть вещей, поймет: для судьбоносной встречи и одного взгляда бывает слишком много, что уж говорить о трех днях, наполненных такими взглядами. Он правда сильно полюбил ее.

* * *

Все последующие события были подобны тем, что мы уже видели во снах Ингэ. Жун Юань спросил ее: знает ли она, что такое любовь правителя? Она ответила, что это безграничная любовь, такая же благодатная, как дождь и роса, которые нисходят на всех и приносят пользу всем людям в мире в равной степени. Но он не мог с этим согласиться, полагая, что это нельзя назвать любовью. Это всего лишь долг, который правитель по природе своей должен исполнять перед народом.

Он отличался от тех правителей, что понимали лишь так называемую безграничную любовь. На вершине одиночество ощущается острее всего. Увидев ее, он понял: ему нужен человек, который останется рядом с ним. На той высоте троим было бы слишком тесно, а одному – одиноко. Ему нужен был один-единственный человек. Та, что была хрупкой и в то же время сильной, сдержанной и безрассудной, некогда убийцей, но по ошибке ставшей его женой.

Он знал, что Ингэ хочет уйти. Жун Юань всеми способами пытался ее удержать. Он мог дать ей все, что она только захочет, кроме разве что свободы. Он также знал, что сердце ее покрылось слоем льда. Но, даже даровав ей свободу, он не смог бы сделать ее счастливой. Из-за сурового и запутанного прошлого она забыла, каково это – уметь искренне плакать и смеяться.

Он хотел сберечь ее ото всех бед. Она должна была радоваться и ни о чем не беспокоиться, как наивная девочка, не ведающая о мирских заботах, чтобы он мог держать ее на ладони, сомкнуть пальцы и с особой осторожностью оберегать.

Он просчитал абсолютно все, только не взял в расчет судьбу. В его планах они должны были быть вместе еще долгое время в полной любви и гармонии, он бы защищал ее, как каждый цунь земли у своих ног в смутное время. Через сто лет их бы положили в один гроб, так что даже в темной усыпальнице они бы не знали одиночества.

Однако в тот день явилась судьба и показала ему, что жизнь его на самом деле не такая длинная, как он себе представлял. О каких ста годах вместе может идти речь? Все это оказалось лишь несбыточными мечтами.

Жун Юань родился недоношенным. В детстве он постоянно болел. Старый Чжэн-хоу пригласил во дворец всех известных лекарей того времени. Большинство предрекало: если усердно лечить юного господина и тщательно ухаживать за ним, он, возможно, доживет до восемнадцати лет. Если же правитель желал, чтобы сын прожил дольше, оставалось лишь молить Небеса о даровании его чаду долгих лет жизни.

У Чжэн-хоу не было другого выбора. Он не хотел сдаваться до последнего и решил, что хвататься надо за любую соломинку, так что отдал Жун Юаня обучаться владению мечом в тщетной попытке укрепить его тело. По счастливому стечению обстоятельств, у наставника по искусству владения мечом он встретил вечно неуловимого легендарного лекаря Байли Юэ, который неизвестно каким способом излечил корень болезни мальчика, преследовавшей его с детства. С той поры весь правящий дом Жун возвел Байли Юэ в ранг почетного гостя, чтимого всем родом.

После того как старый Чжэн-хоу скончался, Жун Юань не виделся с этим легендарным лекарем восемь лет. Они снова встретились в конце года, когда Ингэ был пожалован титул госпожи Цзыюэ. После проводов старого года близкие уже столько лет друзья наконец встретились. Это было первое, что Байли Юэ с серьезным выражением лица сказал ему:

– Ваше величество, за последний год доводилось ли вам подвергаться воздействию какого-нибудь яда?

Только тогда он узнал, что яд, полученный при усмирении обезумевшего снежного барса в прошлый канун Нового года, пусть и не был сильно ядовитым, но именно для него он оказался смертельным. В тот год, чтобы справиться с болезнью Жун Юаня, Байли Юэ использовал порядочное количество ядовитых трав для приготовления лекарств. Все существа в этом мире сочетаются и противостоят друг другу, и, приняв те лекарства, он на всю жизнь приобрел абсолютную непереносимость трех вещей: облачного цветка мальвы, хризантемы инея и сумерек и травы зимнего соблазна. Согласно слухам, трава зимнего соблазна давно исчезла со всего континента. Жители Новоландии уже даже не знают, как она выглядит и какими свойствами обладает. Однако в яде на когтях снежного барса в ту ночь был как раз этот смертельный для Жун Юаня ингредиент, причем в большом количестве.

В саду Юйцзинь становилось все холоднее, сквозь оголенные деревья были видны загнутые углы крыши дворца Струящейся Луны. Жун Юань смотрел в том направлении, затем медленно спросил стоящего перед ним Байли Юэ:

– Сколько мне еще осталось жить?

– Примерно через три месяца его величество начнет рвать кровью, а спустя год…

– А через год?

– Скончаетесь от кровотечения…

Лицо его побледнело, но голос по-прежнему оставался таким же спокойным:

– Неужели даже вы, учитель, не знаете никакого решения?

* * *

Байли Юэ был легендарным лекарем, но не богом. Трава зимнего соблазна находилась в теле Жун Юаня почти год, нейтрализовать и вывести ее уже не было никакой возможности. Впервые он пытался обмануть себя и поверить в собственную ложь. Он надеялся, что Байли Юэ, который никогда не ошибался, именно в этот раз оплошал, а сам он не отравлен никаким ядом и это всего лишь ложная тревога.

Но только спустя три месяца, когда во время чтения документов без малейших на то признаков его вырвало кровью, он наконец убедился в своей участи, о которой ему поведал лекарь. Характер у него был холодный, еще с детства невозможно было понять: злится он или рад чему-то, но в ту ночь в нем проснулся спавший доселе зверь, и он разгромил кабинет до основания. Но раз уж так вышло, отступать было некуда, придется заново