Во власти дракона-оборотня - Кортни Уимс

Она кажется ужасно холодной и липкой от пота.

Она медленно кивает, дыша через слегка приоткрытые губы.

— Никто из нас не может здесь оставаться, — шепчу я, закупоривая пустой флакон и бросая его на кровать. — Нам нужно уйти. Сегодня ночью. Как думаешь, ты сможешь идти сама?

Она хватает меня за предплечье и пытается приподняться. Её тело дрожит от усилия. Когда ей удаётся оторвать голову от подушки, она со вздохом падает обратно.

— Не могу. Я ничем не могу пошевелить.

— Хорошо, слушай. — Я подтыкаю вокруг неё одеяло. — Ты будешь притворяться спящей, пока силы не вернутся. А я пойду по комнатам и разбужу остальных девушек. Мы встретимся здесь и сбежим вместе. Хорошо?

Она крепко сжимает мою руку, её глаза округляются.

— Будь осторожна.

Сжав её ладонь в ответ, я поднимаюсь с кровати. Затем, придвинув комод к двери её комнаты, выбираюсь через окно.

— Закрой глаза. И не открывай их, пока я не вернусь.

Я у окна Аэлии. Самого дальнего от комнаты Лиры.

Если мне удастся убедить её уйти с нами, у меня появится союзница, которая поможет уговорить и остальных девушек.

Мой лучший шанс попасть в комнаты — не через коридоры. Особенно если все двери заперты и мне пришлось бы стучать. При мысли о том, что придётся карабкаться по стенам замка, чтобы добраться до каждой девушки, у меня сжимается желудок.

Что, если они откажутся слушать? Что, если вместо того, чтобы согласиться уйти, они решат остаться? Решат поднять тревогу во всём замке?

Я отгоняю эти мысли.

Потому что у меня нет времени на них.

Аэлия лежит в кровати спиной ко мне. Глубоко вдохнув, я осторожно постукиваю ногой по стеклу.

И жду.

Ничего.

Недовольно ворча, я стучу чуть сильнее.

Она резко поднимает голову с подушки и смотрит на стену перед собой. Я снова стучу в окно, и она поворачивается. Её глаза становятся ещё шире, когда она понимает, что кто-то висит снаружи её окна. Она выскакивает из-под одеяла, не сводя с меня взгляда, и бросается к двери.

— Нет! — шиплю я. — Это я! Марселла!

Я опускаюсь на колени на узком выступе. Бёдра горят от напряжения, необходимого, чтобы не соскользнуть вниз, а пальцы ноют от силы, с которой я держусь за карниз над головой. Приблизив лицо к стеклу, я стукаюсь лбом о окно.

Когда её рука уже тянется к дверной ручке, она замирает. Губы приоткрываются, когда она узнаёт меня. Бросив быстрый взгляд в сторону ванной комнаты, затем на дверь, она направляется к окну. Отщёлкивает задвижку и распахивает его.

— Что ты творишь? — шипит она.

Я тихо кряхчу, пытаясь забраться внутрь, и она хватает меня за предплечье, помогая удержаться. Когда я спрыгиваю на пол, то сразу поворачиваюсь к ней.

— Нам нужно уходить. Сегодня ночью. Сейчас.

— Ты с ума сошла? — Она смотрит мимо моего плеча на окно. — Сколько ты сегодня выпила?

Я хватаю её за запястье.

— Я не пьяна. И времени почти нет. Лира сказала мне…

— Ты говорила с Лирой? — Она хмурится в недоумении. — Когда?

— Я только что вышла из её комнаты. Наша ссора была лишь отвлекающим манёвром. Мы с ней подруги. — Я тяну её к окну. — Нам нужно уходить.

— Где она?

Она наклоняется, пытаясь посмотреть за моё плечо наружу.

— Она… встретится с нами в своей комнате, и мы уйдём все вместе.

Она прищуривается и упирается пятками в пол, не позволяя мне потянуть её дальше.

Я сильнее сжимаю её запястье.

— У нас мало времени. Нужно предупредить остальных девушек. Уиллоу не сбежала. Её убили здесь, в коридорах, пока мы спали. Ты и сама это знаешь после того, как Лира рассказала тебе про серьгу. И…

Я сглатываю, преодолевая собственное колебание.

— Аэлия, Король Сайрус — не человек. Он… существо. Здесь никто из нас не в безопасности, поэтому мы должны немедленно уйти…

Она вырывает руку из моей хватки.

— Нет. Я никуда не пойду.

— Ты в своём уме? — шиплю я. — Ты вообще слышала всё, что я только что сказала?

— Ты почти два дня не разговаривала ни со мной, ни с Лирой, потом едва не подралась с ней, а теперь врываешься среди ночи в мою комнату и ожидаешь, что я пойду за тобой? Нет.

Она делает шаг назад.

— Насколько мне известно… ты Брайрстоун, которая хочет избавиться от соперниц.

— Я не могла разговаривать с вами потому, что Леди Бетани мне угрожала.

Она вздрагивает.

— Леди Бетани? — медленно переспрашивает она. — Чем угрожала?

— Она пригрозила убить меня, если я ещё хоть раз заговорю с одной из вас. И после того, как я увидела, как она собирает кровь у других женщин, которых якобы «отправили домой» или которые якобы «заболели», я вполне готова в это поверить.

Она даже не вздрагивает.

Просто смотрит на меня.

Прищурившись, я делаю шаг вперёд.

— Ты не выглядишь… удивлённой.

Её глаза расширяются, когда я медленно надвигаюсь на неё, и она начинает пятиться, сохраняя между нами расстояние.

— Что ты скрываешь, Аэлия? — с презрением спрашиваю я.

Её начинает бить дрожь.

— Я-я…

— Отвечай мне!

Я выхватываю кинжал.

Она поднимает руки и выпаливает:

— Она не может убить тебя, если ты связана кровью с Лирой. Всё это был блеф.

У меня вытягивается лицо, плечи опускаются.

— Что? Откуда ты… Лира тебе рассказала?

— Нет. Вы обе постоянно начали носить эти перчатки. И во время испытаний это выглядело странно. Но окончательно меня убедило то, что Лира перестала пользоваться правой рукой как раньше. В самом начале я несколько раз замечала, как она морщится, когда что-то касается её ладони. Поэтому я заподозрила это и сообщила Леди Бетани.

— Ты что сделала? — рычу я, схватив её за ворот ночной сорочки.

— Я… я виновата! Я не знала, что ещё делать! Это казалось опасным — играть с такой магией. Ты вообще понимаешь, насколько серьёзна кровная связь? Потом я начала переживать, что ни одна из вас мне ничего не сказала. Что вы мне не доверяете. После этого вы стали вести собственные разговоры наедине. Настолько, что я чувствовала себя посторонней, наблюдая за вами двумя. А потом исчезла Уиллоу… Мне было страшно. Я подумала, что, возможно, это вы её убили.

Сжимая в кулаке ткань её сорочки, я резко дёргаю её к себе.

— Ты могла просто спросить нас об этом!

— Вы бы всё равно мне не сказали! — огрызается она в ответ.

Я отстраняюсь, удивлённая её потрясённому виду.