Во власти дракона-оборотня - Кортни Уимс

Её голова резко откидывается назад от изумления.

— Почему её вообще должно волновать, общаемся мы друг с другом или нет?

— Не знаю, — признаюсь я. — Но ещё она сказала мне, что Сайрус не самый могущественный человек здесь, а она.

Лира скрещивает руки на груди и тихо смеётся.

— Похоже на то, что она могла бы сказать.

— Я бы не стала проверять эту теорию. Я не совсем понимаю, на что она способна, и… — я бросаю взгляд на её кровать. — Думаю, тебе стоит сесть. Мне нужно многое тебе рассказать.

— Подожди. — Она выставляет между нами руку. — Тебе тоже нужно кое-что узнать.

Она засовывает руку в карман платья и достаёт что-то маленькое и блестящее.

— Посмотри.

С некоторой неуверенностью я подхожу ближе и беру предмет из её руки, переворачивая его в пальцах. Красивую серьгу с бриллиантом и рубином, испачканную чем-то тёмным.

Когда я поднимаю на неё взгляд, она шепчет:

— Она принадлежала Уиллоу. И я нашла её в коридоре, частично спрятанной за шторой, когда мы все шли в столовую. — Она указывает на тёмное пятно. — Это кровь, Марселла. Не думаю, что она просто сбежала. Думаю, с ней что-то случилось. Что-то ужасное. И я думаю…

Её губы начинают дрожать, словно ей слишком страшно закончить эту мысль.

Я кладу руку ей на плечо и отвожу обратно к кровати, помогая сесть. Но мой собственный страх поднимается, как тень, нависшая над сознанием. Возможно, не стоит рассказывать ей правду о Сайрусе. Сказать только, что нам нужно немедленно уходить. И что я знаю путь наружу.

Лира шепчет, её глаза широко раскрыты и кажутся далёкими, когда встречаются с моими:

— Видения становятся всё сильнее. Я просыпаюсь посреди ночи и пытаюсь выбраться из своей комнаты. Лес в тумане… тот, о котором я тебе рассказывала? Это видение — наше последнее испытание. Перед тем как Уиллоу исчезла, она говорила мне странные вещи. О том, что скоро никого из нас не останется. Я думала, может быть, маковый опиум вызвал у неё галлюцинации, но… я увидела больше в том видении. Никто не переживёт последнее испытание.

Её голос срывается на рыдание, когда она произносит:

— Даже ты, Марселла.

— Тш-ш, — я притягиваю её к себе и обнимаю, прижимая её голову к своей груди и поглаживая другой рукой по спине. — Всё будет хорошо.

Она рыдает, уткнувшись в меня, и я обнимаю её крепче, запрокидывая голову и глядя в потолок. Сделав глубокий вдох, я отпускаю её и присаживаюсь перед ней на корточки.

— Посмотри на меня, — спокойно говорю я.

Когда она поднимает на меня свои заплаканные голубые глаза, я сжимаю её колено.

— Мы выберемся отсюда. Этого испытания не будет, хорошо? Но сначала мне нужно, чтобы ты успокоилась. Мне нужно, чтобы ты была сильной. Сделай глубокий вдох. Вдох, выдох… хорошо. Вот так и продолжай. А теперь расскажи мне о последнем светлом видении, которое ты видела. Давай сейчас сосредоточимся только на этом.

Её ресницы вздрагивают, пока она пытается смотреть куда угодно, только не мне в лицо.

— Есть место, куда мы должны попасть. Там мы будем в безопасности. Там две крестовины и река. Сосны и Хребет Драконья Спина за линией деревьев.

— Хорошо. Что ещё? — мягко спрашиваю я. — Это по эту сторону границы или на стороне Артериаса?

Она качает головой.

— Я… я не знаю. Но есть и другое. Шёпот в моей голове, который я никак не могу заставить замолчать. О крови и пламени…

Она поднимает голову и смотрит в окно.

— Драконы… и огонь, и…

Она снова переводит взгляд на меня. Но её глаза начинают затягиваться мутной пеленой, и я невольно отступаю на шаг.

— Лира… — шепчу я, поднимаясь на ноги.

Её взгляд следует за мной, и всё же она словно не до конца здесь. Её мягкие розовые губы приоткрыты, кожа бледна в лунном свете.

— Что ты видишь?

Её голос звучит легче обычного. Мелодично. Бесстрашно.

— Судьбу.

Она поднимается с кровати, и её платье струится вдоль изгибов тела с призрачной, почти неземной грацией. Она проходит мимо меня к окну. Прижав ладонь к стеклу, она замирает.

— Мы все спасёмся? — спрашиваю я.

Она поворачивает голову и смотрит на меня через плечо. Лунный свет льётся на её тонкие черты, и в глазах вспыхивает белое сияние.

— Не все.

Я стою в тишине.

Чувствуя на себе её пугающий взгляд затянутых белой дымкой глаз.

Не Лира.

Кто-то или что-то совершенно другое.

Возможно, всё это время самым опасным человеком был не Сайрус. Не Девин. Не я и даже не Леди Бетани…

Возможно, это она.

Она снова поворачивается к окну. Приоткрывает губы и выдыхает на стекло. Оно мгновенно покрывается туманной дымкой. Кончиком пальца она начинает что-то писать на нём.

Я подхожу ближе, желая увидеть, что именно.

Ты не сможешь убежать от меня.

— Лира, что это значит? — спрашиваю я, проваливаясь в новый приступ паники.

Она неподвижна.

Стоит перед окном, не сводя глаз с надписи.

Когда она не отвечает, я хватаю её за плечо и встряхиваю. Снова и снова, пока не обхожу её и не становлюсь перед ней, пытаясь привлечь её внимание.

Но что бы ни скрывалось внутри неё, оно словно застряло. Её взгляд остаётся устремлённым куда-то вдаль.

— Лира? Лира, послушай меня. Нам всем нужно уйти сегодня ночью. Мы не можем здесь оставаться.

Я снова яростно встряхиваю её. Голова безвольно качается из стороны в сторону, но её взгляд по-прежнему прикован к чему-то далёкому. Я прослеживаю направление её взгляда и нахожу лишь усыпанное звёздами небо.

— Лира, пожалуйста!

Но она не отвечает.

Я начинаю похлопывать её по груди и с облегчением вздыхаю, нащупав сквозь ткань платья флакончик с драконьей кровью, который дала ей раньше. Вытащив его, я отвожу её от окна и прислоняю к кровати, прежде чем уложить на неё. Когда она наконец лежит совершенно неподвижно, я выдёргиваю пробку из флакона и разжимаю ей губы. Её глаза всё ещё не мигая смотрят в потолок.

Я вливаю содержимое ей в рот, молясь, чтобы она проглотила. Жидкость долго остаётся у неё во рту, пока наконец она не делает глоток. Белизна в её глазах медленно исчезает, словно сумерки, уступающие место рассвету. Постепенно возвращаются голубые радужки. Затем они наполовину скрываются, когда веки тяжело опускаются.

— Лира, ты меня слышишь? — спрашиваю я, похлопывая её по щеке.

Её взгляд смещается на меня. Она медленно моргает, и растерянность стягивает её лицо напряжённым выражением.

— Ты в порядке? — шепчу я, прижимая ладонь к