Первый надрез - Кэндис Райт

мной всё хорошо. И с тобой тоже. Только это и важно. И нет, мне не страшно. Потому что твой отец больше никогда не позволит, чтобы с кем-то из нас что-то случилось. Так что готовься: до конца своих дней за тобой будет ходить красавчик в клубном жилете.

— Да они не такие уж и плохие.

— Напомни мне об этом, когда начнешь встречаться с мальчиками.

Милли смеется и убирает сумку с кровати.

— Ну, что будем делать?

— Ты когда-нибудь играла в покер?

Она качает головой.

— Тогда доставай карты и пакет конфет. Будем использовать их вместо фишек. Пододвинь столик поближе, чтобы он оказался между нами, и устраивайся поудобнее. Не успеешь оглянуться, как начнешь обыгрывать парней.

Эпилог

Лола

Прошел месяц с тех пор, как меня выписали из больницы, и последние синяки наконец сошли.

Еще до нападения клуб начал пытаться загладить свою вину. Но, похоже, вид избитой и окровавленной меня что-то в них окончательно перевернул. Из человека, у которого не было никого, я внезапно превратилась в обладательницу нескольких десятков чрезмерно заботливых братьев. Не стану врать — иногда они сводят меня с ума, но трудно злиться, когда оказываешься в самом центре той семьи, о которой всегда мечтала.

И всё же новость о том, что Хэвок и Невея сегодня приедут из материнского чаптера, заставила всех окончательно слететь с катушек в своей гиперопеке. Поэтому я тихонько улизнула из дома, оставив детей с Джолин, чтобы хотя бы час побыть в тишине.

В это время утра в кафе-мороженом почти пусто. Когда я вошла внутрь, Эд заметил меня из-за стойки, сразу приготовил мой любимый рожок с вишней и шоколадом — Cherry Garcia — и проводил к диванчику в углу. А потом привел в действие какую-то систему телефонного оповещения, о существовании которой я даже не подозревала. И вот, спустя десять минут, меня уже окружают люди, которым непременно нужно собственными глазами убедиться, что со мной всё в порядке.

— Вообще-то я сбежала именно затем, чтобы люди перестали надо мной трястись, — закатываю глаза, когда Эл плюхается рядом на диван.

— Бедняжка. Слишком много людей о тебе заботятся. Какая трагедия.

— Умник. И вообще, я не жалуюсь. Просто пытаюсь морально подготовиться к тому, что будет позже. Все ведут себя странно из-за приезда Хэвока и его старушки. А прошлый раз, скажем так, закончился не слишком хорошо.

— Она однажды сюда заходила. Приятная такая, — говорит Джордан. — Мы передали им ту информацию, которую ты велела, если кто-нибудь из материнского отделения начнет задавать вопросы.

— Я так и думала.

— До сих пор не понимаю, почему нам нельзя было упоминать тебя.

— Они бы всё равно не поверили, если бы узнали, что информация пришла от меня. А еще хуже — могли что-нибудь ляпнуть Дриллеру или Хану.

— И они бы тебя убили, — тяжело вздыхает Эл.

— Чтобы сохранить всё это в тайне? О да. Без всяких сомнений. Правда, тогда я даже не представляла, насколько глубоко они во всё это вляпались. Думала, покрывают кого-то из братьев или, может быть, какого-нибудь номада18. Когда правда всплыла наружу, была в шоке. Такое бывает в кино, а не в реальной жизни. Узнать, чем на самом деле занимались Дриллер и Хан, оказалось потрясением для всех нас. И не потому, что они были не способны на подобные вещи, особенно Дриллер. Я прекрасно знала, на что он способен. Просто они годами умудрялись скрывать всё это от целого клуба. До сих пор не понимаю, как у них это получилось. Иногда кажется, что мы что-то упустили.

— Такое бывает, когда слишком долго зацикливаешься на чем-то одном и позволяешь этому почти полностью захватить твою жизнь. Начинаешь подвергать сомнению всё подряд. Немало вполне здравомыслящих людей в итоге сходили с ума, пытаясь найти дыры там, где их никогда не было.

Дэвид, сидящий напротив меня, закидывает ноги на журнальный столик, и тут же раздается замечание Марджори:

— Убери ноги со стола!

Это невольно вызывает смех.

— Тебе стоит сказать об этом своему мужчине. Он же теперь президент клуба, верно?

— Верно. Иногда он бывает чересчур напористым. Но Ганнибал любит меня, оберегает и делает счастливой.

— Хорошо. Ты этого заслуживаешь.

— Думаю, все мы этого заслуживаем, разве нет?

— За это стоит поднять бокалы! — выкрикивает кто-то. И в следующую секунду все поднимают свои вафельные рожки, словно бокалы.

— Рада вас всех видеть. Даже не представляете, как здорово сидеть здесь и не оглядываться через плечо каждую минуту.

— Ну, я бы не стала заходить так далеко, — вздыхает Марджори.

— В смысле?

— Потому что мне кажется, что высокий, темный и чертовски привлекательный парень явился сюда вовсе не ради меня.

Оборачиваюсь как раз в тот момент, когда открывается дверь и в кафе входит Ганнибал.

Он направляется прямо ко мне. Подойдя, наклоняется, подхватывает меня на руки и целует прямо на глазах у всех. Когда мы наконец отстраняемся друг от друга, вокруг раздаются одобрительные возгласы и свист.

— Ты ушла.

— На час. За мороженым. Я же не сбежала на другой конец света.

— Надо было сказать. Я волновался.

Тихо вздохнув, тянусь к нему и целую в челюсть, прежде чем он снова ставит меня на ноги.

— Прости. Мне просто нужно было немного подышать. Все ведут себя так странно, хотя Хэвок с Невеей еще даже не приехали.

— Они переживают за тебя.

— Знаю. Только поэтому я до сих пор никого не подожгла.

На его губах появляется ухмылка.

— Скажу им немного сбавить обороты.

— Спасибо. Ладно, давай я вас познакомлю. Это Эл, Джордан, Дэвид и его замечательная жена Марджори.

Я представляю остальных одного за другим, а потом указываю в сторону стойки.

— А за стойкой у нас Эд, — не оборачиваясь, Эд машет рукой, но совершенно очевидно, что мужчина внимательно слушает разговор.

— Народ, это Ганнибал. Мой старик и президент мотоклуба «Души Воронов».

Эл поднимается со своего места и протягивает Ганнибалу руку.

— Приятно познакомиться. Надеюсь, ты справишься лучше предыдущего мудака.

— Эл, — со вздохом одергиваю его.

— И каковы Ваши намерения в отношении нашей Лолы, молодой человек? — интересуется Джордан с совершенно серьезным видом.

Я громко стону и прячу лицо на груди Ганнибала. Он целует меня в макушку, потом поддевает большим пальцем мой подбородок и заставляет поднять голову.

— Так это была ты, да?

— О чем ты?

— Это тебя они прикрывали. Ты отправила бухгалтерскую книгу.

Я тут же захлопываю рот. Совсем не хочется ему врать. Но и признавать, что я фактически предала клуб, тоже не готова.