Истукан - Евгений Всеволодович Рудашевский

Димы и французов, Рита среди них была чужая. Предпочитала наслаждаться их компанией тайком, подслушивая из кустов. Спор о Лавкрафте не стихал, но Дима сделал, как он думал, незаметный жест Клэр. Француженка поняла его просьбу и увлекла недовольного Лорана прочь из кельи. Дима с Ритой остались наедине. Без Клэр неловкость между ними усилилась.

– Классная причёска, – Дима начал издалека. – Мне нравится.

– Спасибо, – тихо ответила Рита и провела ладонью по наметившемуся на голове ёжику.

– Главное, брови не сбривай. И не вздумай делать племенные татуировки на лбу, – одолевая неловкость, пошутил Дима. – Подумай о Малайе! Она ведь следует моде, а моду теперь задаёшь ты.

– Кажется, Лорану новая причёска Маюми не понравилась, – заметила Рита.

– Точно! Увидел, что затылок у неё неровный, и сразу к ней охладел. – Дима неуверенно рассмеялся. – И хорошо! А то переселилась бы к нам в хижину. Пришлось бы тесниться и слушать, как они с Лораном по ночам воркуют.

– Да уж…

Дима медлил. Стучал пальцами по трости, переминался с ноги на ногу.

– Как там Майкл? Что-нибудь новенькое?

– Вроде бы нет. – Рита пожала плечами. – Опять рассказывал про символы и письмена на истукане. Якобы письмена – это запрещённый язык древней эпохи…

– …в которой зародился Махалинг Бато. Да, я помню. Запрещённый язык ноагрил. Кстати, здесь лежала Тала. – Дима оглядел скупо обставленную келью. – Как думаешь, её действительно вылечил истукан?

– Не знаю, – призналась Рита. – Не думала об этом. Но рада за неё.

– Да… А как Михаил Аркадьевич? Не замечала ничего странного?

– О чём ты?

– Да так… Слушай, Рит, у меня к тебе просьба. – Дима наконец перешёл к делу. – Я должен отыскать Мануэля, но сам не справлюсь. Мы с Клэр уже пробовали идти по твоей карте, но чуть не заблудились в Гиблой долине… В общем-то у Клэр хватает других забот, сама знаешь. И она думает, что мне вообще не стоит встречаться с Мануэлем.

– А ты?

– Что?

– Ты думаешь, стоит?

– Да! – Дима ответил порывисто и стукнул тростью по гранитному полу. – Вдруг Мануэль знает нечто такое, что поможет нам сбежать с острова! Он ведь… Майкл говорил, что реликты и бреши притягивают людей. Они селятся рядом и становятся хранителями. Как Чёрные медведи, защищавшие последний реликт в Саянах, или тени, прятавшие сердце мглы в Амазонии. Что, если Мануэль принадлежит к хранителям истукана? Ведь кто-то очень не хотел, чтобы Шустов разобрался с загадкой поискового треугольника…

– Думаешь, Мануэль устроил пожар на пароме?

– Ну… Это логично, хотя и глупо, ведь мы только благодаря пожару и добрались до истукана. В общем, Рит, пойми, история сложная. У меня лишь разрозненные фрагменты, из них общей картины пока не сложить. И я чувствую, что парочку-другую фрагментов обязательно найду у Мануэля. Пусть он хотя бы объяснит, кто и зачем вмешивался в дела «Изиды».

– Хорошо, – кивнула Рита. – Завтра я отведу тебя к его убежищу.

– Правда? – Дима явно не ожидал, что Рита так легко уступит его просьбам.

На этом они вчера распрощались, а сегодня в полдень, как и было условлено, встретились неподалёку от входа в штольню – в месте, где начинался отрог, отделявший Гиблую долину от Висельного гребня.

Рита указывала направление, а Дима, снаряжённый бессменным рюкзачком, шёл за ней, опасаясь сломать трость и держа её под мышкой. Путь был непростым. Они перебирались через массивные валуны, протискивались в проёмы между наваленными базальтовыми глыбами и по щиколотку увязали в мелкой гальке. Низинная мангровая топь приближалась, давала о себе знать доносившимся до отрогов зловонием и следами бурой плесени на камнях. Поначалу Рите с Димой встречались стелющиеся кустарники, приветливо зеленевшие под полуденным солнцем, и редкие куртины цветущего разнотравья, затем попадались сгорбленные одиночные деревья, облепленные бахромой висячего мха. Скальные глыбы теперь прятались в земле, выставляя на поверхность лишь щербатые гребешки. Когда появились первые мангры, по отдельности смотревшиеся не столь удручающе, Рита достала косынку, скроенную из лоскутов прежде белоснежной футболки «Корон Резорт», и спрятала под ней голову.

Спуск прекратился, но идти стало тяжелее из-за болотистых луговин, с неприятным чавканьем принимавших и отпускавших ноги путников. Дима замедлился, тростью пользоваться по-прежнему опасался – она проваливалась в зыбкую почву. Рита поджидала Диму, старалась приободрить его улыбкой и высматривала дальнейшее направление в обход бочаг с коричневатой водой и обозначившихся мангровых перелесков. Углубляться в Гиблую долину не требовалось – пожалуй, жить в ней не сумел бы даже Мануэль, – но Рита указала Диме на илистую отмель и, опустившись на колени, обмазала илом открытые участки рук и шеи, густо покрыла им не раз залатанные джинсы, футболку с нашивными рукавами и косынку. В последнюю очередь Рита испачкала лицо, не побрезговав нанести тонкий слой ила на губы. Дима молча последовал её примеру. Понимал, что иначе его изведут москиты.

– Ты как? – спросил он.

– В лагерь вернёмся через Висельный гребень, так что на обратном пути искупаемся.

– Хорошо. – Дима уверенно покрыл илом отросшие кудри, и они свалялись в тёмно-серую грязевую шапку. – Спасибо тебе. Я действительно хочу поговорить с Мануэлем об истукане… но это не всё.

– Ты надеешься забрать катушку капроновой верёвки.

Дима уставился на Риту и сейчас выглядел до того забавно, что Рита не сдержала смех.

– Как ты поняла?

– Клэр говорила, что её беспокоят крепления на «Втором Спасителе». Мэри Джой, конечно, плетёт хорошие верёвки, но в дальнем плавании они могут подвести. К тому же вы с Клэр уже были здесь.

– Что?

– Я видела, как вы спускались в Гиблую долину. Боялась, что заблудитесь, и на всякий случай пошла за вами. Но вы молодцы. Справились, хотя карту я нарисовала не самую разборчивую.

– Ты знаешь, что мы… – обескураженный, Дима опустил руки.

– Ага, – вновь рассмеялась Рита. – Мануэля вы не застали, а его жилище осмотрели. Ничего не нашли и очень расстроились. А теперь ты надеешься, что Мануэль поделится со мной верёвкой, ведь я спасла ему жизнь. И, наверное, ты прав. Думаю, поделится.

– С ума сойти, – выдохнул Дима. – Прости, я дурак, что не сказал тебе правду…

– Зачем? – пожала плечами Рита. – Я и так её знала.

– Но это… неправильно, – настаивал Дима. – И я пойму, если ты не захочешь идти со мной дальше.

Рита демонстративно нанесла на плечи новый слой ила.

– Спасибо, – улыбнулся Дима.

– Идём. Мы близко. Хотя ты и сам знаешь.

Дима явно сожалел об уловке, на которую решился, чтобы заманить Риту в мангровый лес. Она опасалась, что Дима пообещает впредь её не обманывать, и, прежде чем он успел сказать подобную глупость, обняла его. И этого было достаточно. Дима