Лоскутный мешочек тетушки Джо - Луиза Мэй Олкотт

– Тихо ты, – перебил его Альф. – Если девчонки подслушают это слово, то мы пропали. Как достать и сделать, я знаю. Только тут время потребуется, так что приступаем прямо сейчас. Иначе не наберем достаточно сами-знаете-кого. Идемте наверх. Там все и обсудим – спокойно, без кучи девчонок, которые наверняка подслушивают сейчас у замочной скважины.

На последних словах Альф повысил голос, и мальчики, хохоча, удалились; шорох и всплеск голосов в соседней комнате свидетельствовали, что выстрел достиг цели.

– Жаль, что мы их на это подбили. Ведь теперь нас ждет какой-нибудь ужасный сюрприз, и я буду все время ждать и нервничать, вместо того чтобы наслаждаться праздником, – сказала Нелл.

– Ну а я совсем не боюсь. И сегодня-то они уж точно ничего не придумают. Так что будем лучше спокойно готовиться к вечерней елке, – сказала Китти, которая вместе с Нелл раскладывала на диване кукол, чтобы они там спали, пока их мамочки веселятся.

Рассказ о рождественской елке представляется мне бессмысленным. Каждый ребенок знает, что это такое, и поэтому я перейду лучше сразу к следующему утру, на которое мальчики и наметили свой сюрприз.

Обычно, отпраздновав Рождество, юное поколение спало долго, но на сей раз мальчики поднялись чуть свет. Кухарка Мэри, спускаясь на кухню разжечь огонь, заметила на черной лестнице несколько призрачных фигур и услышала странные звуки, доносившиеся с чердака, из погреба, кладовой и стенных шкафов. В доме явно происходило нечто волнующее, и взрослые, очевидно, принимали в этом участие. Правда, несколько мам вскрикнули, когда им показали кое-что странное, но тем не менее не проболтались об этом и даже наделили сынишек яркими ленточками, в то время как папы, развеселившись не меньше мальчиков, вызвались по мере сил помогать им.

За поздним завтраком девочки обнаружили возле своих тарелок записки, приглашавшие их в сушильную комнату, где ровно в одиннадцать утра состоится праздник-сюрприз.

– Вот уж не думала, что они так скоро управятся. Тебе не страшно идти туда? – прошептала Китти на ухо Нелл, когда они разглядывали на записках печати с изображением какого-то загадочного зверька.

– Раз обещали, придется пойти. Но победить, конечно, у них не получится, и все наши сладости так у нас и останутся, – заверила ее Китти, с нежностью глядя на свою красивую коробку французских конфет, которая так опрометчиво была поставлена ею на кон.

– Много потеряете, если не придете. Это самая лучшая потеха из тех, что вы когда-либо видели, и веселью сегодня не будет конца, – причмокнув губами, торжественно объявил Том.

– Хватит болтать, пора уже браться за дело, – оборвал его Альф. – Нам еще нужно нарезать всякие прибамбасики, развесить штучечки, пока они свежие, и дождаться корзинки с чудесностями. Надо же проследить, чтобы она прибыла в целости и сохранности, – загадочно улыбаясь, закончил Альф.

Девочек охватило сильнейшее любопытство. Никто из них понятия не имел, что такое «прибамбасики» и «штучечки», но слово «чудесности» звучало так многообещающе, что они начали надеяться, будто мальчики подготовили для них, во искупление своих прежних грехов, какой-то великолепный сюрприз.

– Ровно к одиннадцати утра приходите туда со своими бонбоньерками! – прокричал Альф. – Ручаюсь, когда вы понесете их обратно, они станут гораздо легче!

И жизнерадостная ватага, возглавляемая Фрэнком, спешно покинула столовую, предоставив взволнованным девочкам возможность нетерпеливо следить за стрелкой часов.

Вскоре, окончательно изумив юных леди, за малышкой Лотти явилась парочка мальчишек, чтобы, подхватив ее на руки, унести прочь. И представительницы прекрасного пола услышали, собравшись у подножия лестницы, ее одобрительный писк:

– Ой как хорошо! Как смешно!

А потом дверь наверху закрыли.

Когда пробило одиннадцать, по лестнице промаршировали семь девочек с коробками конфет под мышками и горящими глазами. Возле самой двери в сушильную комнату они услышали голос Тома:

– Им стоило бы поспешить. Я весь уже исцарапан и устал ото всего этого.

– Они идут, – отозвался Альф. – Предупреждаю: не двигаться, пока не скажу. Оставайтесь каждый на своем месте и поверните банты вверх правильной стороной. Иначе я за успех не ручаюсь.

– Раз Том говорит, что он исцарапался, значит они одолжили у Фреда мартышку и собираются нас испугать, – цепляясь за юбку Грейс, прошептала с опаской Нелл.

– Нет, там не может быть ничего плохого, иначе Лотти давно бы уже плакала, – возразила Китти. – Так, девочки, тихо. Я сейчас к ним постучусь.

Стук ее заставил мальчиков воодушевиться. Дверь распахнулась, и Фрэнк, поклонившись гостьям самым изящнейшим из своих поклонов, торжественно произнес:

– Добро пожаловать, дорогие леди, на интереснейшее представление, которое мы подготовили в соответствии с вашими пожеланиями. Приглядитесь для начала внимательно к этой прелестной сцене, а потом, если вам что-то покажется непонятным, я дам объяснения.

Призыв приглядеться внимательно был излишним. Девочки и без того уставились на открывшееся их взорам зрелище во все глаза. Однако объяснение им определенно требовалось, потому что «прелестная сцена» порядком их озадачила.

Посреди комнаты красовалась солидных размеров кадка, в которой стояла небольшая елочка, украшенная самыми что ни на есть неподходящими предметами. Тряпичными мышками, подвешенными за хвосты. Кусочками сыра, петельками из бечевки. Яркими мячиками. Квадратными лоскутами красной и синей фланели, похожими на одеяльца. Пучками трав, перевязанными разноцветными ленточками. И наконец клеткой, висевшей на самой верхушке, внутри которой метались маленькие белые зверьки.

Еще забавнее выглядели сидящая под елкой Лотти и окружавшие дерево мальчики. Каждый держал в руках кошку или котенка, украшенных яркими бантами, и на всех участниках сцены лежала печать такой напыщенной и напряженной серьезности, что приглашенные разразились смехом.

– Счастлив, что вам все это нравится, милые дамы. Мы очень старались ради вас, и я льщу себя надеждой, что усилия наши потрачены не впустую, – провозгласил Фрэнк как ведущий представления. Между тем остальные мальчики едва удерживали своих нарядных подопечных, которые явно норовили сбежать.

– Очень мило, но что это должно значить? – поинтересовалась Грейси, приветливо кивая своему толстому желтоглазому коту Джерри, который взглядом взывал к ней о помощи, и вытирая выступившие от смеха слезы.

– Это кошко-мышкина елка. Первая в мире. Мы подготовили ее, не жалея средств и стремясь доказать, что умением изобретать самые лучшие развлечения превосходим других, имена которых называть не будем! – выпалил на одном дыхании Фрэнк.

– Но она и вполовину не так красива, как наша елочка, – успела сказать Китти, пока он набирал в легкие новую порцию воздуха.

– Зато подумайте, леди, сколько удовольствия доставит она кошкам, – ведь кошки, в отличие от кукол, могут радоваться! Подарки на ней висят полезные и обучающие, а не только съедобные. У нас имеются кошачья мята и всякие травы для тех бедняжек, у кого случится насморк или другая подобная кОтОстрофа. А вот здесь висит кОтехизис для котят и