Лоскутный мешочек тетушки Джо - Луиза Мэй Олкотт

на Рождество к родным) да малыши, которые могли одарить старших сестер разве что нежными поцелуями. Однако жила тут еще и вполне взрослая кошка по имени Киса, которая как раз накануне сильно тревожилась о судьбе двух своих котят. Миссис Смит сказала, что они уже достаточно подросли и их пора кому-нибудь отдать. Дождавшись ночи и тишины, Киса решила пойти на крайние меры. Самым надежным убежищем для своих отпрысков она считала укромное местечко под кроватью Долли и Полли. Но дверь в их комнату оказалась, как на грех, заперта. Это сперва несколько обескуражило Кису, однако, немного подумав, она приняла другое решение. Лежавшие на полотенце интересные предметы тоже, по мнению заботливой мамаши, хорошо подходили для ее малюток, так что вскоре они уже мирно сопели на синих варежках.

Ранним холодным утром Долли и Полли, проснувшись, стремительно натянули на себя платья. Торопились они, разумеется, не к полным сюрпризов рождественским чулкам. Они ведь знали, что нет нынче ни чулок, ни тем более подарков. Им просто нужно было поскорее спуститься к маме и одеть малышей, пока она готовит завтрак.

Увиденное за дверью повергло девочек в изумление, и они дружно вскрикнули. Картина была особенно впечатляющей из-за того, что соседи успели уже забрать свои подарки, так что подношения сестрам одиноко празднично сияли на пустой лестничной площадке. Киса, оставив детенышей спать на варежке, ушла вниз завтракать, и два этих прелестных сюрприза лежали сейчас на полотенце рядом с роскошным фартуком и всеми прочими дарами. Два милейших котенка мальтийской породы. Серые, с белыми нагрудничками, носочками и кисточками на крошечных хвостиках, в которые они сейчас самым уютным образом спрятали крошечные свои носы.

С минуту девочки простояли безмолвно, крепко сжав у груди руки, а когда поняли, что глаза их не обманывают, опустились на колени, чтобы сполна насладиться нежданно свалившимся на них богатством.

– Нет, Санта-Клаус все-таки существует, и он нас услышал. Здесь же именно то, о чем мы с тобой мечтали… – проговорила Долли, держа в каждой руке по сердечку. В одной – сердоликовое, а в другой – сладкое и начиненное сливами.

– Это скорее феи. Про котят ведь мы с тобой ни слова не сказали, хотя нам очень хотелось хоть одного, и вот теперь у нас целых два, да еще таких чудненьких! – воскликнула Полли и едва не размурлыкалась от умиления, когда пушистые комочки, развернувшись, синхронно зевнули так широко, что стали видны их ярко-розовые язычки.

– Ну, если феи, то одной из них, наверное, была миссис Смит, второй мисс Кент, а виноград с апельсинами нам, кажется, достался от мистера Хрома. И деньги тоже. Потому что их у мужчин всегда много… ну да, вот и листок лежит с его именем, – показала Долли.

– О, я так рада! У нас с тобой теперь настоящее счастливое Рождество! Никогда больше не буду думать, будто богатые люди забывают о бедных. Пойдем скорее покажем наши богатства маме и малышам. Пусть из этого на их долю тоже кое-что достанется, – воскликнула Полли, чувствуя себя в полной гармонии с миром. Жизнь больше не казалась ей такой тяжкой, как прошлой ночью.

Малыши приветствовали появление двух сестер восторженными воплями, и все утро в комнате у миссис Блейк царила атмосфера праздника. А днем Долли и Полли ждал новый сюрприз. Узнав, каким образом они потратили заработанные самостоятельно деньги, миссис Блейк настояла, чтобы они отправились на спектакль «Кот в сапогах». Представление совершенно очаровало сестер, а многие зрители, в свою очередь, не могли насмотреться на двух девочек в потрепанных накидках, но новехоньких варежках. Лица детей лучились счастьем, актерам они аплодировали громче всех, и их звонкий чистый смех разносился по залу, как музыка.

Удивительный этот рождественский спектакль сестры вспоминали потом еще очень долго, до того увлекли их приключения маркиза Карабаса и забавного Кота, который носился по сцене, заправив за пояс хвост, неуклюже умываясь и не слишком умело мурлыкая.

Дома же для девочек готовились новые сюрпризы. Видите ли, сотворив единожды добро, люди зачастую получают от этого такое удовольствие, что им хочется продолжить. Больше того, часто в процессе творения добра некоторые вдруг обнаруживают, что влюблены. Именно так случилось с мистером Хромом и мисс Кент, хотя автор, разумеется, никакого касательства к этому не имеет, а лишь должен рассказать о том, как они заставили вырасти и зацвести чахлое деревце.

Обед в пансионе прошел очень весело, и так как Блейки ели не в общей столовой, а у себя в комнате, то мисс Кент еще раз пересказала мистеру Хрому и миссис Смит ночной разговор двух сестричек. История про красные фланелевые рубашки слушателей растрогала, а жалобы Полли на птичку с одним перышком в хвосте рассмешили.

– Я, разумеется, подарил бы им рождественское дерево получше, но в моей комнате его негде поставить, а уж как наряжать, так и вообще представления не имею, – охватил мистера Хрома порыв щедрости, и идея его до того понравилась мисс Кент, что глаза ее засияли ярче рождественских свечей.

– Поставьте его в задней гостиной Браунов. Они же на целую неделю уехали. А нарядим дерево мы. Правда ведь, дорогая? – поспешила миссис Смит, горящая желанием помочь семейству Блейк, воспользоваться благодушием, в котором пребывал сегодня обычно замкнутый мистер Хром.

– Конечно же нарядим, – поймав выразительный взгляд доброй женщины, кивнула мисс Кент. – Я с удовольствием этим займусь. Уж украшать-то я умею!

И, воодушевившись, она стала так хороша, что мистер Хром не мог ею налюбоваться и отметил про себя, что, видимо, профессия модистки придает женщинам какую-то особую привлекательность.

– Тогда за дело, леди, да поскорее! Мне, одинокому холостяку, пойти сегодня некуда, значит я постараюсь как следует развлечься, не выходя из дома.

И могу вас заверить, это хорошо удалось не только ему. Все трудились с вдохновением творцов и энергией пчел до тех пор, пока жизнерадостными их усилиями не возникло в комнате сияющее чудо.

Мистер Хром, словно по мановению волшебной палочки, превратился из одинокого нелюдимого холостяка в заботливого отца большого семейства. Искусные руки мисс Кент двигались как никогда энергично, воплощая все новые замыслы, которые ей подсказывало богатое воображение. А толстая шестидесятилетняя миссис Смит сновала вверх-вниз по лестнице с резвостью шестнадцатилетней девушки.

Долли и Полли были настолько переполнены впечатлениями от спектакля, что могли говорить только о нем. О своем рождественском деревце они не вспоминали до самого ужина, а когда вспомнили, то обнаружили, что оно исчезло. Вместо него на сундуке лежала большая вырезанная из бумаги рука с поясняющей надписью красными чернилами: «Искать в задней гостиной Браунов».

Возле