Золотая дорога - Люси Мод Монтгомери

санок есть впереди такое деревянное дышло которым рулят и оно откинулось назад у девочек над головами. Я стоял прямо у них на пути и они орали чтобы я отошел, но только я услышал их как они в меня врезались. Санки въехали мне между ног и меня отбросило назад над дышлом и выкинуло в снег, а я даже не понял что случилось. Думал это торнадо. Девчонки не могли остановиться хоть и думали, что я убился, но Роб сбежал вниз и помог мне встать. Он ужасно перепугался, но я не убился и не сломал спину только из носу жутко текла кровь и так три дня. Не три дня подряд, но приступами.

Дэн Кинг

ИСТОРИЯ О ТОМ, ПОЧЕМУ КАРЛАЙЛ ТАК НАЗЫВАЕТСЯ

Это тоже правдивая история. Давным давно жила была одна девушка в городе шарлоттауне. Я не знаю ее имя такчто и не могу написать и может оно к лутшему нето Фелисити решит что имя не романтическое как у мисс Джемаймы Парр. Она была жутко красивая и молодой англечанин который приехал искать щастья влюбился в нее и они помолвились чтобы пожениться следущей весной. Его звали мистер Карлайл. Зимой он начал чутка охотится на карибу. Тогда карибу еще жили на острове. Ну а сейчас их нету. Он дошел до того места где теперь Карлайл. Тогда тут ничего не было только лес да кое какие индейцы. Он жутко заболел и болел очень очень долго в лагере у индейцев где одна скво из микмаков[14] за ним ходила. А в городе все решили что он помер и его девушка немного погрустила а потом перестала и завела себе нового жениха. Девочки говорят это не романтично но я думаю это практично но еслибы это я помер я бы растраивался что она меня так быстро забыла. Но он не умер и когда вернулся в город то пошел прямо к ее дому и зашел внутрь а там стоит она и готовиться выйти за муж за другова. Бедному мистеру Карлайлу было ужасно. Ему стало плохо и дурно и чтото случилось у него с головой. Он просто повернулся и побежал и побежал пока не прибежал в старый лагерь микмаков и там упал. Но индейцы ушли потому что наступила весна да и вобще это было неважно потому что на этот раз он взаправду умер и люди из города искали его и нашли и похоронили и дали этому месту его имя. Говорят та девушка никогда уже не была щаслива и это может сурово но она это заслужила.

Питер Крейг

МИСС ЭЛИС РИД

Мисс Элис Рид очень симпатичная девушка. У нее такие кудрявые темные волосы, и большие серые глаза, и бледное лицо. Она высокая и худая, но фигура у нее довольно симпатичная, и у нее славный рот, и она мило разговаривает. Девочки с ума посходили из-за нее и все время про нее говорят.

Феликс Кинг

ПРЕКРАСНАЯ ЭЛИС

Так мы, девочки, называем между собой мисс Рид. Она божественно красива. Великолепная копна волос цвета воронова крыла спадает по спине блестящими волнами с ее солнцем поцелованного лба. (Дэн: «Если бы Феликс сказал, что она обгорела на солнце, вы бы все на него набросились». Сесили, холодно: «Поцелованный солнцем не значит обгоревший». Дэн: «А что это тогда значит?» Сесили, смутившись: «Я… я не знаю. Но мисс Монтегю говорит, что лоб леди Джеральдины поцелован солнцем, а уж дочь графа, ясное дело, не обгорела бы на солнце». Рассказчица: «Пожалуйста, не прерывайте чтения. Это все портит».) Ее глаза восхитительно темные и глубокие, как полуночные озера, отражающие свет звезд. Черты лица словно высечены из мрамора, а ее рот – трепещущий изогнутый лук Купидона. (Дэн: «Это что за штука такая?») Ее сливочная кожа прекрасна и безупречна, словно лепестки лилии. Ее голос – словно журчание лесного ручейка, а стройный стан не имеет равных по своей симметричности. (Дэн: «Это Валерия так пишет, а дядя Роджер говорит, мол, по ней особо не заметно, что она вообще ест». Фелисити: «Дэн! Тебе не обязательно быть таким же вульгарным, как дядя Роджер!») Ее руки словно мечта поэта. Она одевается так красиво и выглядит так элегантно в своих нарядах. Ее любимый цвет – голубой. Кое-кто говорит, что она холодная, а кое-кто – что надменная, но она совсем не такая. Просто она от всех отличается, а другим это не нравится. Она очень милая, и мы ее обожаем.

Сесили Кинг

Глава 10. Исчезновение Падди

Насколько я помню, весна в тот год пришла в Карлайл поздно. Взрослые перестали ворчать насчет погоды не раньше мая. Но нам, детям, угодить было легче, и мы сочли апрель великолепным месяцем, потому что снег сошел рано, оставив по себе серую, твердую, подмороженную землю для наших увеселений и игрищ. Дни скользили один за другим, становясь все более благодатными; холмы постепенно приобретали такой вид, словно уже задумывались о майских цветах; старый сад плескался в ванне пощипывающего солнечного света, и соки приходили в движение внутри больших деревьев; днем небо покрывалось тонкой пеленой дрейфующих облаков, изящной и полупрозрачной, словно тканая дымка; вечерами взирала вниз на долины полная низкая луна, мертвенно-бледная и благочестивая, как какой-нибудь святой с нимбом над головой; ветер разносил грезы и звуки смеха, и мир молодел от залихватских апрельских бризов.

– Как хорошо быть живой по весне, – сказала Рассказчица однажды в сумерках, пока мы качались на толстых ветках на Тропе дяди Стивена.

– Хорошо быть живой в любое время, – благодушно откликнулась Фелисити.

– Но весной лучше, – настаивала Рассказчица. – Думаю, когда я умру, я буду чувствовать себя мертвой весь год, но с приходом весны – уверена! – почувствую желание подняться и снова быть живой.

– Какие странные вещи ты говоришь, – сказала Фелисити. – Ты же никогда не будешь полностью мертвой. Лишь окажешься в другом мире. И вообще, по-моему, ужасно говорить о том, что кто-то будет мертвый.

– Нам всем придется умереть, – торжественно провозгласила Сара Рэй, причем с некоторым удовольствием. Казалось, ее влечет приятная перспектива пьесы, где ничто – ни строгая мать, ни жестокая судьба, сделавшая ее бесцветным незначительным созданием, – не сможет помешать ей сыграть главную роль.

– Я иногда думаю, – устало произнесла Сесили, – что умереть молодой не так ужасно.

Она предварила свое замечание легким кашлем, как частенько бывало в последнее время, ибо ее