Познание абсолюта в средневековом арабо-мусульманском рационализме - Валерий Семенович Хазиев

Обосновать монотеизм можно по-разному. Поэтому и фалсафа полна разными мнениями, позициями, точками зрений, идеями. Но их объединяет одно: все они явно или неявно вели дискуссию с ортодоксальным богословием. К слову сказать, ковер формирующегося исламского ортодоксального богословия получался еще более пестрым, чем многообразие внутри фалсафа. Все искали «истинный ислам», который был бы раз и навсегда и для всех один и тот же во всех деталях до мелочей. Можно сразу априори предположить, что они все без исключения рано или поздно будут апеллировать к Абсолюту (Аллаху). И также все столкнутся с проблемой его познания. Каждый файласуф обнаружит, что познание вещей тварного мира отличается от познания Абсолюта. Истины конечных и временных вещей и истины Абсолюта, или абсолютные истины, доступны людям разными (принципиально разными!) средствами, способами и методами. Дискуссии шли и в рамках понимания истин тварного мира, и в вопросе, кто правильно понимает сущность ислама, и о том, как трактовать статус Корана (сотворенный или совечный Аллаху?) и как понимать его смыслы. То же самое с хадисами. Быть одновременно и мусульманином, и светским («чистым») файласуфом – тоже проблема. Кроме догматического (ортодоксального) богословия, есть ведь еще и рациональная теология ислама. Как дистанцироваться от того и другого, чтобы не быть обвиненным в неверии, т. е. оставаясь правоверным мусульманином? При этом за всеми абстрактно-теоретическими вопросами стояли грозные тени политики и экономики (экономические и политические интересы власти). Может показаться немыслимым, например, что дискуссия о совечности Корана Аллаху затрагивала у разных файласуфов, казалось бы, далекие друг от друга области, такие как экономика, политика, управление государством, торговля, строительство, дипломатия, математика, география, геодезия, литература, музыка, медицина, техника, астрономия, физика, военное дело, агрономия, метеорология, химия, ботаника, зоология, история, этика, эстетика, техника и т. д. Это совсем не полный перечень конкретных дел и областей, рассматриваемых файласуфами, являвшимися советниками халифов, султанов, эмиров и других правителей. Они были визирями и судьями.

Понятно, что ислам возник не на пустом месте. Были определенные социально-экономические и социально-политические, этнические, этические и другие культурные предпосылки. Таковы новые потребности социума. Можно отдельно исследовать, почему в центре событий оказалось племя курайшитов и человек по имени Мухаммад. Как утверждают некоторые мыслители, в этом мире ничего случайного нет, вероятно, были объяснимые обстоятельства. Нужна была религия, во-первых, ориентированная на единого Бога (монотеизм), во-вторых, на более эффективную организацию социума. Опора новой идеологии на античную культуру тоже имеет массу причин, которые можно проследить. Наличие огромного массива рациональной духовной культуры в лице античности позволило арабским мыслителям в кратчайший срок раскрыть свои творческие способности и создать многообразные учения рационального обоснования догм ислама. Догмат, требующий чтения Корана каждым мусульманином, привел к развитию богословия и правоведения – фикха, которые реализовывались в мечетях. Возникали учебные заведения – медресе. Домашнее обучение грамоте в силу этого догмата было всеобщим. Долг каждого родителя видели не только в материальном обеспечении своего потомства, но прежде всего в обеспечении знаниями. Знания нужно было где-то собирать и хранить. Возникла потребность в библиотеках, при «домах науки». На рынках шла бойкая и доходная торговля книгами. На базаре в Бухаре в IX в. насчитывалось более 100 книжных лавок. Были книги, содержащие знания о самых разнообразных науках из разных стран (физика, логика, геометрия, арифметика, астрология, механика, медицина, минералогия и др.). Содержания иноземных знаний редактировались под догматы ислама, и это делалось творчески и мастерски. Развивались общественные и естественные науки, а также свод исламских наук, таких как фикх, тафсир, мантик, калам, акыда, ахлак, грамматика, арабский язык и др.

Для нашей темы интересно следующее: уважительное отношение к религии и наукам объясняли тем, что и то, и другое происходит от Всевышнего (Абсолюта). То есть, как мы уже неоднократно подчеркивали, в исламе любой вопрос в той или иной форме в конечном счете опирается на проблему понимания Аллаха (Абсолюта). Жизнь мироздания во всем его многообразии реализуется в масштабах Абсолюта. Необходимо сущее (Аллах, Абсолют, «Абсолют всех абсолютов», абсолютная истина, или истина Абсолюта, и т. д.) есть универсальный масштаб бытия и познания всего. Вокруг образованного человека собирались ученики, которым он передавал свои знания. Характерные черты педагогики того времени (обучения и воспитания) можно увидеть в «Жизнеописании» Ибн Сины. Толерантное отношение к различным знаниям поражает. В книжных лавках можно было найти книги по религии индийцев, китайцев, персов или книги по волшебству, магии, алхимии, по различным прикладным ремеслам и искусствам. В рамках рациональной теологии (калам) уже с первых веков начинается оживленная дискуссия о том, что на Западе получило название «философия – служанка богословия». Абу Наср Мухаммад ибн Мухаммад ибн Тархан ибн Узлаг ал-Фараби (872–951) решительно настаивал на том, что философия должна творчески познавать мир, а религия обязана популяризировать эти знания для простых людей. Философия, дополняемая фикхом (юриспруденцией) и каламом (рациональной теологией), в глазах ал-Фараби имеет явный приоритет перед богословием. И снова на заднем фоне возникает тень Абсолюта. Философия способна познать метафизические истины Абсолюта рациональными методами. А богословие – всё, что касается абсолютных истин, или истин Абсолюта, слепо воспринимает на веру. Поэтому философия должна помогать богословию избегать упрощений и ложных толкований и смыслов Корана, и самого Абсолюта (Аллаха). Ислам легализовал светскую ученость, что послужило основанием интеллектуального всплеска творчества философов и ученых. Исламские мудрецы, как и античные, выделяли знания, направленные на достижение житейских благ, и знания, которые устремлены на поиск истинных знаний о вещах тварного мира и об Аллахе (Абсолюте).

Необходимо отметить, что музыка, орнаментализм (рисование), архитектура, литература, поэзия на этом этапе не выделялись в отдельную область искусства. Научные знания, доведенные до совершенства (достигшие абсолютной истины, или истин Абсолюта), становились искусством. И искусство, например, поэзия, оказывалось под увеличительным стеклом рационального анализа, то есть разделом научного познания. Но в нюансах этих областей уже видели и их принципиальное различие. Популярная мысль А.Ф. Лосева, что у древних греков изучение космоса было не чем иным, как познанием на сферическом большом зеркале Вселенной собственных общественных отношений, предварительно перенесенных на устройства Универсума, просматривается и в теоретических изысканиях исламских мудрецов. «Илм» (знание) в исходном смысле – это знаки, с помощью которых различались племена. Это же понятие означало и пространство впереди идущего человека, пространство, которое ему еще неизвестно. Не очень далеко ушли от такого представления и мы, считающие, что знание есть отражение объекта, который противостоит познающему субъекту. У арабов есть еще одно слово для обозначения знания, которое определяет принципиальное различие западных и восточных толкований сути знаний. Слово «ма-арифа» обозначало знание, которое в человеке и