Первый закон Шурупчика - Алиса Стрельцова

– Как в больнице? – охнул Шурка.

– С ней такое случается… – Обойдя двух расшалившихся мальчишек, женщина двинулась к лестнице.

Шурупчик бросился следом и, обогнав Светлану Тимофеевну, преградил ей путь:

– Постойте! В какой больнице? Мне нужно с ней поговорить!

– Боюсь, она не захочет тебя видеть…

– Ей очень плохо? – Подбородок Шурупчика дрогнул, в носу засвербело.

– Уже на поправку пошла, скоро выпишут. – Лицо Светланы Тимофеевны просветлело. Скользнув ладонью по Шуркиному плечу, она сошла вниз на пару ступеней и вдруг обернулась: – Ей что-нибудь передать?

Шурка опустил в пол полные слез глаза и пожал плечами:

– Я не хотел… Так получилось…

Вздрогнув от оглушающей сирены сработавшего за спиной звонка, он сорвался с места и скрылся за поворотом.

На перемене Шурка ткнул локтем Синицыну:

– Сонь, можно тебя попросить…

– Еще чего! – фыркнула девчонка, не оборачиваясь. – Сам делай свою домашку!

– Да при чем тут домашка? Я хотел Маринке кое-что передать. Она в больнице, а мне к ней нельзя. Может, ты сходишь?

Сонька повернулась к Шурке лицом:

– Я вчера у нее была.

– Ты была у Маринки? – Шурупчик уставился на соседку. – И мне не сказала?

– А зачем? Ты же ее не знаешь совсем. Видел всего один раз… – Синицына скорчила ехидную рожицу.

Шурка сжал зубы и метнул в Соньку умоляющий взгляд.

– Кстати, завтра ее выписывают… – продолжила та.

– И она придет в школу? – расплылся в улыбке Шурка.

– Не придет! Она больше не хочет ходить в школу и переводится на домашнее обучение. Из-за тебя, между прочим. – Синицына противно поджала губы.

– Ты можешь ей передать письмо? Я бы и сам, но завтра не могу: у меня чемпионат.

– Передам! – подозрительно быстро согласилась Синицына. – Если почитать дашь.

– Ты что, совсем? – Шурка покрутил пальцем у виска. – Чужие письма читать!

– Тогда хотя бы скажи, что написал. Ей сейчас расстраиваться нельзя, а от тебя, Добрынин, ничего хорошего не дождешься!

– Ничего плохого, честное добрынинское! Я того… извиниться хотел… Передашь, а?

– Так уж и быть, передам, – улыбнулась Синицына и протянула Шурке руку. – Давай сюда свое письмо.

Ну вот, так бы сразу и сказала!

Шурка подал Соньке сложенный листок и по-братски похлопал ее по плечу:

– Всё-таки хороший ты человек, Синицына! – И тут же получил толстой тетрадкой по лбу…

* * *

Ночь перед турниром была бессонной. Как и наказывал тренер, Шурка лег пораньше, но никак не мог заснуть. Всё думал, что будет, если он не сможет завтра выиграть. Как ни крути, другого выхода не было: он должен, вернее, обязан победить. И неважно, кто в этом турнире лучший, ведь на кону – жизнь Манускрипта.

Вместе с ним на соседней кровати ворочался Вадька. Наконец брат не выдержал и спросил:

– Малой, ты чего не спишь?

Шурка вздрогнул: брат уже давно с ним не разговаривал.

– Сплю я! – буркнул Шурупчик в ответ.

– Спишь? – Вадька, похоже, улыбнулся. – А со мной во сне разговариваешь?

– Угу…

– Знаешь, Шур, я вот на тебя дулся-дулся и вдруг понял: если бы ты не проболтался отцу, сам бы я ни за что не рассказал правду. И мучился бы до сих пор. А теперь мне вдруг так легко стало, словно камень с плеч упал, понимаешь?

– Угу… – снова буркнул Шурупчик и сел, укутавшись в одеяло.

– Мы с отцом решили, что поступать я буду на режиссерский, но в авиастроительный документы тоже подам, на всякий случай. А дальше уж как пойдет.

Шурка шмыгнул носом и уткнулся в край одеяла.

– Ты чего? Ревешь, что ли? – спросил Вадька.

– Угу…

Вадька тоже завернулся в одеяло и подсел к Шурке.

– Слышь, малой, не реви! Я на тебя совсем не дуюсь. – Вадька толкнул младшего боком. – А отец – он отходчивый. Тем более что ты тут и ни при чем, я всё сам решил…

– Вадь, прости меня! – Шурка тяжело вздохнул. – Я не хотел… Оно само вырвалось… честно… Просто разозлился я тогда из-за Манускрипта.

– Давно уже простил! – Вадька залез рукой под свой матрас. – Вот, возьми… Здесь немного, но вдруг пригодятся?

Шурка пересчитал деньги.

– Не хватает! – Засунул их под подушку. – Но всё равно спасибо! Знаешь, а я завтра в турнире участвую. Кубок губернатора, между прочим! Победителю приз – тридцать тысяч рублей. Если выиграю – выкуплю Манускрипта.

– Ух ты! – обрадовался Вадька и легонечко толкнул брата кулаком в плечо. – Выиграешь, ты ж у нас терминатор! Главное, защиту держи и не дрейфь!

Шурка рассмеялся и стукнул Вадьку по выставленной вперед ладони.

– Поединки! Эх, лучше бы ката, конечно…

– Справишься! – Брат подставил другую ладонь. – Бей!

Шурка легким, но точным ударом попал в самую середину.

– Я тут подумал… – добавил Шурупчик, глубоко вздохнув. – Хорошо, что у меня есть брат! А вот если бы, например, вместо тебя родилась девчонка? Ох и намучался бы я с ней…

– Еще чего! Девчонка! – Вадька притянул Шурупчика к себе.

– И не говори… – Улыбнулся тот и поглубже забрался к брату под мышку.

* * *

Утром в «Динамо» Шурка пришел заранее: сегодня нельзя было опаздывать. Неспешно переоделся, размялся…

После ночного разговора с Вадькой хотелось горы свернуть! Шурупчик чувствовал, что сможет. Голова ясная. Отдохнувшее от вчерашней нагрузки тело рвется в бой. В груди не сердце стучит, а молот – четко, размеренно, без спешки.

Сохранять настрой, контролировать эмоции и идти к цели…

– Ну что, Шуруп? Дрейфишь? – Шестов громко хлопнул дверцей соседней кабинки.

Шурка сделал вид, что не слышит, надел на руки накладки и затянул пояс потуже.

– Хм, язык проглотил? И правильно, сказать-то нечего… Зато людей в пропасть скидывать у тебя хорошо получается.

– А у тебя с подножками неплохо выходит… – спокойно ответил Шурупчик и вышел из раздевалки.

В большом зале было полно народу. Даже телевидение приехало – камеры скользили вокруг прямоугольных синих татами.

Шурка пробежал глазами по трибунам. Заметил Мишкиного отца, а рядом с ним протискивающуюся вдоль ряда хрупкую женщину, заботливо придерживающую похожий на огромный шар живот, с трудом узнал в ней Мишкину мать. На самом верху увидел размахивающую руками Синицыну, едва заметно кивнул ей. В первом ряду отыскал Вадьку, он сидел рядом с Семеном и мял в руках бейсболку. Родители тоже обещали прийти, но чуть позже – по крайней мере, так сказал брат.

Мама, может, и успеет, а вот отец вряд ли уйдет с работы ради такой, как он выражается, «ерунды».

Шурка перевел взгляд чуть выше.

Смотри-ка, Морошкина здесь… И Базин с Непомнящим… Как же без них? Вся компания в сборе.

Непомнящий заметил Шуркин взгляд и спешно отвел глаза в сторону.

К микрофону