Первый закон Шурупчика - Алиса Стрельцова

Шурупчик потер о штаны взмокшие ладони и присоединился к своей группе.

– Одиннадцатый открытый чемпионат… Соревнования по кумите с личным зачетом и выбыванием после поражения… Поединки проводятся… – Арбитр ознакомил присутствующих с правилами проведения турнира и пригласил к микрофону гостей. После их бесконечных речей участники наконец поприветствовали зрителей и судейскую бригаду, заняли положенные им места. Шурка выдохнул и приготовился к бою.

Первый поединок прошел, что называется, всухую. Соперник был гораздо слабее и постоянно выскакивал за край площадки, забывая защищаться. Рефери несколько раз останавливал поединок и делал ему замечания, в итоге присудил Шурке безоговорочную победу.

Со вторым соперником пришлось попотеть. Парень попался верткий и сильный, удары проводил очень точно, атаковал внезапно, не дожидаясь, пока противник нападет первым. Шурка стойко их блокировал и контратаковал после каждого выпада. На последних секундах ему удалось-таки сделать удачную подсечку и совершить точный бросок. Аккуратно уложив партнера на лопатки, Шурупчик нанес три контролируемых удара в живот, чем заработал двухочковый «иппон» и однозначную победу.

В перерывах между спаррингами Шурка внимательно наблюдал за Мишкой. На ковре тот действовал словно робот: каждое движение выверено, на лице ледяное спокойствие, взгляд из-под защитного шлема жесткий и решительный. От победы к победе он становился всё уверенней, словно поднимался на очередную ступеньку пьедестала. Когда сидели вместе на скамье ожидания, Шестов бросал на Шурку презрительные взгляды. Шурупчик не сдавался – выдерживал натиск, не отводя глаза в сторону.

Перед началом третьего поединка Шурка заметил в зале отца. Он стоял у входа, скрестив руки, и внимательно наблюдал за идущим на ковер сыном. Шурупчик старался не смотреть в его сторону, но остро чувствовал сверлящий спину взгляд.

Напряжение дало о себе знать – сутулый и с виду очень худощавый соперник навалял Шурке по полной, заработав два «иппона» и один «ваза-ари», итого пять очков. Шурка оказался в одном шаге от поражения.

– Защищайся… сильней… резче… атакуй… время на исходе… – доносился голос тренера сквозь нарастающий гул.

– Давай, бей! – громко выкрикивал Вадька.

Шурупчик попробовал сконцентрироваться и отключить слух. Реальность начала прокручиваться медленнее. Каждый вдох и выдох контролировался. Он сократил дистанцию и, найдя слабое место у уверенного в победе противника, ударил ногой в бок с разворота. Это был любимый Шуркин удар, и он не подвел…

– Иппон! – выкрикнул рефери.

Времени оставалось мало… Шурка снова атаковал. И снова «иппон»!

Пот застилал глаза. Он едва успел поправить съехавший шлем, как противник молниеносным выпадом обхватил его за шею. Шурка попробовал справиться с железным захватом, одновременно блокируя удары ногами. Схватка затянулась, рефери остановил поединок. Соперники разлепились и по сигналу снова бросились друг на друга. Шурупчик левой рукой остановил летящий в лицо кулак, правой нанес сухощавому несколько ответных ударов в грудь. Тот попробовал вывернуться и контратаковать ногой, но Шурка опередил его и выставил ногу первым. Соперник потерял равновесие и упал на пятую точку.

– Ямэ! – Рефери остановил бой и, глянув на поднятые судьями флажки, присудил победу Шурке.

Сойдя с татами, Шурупчик поискал глазами отца, но его не было у входа… Он сидел между Вадькой и мамой в первом ряду и улыбался. Шурка заметил в его взгляде восхищение, хотя, может, ему только показалось…

Арбитр назвал полуфиналистов в каждой категории и объявил перерыв.

* * *

Шурка ворвался в раздевалку и достал из рюкзака бутылку воды. Он пил жадными глотками, вода струйками стекала на мокрое от пота кимоно. Мишка стоял рядом и обтирал лицо полотенцем.

Петрович разобрал по косточкам каждого. Шурке досталось крепко, но в общем-то тренер был им доволен, это было видно по его глазам – они улыбались, когда тот делал замечания. Шурупчик кивал и мотал на ус. Брошенная Петровичем фраза: «Удивил ты меня, по-хорошему удивил!» – не выходила из головы.

– Рано радуешься! – Мишкин голос вырвал Шурку из мечтаний. – Со мной тебе ни за что не справиться!..

– Ну, это мы еще посмотрим… – Шурупчик сел, вылил остатки воды на лицо и промокнул его полотенцем.

– Чего тут смотреть? Какой из тебя победитель? Ты же неудачник, гвоздь в стену забить не можешь! А еще туда же – Лильку ему подавай! Думаешь, она сама тебя на день рождения позвала? Ха, как бы не так! Я попросил: дай, думаю, сделаю тебе приятное… А ты раскатал губу! Думаешь, она сегодня за тебя болеет? Три раза ха! Ты для нее так, влюбленный Тузик… Поманила пальчиком, а ты и рад хвостом вилять!

Шурка молчал.

– Да не кисни ты! – Шестов похлопал соперника по плечу. – У тебя подружка тоже ничего, хоть и инвалид!

– Не смей ее так называть! – прорычал Шурупчик.

– Что-то в столовке при Лильке ты не особо ее защищал! – ухмыльнулся Мишка и небрежно бросил расстегнутый рюкзак на скамейку. – Трус!

– А тебе откуда знать? Тебя же там не было?

– Непомнящий рассказал.

Шестов не успел договорить, как его рюкзак съехал и приоткрылся, из него выпала какая-то коробочка и звонко треснулась о кафельную плитку.

– Что это? – Шурка всем телом потянулся к предмету. – Компас?

В его голове вихрем пронеслось: «Помогу Мане… Найду Репу… Маринка… исполню обещание и отдам ей компас! Она наконец встанет на ноги…»

Мишка рывком бросился к лежащей на полу коробочке. Опередив приятеля, схватил ее и поспешно сунул на верхнюю полку, сам прижал дверцу кабинки спиной.

– Откуда у тебя мой компас? – взвился Шурка.

– Нашел! – хмыкнул Мишка.

– Нашел? И где же? – Шурупчик вплотную приблизился к Шестову.

– В семнадцатой школе, в раздевалке…

– Если нашел, почему не вернул? – прошипел Шурка.

– Хотел, но не успел! – Мишка небрежно пожал плечами и оттолкнул приятеля.

– Хм, как же, не успел… Ты его украл! – Он подпрыгнул к Шесту и, схватив за плечо, попробовал добраться до кабинки.

– Украл? Ха, а ты? Ты где его взял? – Мишка вцепился в Шурупчика застывшим взглядом.

– Отдай! – взвизгнул Шурка.

– Попробуй отбери! – Шест расхохотался. – Ты думаешь, он волшебный и поможет тебе выиграть поединок?

– Ничего я не думаю! – напирал грудью Шурупчик.

– Вранье это всё! Старая железяка! Ничего она не может! – Мишкина верхняя губа приподнялась, оголив ровные белые зубы.

Он отпихнул Шурку в сторону и, распахнув дверцу, смахнул компас на пол. Тот приземлился на угол, крышка оторвалась от корпуса и с треском отлетела в сторону.

– Нет! – закричал Шурка.

Мишка накрыл корпус подошвой и, со скрипом придвинув его к себе, несколько раз стукнул пяткой. Толстое стекло громко хрустнуло. Шест поддел расплющенный компас, словно шайбу, и пнул к Шуркиным ногам.

– Хм, слабак, бери свою игрушку! Мне она ни к чему… Я и без всякого