Кукла-близнец - Джанин Бичем

Когда Уна убрала руку с крышки, изнутри раздался стук. Уна ахнула.

– Ани? Ты меня слышишь? Мы на корабле!

Ещё один громкий стук.

Уна наклонилась к ящику и быстро-быстро заговорила.

– Ани, Мать и Отец… ты ведь знаешь, что они такие же, как ты? Они Анимобильные Диковинки. Я видела запястье Матери. Ты знаешь, что они запланировали?

Ящик молчал.

– Я поверить не могу, что раньше этого не заметила, но всё так и есть. У них такие же суставы, как у тебя. Кукольница – мисс Люмьер – наверное, сделала и их тоже. Они – Анимобильные Диковинки, которые перепугали всех в Найфли-Стайфлинге. И я очень их боюсь, Ани. По-моему, они хотят оставить тебя и избавиться от меня. Вот зачем тебя сюда привезли. Ты… ты хотела этого?

Из ящика послышался шорох, потом он сильно затрясся. Уна вздрогнула, не зная, что сейчас чувствует Ани. Если Анимобильная Диковинка и правда хочет от неё избавиться, то она совершила ужасную ошибку. У неё был выбор: оставить Ани в ящике или помочь ей вылезти наружу, а потом уже разбираться с последствиями.

Она начала развязывать узлы на верёвке.

– Подожди немного, Ани.

Её пальцы сосредоточенно работали. Ни одному узлу ещё не удавалось одержать победу над Уной Вексфорд – она развязывала узлы с такой же лёгкостью, как и придумывала их.

– Что хорошо на этом корабле, Ани, так это то, что на борту много людей – и команда, и пассажиры. Если я тебя вытащу, люди увидят нас вместе. Подумают, что мы близнецы. Мать и Отец не посмеют ничего сделать при свидетелях. Надеюсь… надеюсь, что ты – до сих пор ты.

Стиснув зубы, она развязала последний упрямый узел.

Крышка с грохотом открылась и полетела на пол. Восковые пальцы Ани потянулись к горлу Уны.

Глава 29

Уна испуганно вскинула руки, но Ани заключила её в крепкие объятия.

– О, Уна! – Если бы Ани была человеком, можно было бы сказать, что она всхлипнула. – Мне так жаль! Я должна была догадаться. Должна была понять. Когда я отказалась лезть в ящик, Мать разозлилась. Отец пытался за меня заступиться, но это не помогло. Я подражала тебе, потому что они говорили мне это делать, но я хотела только одного – стать твоей подругой. Они навсегда запрут меня в «Копперлинсе», а тебя больше не будет!

– Это не твоя вина. – Уна дрожащими руками обняла Ани. – Я просто рада, что смогла тебя выпустить. Я знаю, что тебе не нравится сидеть взаперти в темноте… А это что такое?

Уна прикрыла глаза от золотистого света, заполнившего маленькую каюту. Сначала она подумала, что у Ани с собой фонарь. Но нет – свет исходил от самой Ани, из сочленений её суставов.

– Искры яркие, да ты светишься, – потрясённо проговорила Уна. – Ты и на пляже так делала. Что произошло? Отец или Мать повредили твой механизм?

Ани уставилась на золотой луч, освещавший комнату, потом осмотрела свои запястья.

– Я не знаю, что это такое, – пробормотала она. – Это всё потому, что я больше не жужжу? Мне не кажется, что я сломана.

– Может быть, такое происходит с Анимобильными Диковинками, когда они долго стоят в полной темноте? – предположила Уна. У неё уже руки чесались проверить пластинку памяти Ани.

– Я не помню, чтобы такое случалось, когда меня держали в кладовке в «Копперлинсе», – задумчиво ответила Ани. А потом заметила иллюминатор.

– Море! – восторженно воскликнула она. – О, Уна, это море!

– Да, старый серый зверь, – согласилась Уна. – Но… Ани, как мы сможем вывести тебя на палубу, если ты светишься? Ты можешь прекратить?

Ани попыталась прикрыть запястья рукавами.

– Попробую, – с тревогой ответила она. – Если я надену много одежды, наверное, получится.

Она снова выглянула в иллюминатор.

– Темнеет. В темноте я чувствую себя бодрее.

Уна вспомнила ту ночь на пляже, когда Ани светилась, – похоже, она в самом деле лучше работает ночью. Может быть, из-за того, что столько времени провела в темноте?

Она достала из чемодана пальто Матери и накинула его на плечи Ани, прикрыв матросское платье, точно такое же, как у Уны. Кукла-близнец всё ещё светилась, но уже не так ярко. Возможно, в сильно освещённой комнате этого бы не заметили, но снаружи уже темнело, и скрыть это будет сложнее. Уне очень хотелось, чтобы Ани могла это как-то контролировать. Может быть, оно само пройдёт? У них не было иного выбора, кроме как смешаться с пассажирами.

– Пойдём. Иди за мной наверх, пока не вернулся Отец.

Они торопливо прошли по коридору. Ани коснулась рукой переборки корабля.

– Здравствуй, – с любовью сказала она. – О, я всегда мечтала увидеть настоящий корабль!

Она прижалась щекой к переборке, словно пытаясь услышать сердцебиение.

– Привет, море, – шепнула она. – Я знаю, что ты здесь. И ты тоже знаешь, что я здесь.

Одно из запястий засветилось жёлтым.

– Ани, надо идти!

Они поднялись по узкой лестнице на палубу. Уна остановилась и огляделась. Прежде всего она хотела избежать встречи со Смитами.

– Сюда, – решила она. – Надо сначала выйти на палубу.

Она злилась из-за рассеянности Ани. Та остановилась, чтобы посмотреть на фотографии моряков, висевшие в рамках на стене. Потом коснулась спасательного круга.

– Какое умное устройство, – пробормотала она. – Никакого металла, и воздуха как раз достаточно, чтобы удержать человека на плаву.

– Ани, пойдём!

«И это она ещё спасательные шлюпки не видела, – подумала Уна. – Может быть, дело во всех этих историях, которые я ей рассказывала, но она ведёт себя прямо как…»

Её мысли прервались, когда она открыла дверь. На пароход спустился густой туман. Они оказались в безлюдной части палубы, недалеко от кормы.

– Правые шканцы[10], – встревоженно протянула Уна.

– О, посмотри на дымку… воздух… туман? – Ани опять взялась за своё. Практически сияя, она подбежала к поручню. – Здесь могут быть рифы, Уна. Здесь может быть опасно!

Она снова начала жужжать – хотя Уне казалось, что она починила её раз и навсегда.

– Ани, прекрати, – взмолилась Уна. – Или мы…

На палубе послышались шаги, потом на плече Уны сомкнулись жёсткие пальцы.

Идеально уложенные волосы Матери теряли кудрявость. Восковое лицо было напряжённым, взгляд – каменным, помада стёрлась, обнажив тонкие, суровые губы.

– Так-так, – холодным, металлическим тоном проговорила она. – Ты оказалась коварной, бесстыдной и вероломной, Уна. Что нам делать с таким ребёнком?

– Неблагодарная, – проворчал Отец. Его суставы скрипели в тумане – он пытался удержать вырывавшуюся Ани. Его очки покосились, волосы стояли дыбом. – Непослушная девочка, Ани. Зачем ты