Кукла-близнец - Джанин Бичем

сильная конституция, – наконец сказал он. – Куда лучше, чем у меня – у меня при самом слабом ветерке начинается морская болезнь. Ей удивительно повезло. Об этом напишут в газетах!

Уну затошнило от одной мысли об этом. Кристаллина положила ей руку на плечо, успокаивая.

– Я не хочу никакой шумихи и уверена, что её семья будет рада просто тому, что она жива и невредима. Спасибо, что приехали. Я буду за ней присматривать.

– Её не нужно подвезти на большую землю? В лодке есть место.

– За ней приедет семья. Не хотите чаю с имбирём?

– С удовольствием, – ответил врач. Уна помогла заварить чай, стараясь не смотреть на неподвижную фигурку Ани на кухне. Она тоже нуждалась в осмотре, и Уна ужасно страдала, понимая, что сейчас каждая минута на вес золота.

Врач допил чай и отправился обратно к лодке. Кристаллина помахала ему на прощание и вернулась на кухню. Она кивнула Уне.

– Твоей подруге Ани врач не нужен. Полагаю, ей полезнее будет кто-то, кто родился на маяке и хорошо разбирается в механизмах.

Уна кивнула, уже не в силах справиться с нетерпением.

– Вы мне поможете?

Кристаллина, шурша комбинезоном, осмотрела суставы и провода Ани.

– Я в этих автоматах не разбираюсь, но вот с механизмами справлюсь не хуже тебя. Посмотрим, что у нас получится, а?

– Да, мэм.

Взяв лучшие пассатижи и отвёртку из тех, что были у Кристаллины, Уна аккуратно сняла панель со спины Ани. Кристаллина присвистнула, увидев сложные шестерни и храповики.

– Ани, мы кое-что из тебя достанем, хорошо? Из-за этого ты, наверное, будешь работать медленнее, но мы потом всё поставим обратно.

Ответа не было. Прикусив язык, Уна заглянула внутрь механизма.

– Это ещё что такое? Камень?

– Надеюсь, что нет, – ответила Кристаллина.

Уна взяла фонарик, включила его и направила луч на механизм Ани. Вот так она и узнала тайну куклы-близнеца.

Глава 31

В груди Ани вращалось хрустальное сердце. Миниатюрная линза Френеля, отбрасывавшая радужные лучи. Маленькая и мощная, с любовью встроенная создательницей, чтобы эта Анимобильная Диковинка, Ани, могла поддерживать огонь.

– Искры яркие, – прошептала Уна.

Кристаллина присмотрелась поближе.

– Это то, что я думаю?

– Ани! Ты Чудесное Хрустальное Сердце семи морей! – На глаза Уны навернулись слёзы. – То самое, которое все считали пропавшим. Его изобрела Глориэтта Люмьер, когда жила в «Копперлинсе». Ты даже нарисовала его на карусели. Как будто всё знала.

Кристаллина медленно расплылась в улыбке.

– Нам всем было интересно, что же случилось с Глориэттой Люмьер. Думали, что она навсегда оставила жизнь смотрителя маяка, и, если честно, осудить её за это трудно. Ани знает, что за неё на любом маяке отдали бы целое состояние?

Уна покачала головой.

– Она ничего не подозревала. Но, думаю, Смиты знали. Ну, они ведь тоже автоматоны. Анимобильные Диковинки.

– Смиты? Теперь уже я что-то не понимаю. Нет, потом расскажешь. Как чувствует себя линза после того, как поплавала в море Железного Сердца? Твоей подруге будет больно, если мы её проверим?

Уна окинула кристалл опытным взглядом ребенка с маяка.

– Её нужно очистить. Это неотъемлемая часть Ани, и необходимо, чтобы она работала нормально.

Кристаллина протянула ей коробку с инструментами.

– Что ж, приступай, юная мисс Вексфорд. Мы её починим, и она станет яркой, как морской закат.

Уна держала коробку, словно драгоценный сундук, полный жемчужин. Она осмотрела Ани, которая превратилась в настоящую развалину: промокшие, свалявшиеся рыжие волосы, спутанные провода, струйки масла на щеках.

– Вексфорды поддерживают огонь, – пробормотала Уна и приступила к работе.

К тому времени, как Уна и Кристаллина закончили свои труды, восход уже раскрасил небо персиковыми и янтарными цветами. Они отполировали и очистили хрустальное сердце Ани, вычистили кисточками песок, поправили маленькие шестерёнки и колёсики, добавили, где нужно, крохотные капельки масла. Всё это время Уна боролась со страхом, что Ани теперь так и останется просто бессловесной куклой с пустыми глазами. Живот скручивало во все более причудливые узлы.

– Почему она похожа на тебя? – тихо спросила Кристаллина.

– Я раньше думала, что Ани меня копирует. Она много чего не помнила после того, как долго простояла взаперти. А теперь мне кажется, что её такой сделали Смиты – моя приёмная семья, – ответила Уна и скорчила гримасу, вспомнив Мать, которая зарисовывала её лицо. А ещё ящики, полные стеклянных глаз и волос разных цветов. Она потёрла руку, оцарапанную об острую шестерню. – Они такие же, как она. Они хотели, чтобы она стала их дочерью вместо меня.

Кристаллина застыла на месте.

– Они… хотели заменить тебя? Избавились от тебя? Бросили в море?

– Ани прыгнула вслед за мной. Пожалуйста, никому не рассказывайте, что она такое, – взмолилась Уна. – Смиты… они попытаются её вернуть. А что будет с Ани, если хоть кто-то, кроме семей, живущих на маяках, о ней узнает?

Смотрительница кивнула.

– Полагаю, она должна быть собственностью семьи Люмьер, но её ближайшие родственники умерли, а мы все даём клятву поддерживать огонь. Дай ей время, и она наверняка снова заработает.

Уна посмотрела на куклу-близнеца, по-прежнему безмолвную и неподвижную. Это было невыносимо. Она встала и выглянула из окна на небо и розовеющие облака, глубоко, громко вздыхая, радуясь, что она жива, что пережила крещение в море.

Кристаллина поднялась наверх, чтобы проверить прожектор маяка, дав Уне возможность осмотреться. Маяк был поменьше, чем у Вексфордов, – он стоял на высокой скале острова Последней Надежды, – и усыпан маленькими приземистыми окошками. Неподалёку от маяка располагался маленький огородик, защищённый большими камнями. Уна увидела довольно большие заросли прибрежного кустарника, в которых можно было бегать, валуны, на которые можно было забираться, и курятник с шестью своенравными, диковатыми, растрёпанными ветром курами. На верёвке висела стираная одежда, и Уна сразу вспомнила, сколько раз мама пыталась сушить бельё снаружи и сколько вещей в результате пропали в море. Ещё там был колодец со свежей водой, хорошо ухоженная шлюпка и рыболовные сети. Никаких признаков, что здесь жили дети, она не нашла, – даже на крохотном кладбище, где похоронили погибшего Архимеда Дафти. За всей территорией хорошо ухаживали, но всё-таки для одного смотрителя это была очень большая работа.

Внутри маяка Уна нашла аккуратные, подробные рисунки кораблей, сделанные Кристаллиной, засушенные цветы, корзину с шитьём и домашнюю мазь от боли в мышцах. Поднявшись по лестнице, она увидела тот самый туманный колокол, который позвал их в ночи, и погладила его в знак благодарности. Потом она посмотрела и на сам прожектор, большую линзу Френеля, похожую на огромный алмаз, созданную знаменитыми братьями Чанс, стеклодувами, которых уважали все смотрители маяков.