Рассказчица - Люси Мод Монтгомери

– А давайте все что-нибудь ей подарим, – предложила Фелисити. – Я так точно хочу сделать ей подарок. Но кто отнесет туда все эти вещи?

– Мы должны пойти все вместе, – решила Рассказчица.

– Я не пойду! – в ужасе вскричала Сара Рэй. – Я ни за что в мире не подойду близко к дому Пег Боуэн, хоть бы и со всеми вами.

– Я придумала план, – сказала Рассказчица. – Давайте, как и предложила Фелисити, все приготовим ей подарки, а вечером отправимся к ее дому, и если увидим ее на улице, то просто тихонько подойдем и положим перед ней подарки и письмо, а говорить ничего не будем и просто почтительно удалимся.

– Если она, конечно, даст нам удалиться, – глубокомысленно заметил Дэн.

– А Пег сможет прочитать письмо? – поинтересовался я.

– О да, тетя Оливия говорит, что она вполне грамотная. Она ходила в школу и была умной девочкой, пока не сошла с ума. Мы напишем очень внятное письмо.

– А если мы ее не увидим? – спросила Фелисити.

– Сложим подарки на крыльцо и оставим там.

– Она может оказаться за много миль от дома, – вздохнула Сесили, – и обнаружить все это добро, когда будет слишком поздно для Пата. Но тут уж ничего не попишешь. А что мы ей подарим?

– Деньги нельзя, – сказала Рассказчица. – Ее это оскорбляет: говорит, она, мол, не нищенка. Но все остальное возьмет. Я подарю ей свои синие бусы. Украшения ей нравятся.

– А я отдам бисквитный пирог, который сделала утром, – сказала Фелисити. – Не думаю, чтобы ей часто доставались бисквитные пироги.

– У меня ничего нет, кроме колечка от ревматизма, – я его получил как премию за продажу иголок прошлой зимой, – сказал Питер. – Отдам ей. Может, у нее и нет ревматизма, но колечко симпатичное. На вид прямо золотое.

– Я подарю ей кулек мятных конфет, – сказал Феликс.

– Я подарю маленькую баночку вишневого варенья, которое сама сварила, – сказала Сесили.

– А я к ней не пойду, – в страхе твердила Сара Рэй, – но я тоже хочу сделать что-нибудь для Пата, так что пошлю с вами кружевной яблочный листик, который сплела на прошлой неделе.

Я решил подарить жуткой Пег несколько яблок с моего именинного дерева, а Дэн объявил, что порадует ее пачкой жевательного табака.

– Ой, а она не обидится? – перепугался Феликс.

– Не-е, – ухмыльнулся Дэн. – Пег жует табак не хуже любого мужчины. Это ей больше по вкусу, чем твои чепуховые мятные конфеты, уж поверь. Сбегаю к миссис Сэмпсон и раздобуду пачку.

– А теперь надо написать письмо и сразу отнести подарки, пока не стемнело, – подытожила Рассказчица.

Мы все собрались в хлебном амбаре, чтобы помочь Рассказчице составить сей важный документ.

– Как мне начать? – в недоумении размышляла она. – Нельзя же написать «дорогая Пег», а «уважаемая мисс Боуэн» звучит совсем уж глупо.

– И потом, никто не знает, она мисс Боуэн или нет, – заметила Фелисити. – Во взрослом возрасте она уехала в Бостон и, говорят, вышла там замуж, а муж бросил ее, поэтому вроде она и сошла с ума. А если она замужем, то ей не понравится, что ее называют мисс.

– Ну и как тогда к ней обращаться? – в отчаянии воскликнула Рассказчица.

На помощь опять пришел Питер с весьма практичным соображением.

– Начни так: «Многоуважаемая мадам», – сказал он. – У ма хранится письмо, которое школьная попечительница как-то написала моей тете Джейн, и оно начинается вот так.

Многоуважаемая мадам! – написала Рассказчица. – Мы хотели бы попросить вас о большом одолжении и надеемся, что вы нам его окажете. Наш любимый кот Падди сильно заболел, и мы боимся, что он умрет. Как вы думаете, можно ли его излечить? Не могли бы вы попробовать, пожалуйста? Мы все очень привязаны к нему, и он очень хороший котик, без вредных привычек. Конечно, если кто-то из нас наступает ему на хвост, он царапается, но знаете, ведь коты не терпят, если им наступают на хвост. Это у них очень чувствительная часть, и только так они могут защититься, но они не хотят причинять вреда. Если вы сможете вылечить нашего Падди, мы будем всегда вам очень, очень признательны. Приложенные скромные приношения суть свидетельства нашего почтения и благодарности, и мы умоляем вас оказать нам честь и принять их.

С очень большим уважением,

Сара Стэнли.

– Вот это, что в конце, ужасно красиво вышло! – восхитился Питер.

– Я не сама придумала, – честно призналась Рассказчица. – Прочитала где-то и запомнила.

– А я думаю, это слишком красиво, – выступила с критикой Фелисити. – Пег Боуэн и не поймет таких умных слов.

Однако было решено оставить красивое предложение как есть, и мы все подписали письмо.

А потом собрали наши свидетельства и неохотно пустились в путь к обиталищу ведьмы. Сара Рэй, само собой, не пошла, но вызвалась посидеть с Патом, пока нас нет. Мы решили, что взрослым сообщать о нашем предприятии необязательно. У взрослых такие чудные представления о жизни. Они, чего доброго, вообще запретят нам идти – и, уж конечно, посмеются над нами.

Дом Пег Боуэн находился почти в миле от нас, даже если срезать по болоту и взбираться по лесистому холму. Мы направились вниз по родниковому лугу, перешли маленький деревянный мостик в лощине, наполовину скрытый морем шуршащих астр… За мостом, очутившись в зеленом лесном сумраке, мы начали побаиваться, но никто не желал признаваться в этом. Все шли тесной компанией и не болтали. Если уж оказался вблизи жилища ведьмы и ей подобных существ, то чем меньше говоришь, тем лучше, ибо, как известно, их чувства слишком легко ранить. Разумеется, Пег не ведьма, но осторожность не помешает.

Наконец мы вышли на дорожку, ведущую прямо к ее обиталищу. Наши лица были бледны, сердца громко стучали. На западе между хвойными ветвями низко висело красное сентябрьское солнце. Мне казалось, вид у него какой-то не такой. Да и вообще все выглядело таинственно и необыкновенно. Я уже хотел, чтобы эта миссия поскорее закончилась.

Неожиданный поворот тропинки вывел нас на небольшую поляну, где и стоял дом Пег, а мы еще не успели даже толком приготовиться к тому, чтобы узреть его. Несмотря на страх, я глядел на ведьмину лачугу с любопытством. Это было маленькое шаткое строение с просевшей кровлей, примостившееся в совершеннейших сорняковых джунглях. Самым удивительным нам всем показалось отсутствие входа на нижний этаж, а ведь такой вход есть в любом приличном доме. Единственная дверь вела сразу на верхний, а взбираться к ней следовало по покосившейся лесенке. Вокруг не было никаких