Заговор головоногих. Мессианские рассказы - Александр Давидович Бренер

Я был тогда студентом филологического факультета.

Из Алма-Аты я полетел на самолёте в Сочи.

Я хотел позагорать и поплавать в Чёрном море.

В Адлере самолёт приземлился.

Я сел в автобус и доехал до Хосты.

Хоста – окраинный район Сочи.

В сущности – курортный посёлок.

Я никого там не знал, никогда раньше не был.

Мне понравился вид из окна, вот я и вышел в Хосте.

3. На автобусной остановке стояли люди.

Они предлагали приезжим квартирные услуги.

Ко мне подошёл парень – приземистый, плотный.

Лицо у него было как блин, наброшенный на мячик.

Он спросил:

– Ищешь хату?

Я кивнул, и он повёл меня куда-то.

4. Спускался вечер.

Цветы на клумбах распространяли душный запах.

Было влажно.

Парень сказал:

– Хоста – самое тёплое место на земном шаре.

Я подумал, что он шутит, но вид у него был серьёзный.

– Меня зовут Игорь, – сказал он.

5. Уже в темноте мы достигли цели.

Игорь толкнул калитку.

Приземистая сакля стояла в дебрях сада.

Рядом с саклей – дощатая времянка.

– Вот твоя хата, – сказал Игорь.

Мы вошли во времянку, он включил свет – лампочка замигала.

Там стояла железная кровать; висело зеркало на двери.

Несколько ржавых гвоздей, вбитых в стену: вешалка для одежды.

Игорь назвал цену.

Я, не раздумывая, согласился.

– Хочешь водки? – предложил Игорь.

Я опять согласился.

Он вышел и вернулся с бутылкой, но без стаканов.

Запрокинув голову, он влил в себя водку.

Потом сунул мне в руку бутылку:

– Пей – вкусно.

Я выпил и подавился.

– Хе, – сказал Игорь. – Ты армян?

– Нет.

– Похож на жида или армяна.

От водки у меня в висках заныло.

А он:

– Хочешь, покажу тебе что-то?

Я подумал: «Отделаться б поскорее».

Мы вышли в темноту; там пели цикады.

Я брёл за Игорем, натыкаясь на ветки.

Он встал – я ткнулся в его спину.

Он чиркнул спичкой – вспыхнуло пламя.

Я увидел: у мокрой кирпичной стены стоит железная клетка.

А в ней – фигура.

Кто-то голый лежал на тряпке, постеленной в клетке: то ли спал, то ли затаился.

– Девушка-газель, – просвистел мне в ухо Игорь.

Да, это была дева.

Голая, с маслянистым телом и спутанными волосами.

Спичка погасла.

Игорь потащил меня обратно во времянку.

6. На следующее утро я проснулся с головной болью.

Нашарил в сумке аспирин, вышел наружу.

Сад Игоря был не сад, а джунгли.

Я постучал в дверь сакли – никто не отозвался.

Возле дома был кран, из него сочилась струйка.

Я принял две таблетки аспирина и побрёл в глубь сада.

И вот опять: мокрая кирпичная стена, клетка.

Голая девушка сидела в клетке и смотрела на меня широко раскрытыми глазами.

Перед ней на тряпке лежала горстка травы, стояла миска с водою.

– Привет, – сказал я, как идиотик.

В ответ ни звука.

У неё был массивный колтун на голове – я впервые в жизни увидел дредлоки.

А тело худое, но как бы стальное: на костях одни мускулы, обтянутые кожей.

Колено у неё было замотано грязными бинтами.

Тут она схватила горсть травы, положила в рот и зажевала.

Девушка-газель питалась травой: травой кормил её Игорь!

Желваки на её скулах ходуном ходили.

Она ела, размеренно пережёвывая травки.

Мне стало страшно.

– Послушай, – сказал я.

На миг она перестала жевать – и снова зажевала.

Вдруг появился Игорь.

7. – Привет, – сказал он (я от неожиданности вздрогнул).

– Как тут она? – спросил Игорь.

Девушка-газель уже не жевала, а только смотрела – странно, чуждо.

– Она говорить не умеет, – хмыкнул Игорь. – Зато умеет очень быстро бегать. Быстрее, чем чемпион мира. А носить одежду она не хочет. Она поранила себе колено. Я её лечу уже целый месяц. Чтоб прокормить её, я оборвал траву во всей Хосте.

Я спросил:

– Почему ты держишь её в клетке?

– Она дикая, – ответил Игорь. – Может укусить. Она больная.

Потом предложил:

– Хочешь выпить?

Я отказался.

– Тогда иди искупайся в море. Сегодня жарко.

И я правда пошёл купаться – с курортниками, с медузами, с барабулькой.

И загорал до палёной кожи.

8. Домой я вернулся на закате солнца… и там была куча народа.

Игорь устроил в саду вечеринку.

Мужики – рабочего типа.

Девицы – какие-то блатные.

Все уже успели напиться.

На мангале жарилось мясо – промаринованное, но такое жилистое, что я выплюнул всё украдкой.

Игорь стоял с бутылкой и базарил:

– Я пробовал её прикрыть, пробовал харчить нормально… Но она содрала кофту, закусь вышвырнула наружу… Она хочет драпануть, дурка… Хотел её подмыть, но она боится мыла… На всю голову больная сучка… Жрёт траву и срёт катышками… Но ей от меня не смыться… Во – глядите!

Он залез в карман, достал что-то и показал всей честной компании: металлический ключик.

Я сообразил, что это ключ от клетки, где сидела девушка-газель, его полонянка.

Тут ко мне подошла блондинка с золотым зубом:

– Еврейчик, хочешь поебаться?

Я испугался.

Она загоготала.

Потом я быстро напился.

Вечеринка была в полном разгаре, когда я поблевал в кустах и залёг во времянке.

9. Проснулся ночью от шума.

Кто-то стонал:

– О-о-о… А-а-а… О-а…

Я слушал с минуту, а потом вышел наружу.

И вдруг ослеп: прожектор стоял на земле и источал устрашающий сноп света.

Под дверью времянки сидел голый мужик, покрытый кровоточащими лишаями.

Он сжимал голову и завывал:

– О-о-о… А-а-а…

И:

– Чур меня, чур, гады…

Вдруг появился Игорь.

Его лицо уже не походило на блин – просто харя.

– Здравствуй, армян! – закричал он. – Хочешь ягод?

И ткнул в меня миской.

В ней была крупная бородавчатая малина.

Я взял горстку, бросил в рот – ягода пахла кровью.

Меня охватило чувство великой вины и беспорядка.

– Можно мне покормить девушку-газель? – спросил я, сам удивляясь вопросу.

Он уставился на меня, словно не понимая:

– Ты чего, армян? Или ты всё-таки жид? А?

Из темноты возникли его кореши.

Они хохотали.

– Жид? Али армяшка?! – раздались крики. – Или ты, блядь, Буратино?!

«Драться с ними? – подумал я. – Убьют, гады».

Я повернулся и скрылся за дверью времянки.

Сзади смеялись.

10. На рассвете я вышел.

Туман стлался по саду.

Где-то кричали чайки.

Гости Игоря дрыхли в саду как попало: бабы с голыми ляжками, мужики с раскрытыми ртами.

Дверь сакли была приоткрыта.

Я шмыгнул туда, как шельма.

Внутри пахло рвотой, вином, грязным бельём, носками.

Игорь валялся ничком на кровати, рядом блондинка с золотым зубом.

Оба храпели.

Я проник в его карман с ловкостью татя и сразу нащупал ключик.

Я пошёл через сад: ветки били меня по мордасам.

Клетка стояла у кирпичной стены, а в ней – девушка-газель, девушка-антилопа, девушка-сказка, девушка-поэма.

Она смотрела на меня