Энигма - РуНикс

не приветствовались. Форма служила простым, но эффективным способом различать студентов, а еще позволяла любому потерявшемуся отыскать дорогу к своим однокурсникам.

Салем носила голубые оттенки. Она спокойно относилась к форме, тем более что цвет ей нравился. В нем столько разнообразия и глубины. Он мог быть мрачным, ярким, страстным, каким угодно, при этом не притягивая к себе внимания, в отличие от красного. Голубой находился в середине цветового спектра, и ее это устраивало. Он соответствовал представлениям Салем о себе. И идеально подходил для тех, кто предпочитал обыденность.

Однако сегодня привычный распорядок дня дал сбой.

Сегодня праздновалась ночь костров, как услужливо сообщила Салем брошюра под дверью. На мероприятие приглашались все первокурсники. Во время прошлого визита в «БКК» Адити объяснила, что это своеобразный обряд посвящения. Каждый год старшекурсники устраивали костер в лесу, чтобы поприветствовать первокурсников. Они ввязывались в глупые игры, напивались, занимались сексом и, в общем, жили студенческой жизнью.

Салем не хотела туда идти, но она жаждала добыть информацию, а подслушивание всегда входило в число ее лучших умений. Она владела искусством растворяться в окружении, словно ее смешивали с фоном на полотне. Именно поэтому понимала, что просто обязана пойти. Алкоголь развязывает язык, а случайная болтовня может таить в себе нечто важное.

Поэтому сейчас Салем зашла в лес, следуя за толпой сверстников, идущих к источнику громкой музыки. Меж высоких деревьев проглядывали лоскутки неба, усеянные в эту удивительно ясную ночь крохотными звездами. Дух моря поблизости смешивался с запахом зелени вокруг и ароматом горящих дров. Мягкий ветерок шевелил пряди волос, играя с ними.

Сегодня Салем распустила волосы, позволив им беспорядочно ниспадать на спину.

– Салем!

Повернувшись, она увидела Адити, бегущую к ней вместе с другой девушкой. Той самой, которую она встретила возле кабинета доктора Бейна.

– Я так рада, что ты решила прийти. – Адити улыбнулась. – Знакомься, это Мелисса. Мы вместе посещаем лекции по истории искусств.

Мелисса протянула руку, и Салем пожала ее.

– Салем Салазар.

От нее не укрылось, как слегка округлились глаза новой знакомой.

– Салазар, как тот мужчина, что…

– Да. – Салем отдернула руку. Она все задавалась вопросом, как долго придется мириться с последствиями того, что спустя несколько месяцев после смерти сестры ее отец слетел с катушек и убил человека, а затем направил оружие на себя, оставив их с матерью с долгами и клеймом позора?

– Мне очень жаль – поспешно сказала Мелисса. – Не стоило упоминать об этом. Я ляпнула, не подумав.

Немного смущенная искренностью извинений, которые Салем не привыкла получать, она отмахнулась и продолжила путь.

– Ничего, я и не такое слышала.

На несколько мгновений воцарилась неловкая тишина, прежде чем Адити, жизнерадостная Адити из теплой, любящей семьи, дружески толкнула ее в плечо.

– Как так вышло, что я никогда прежде не видела тебя с распущенными волосами? Тебе безумно идет, малышка!

Скосив взгляд, Салем машинально коснулась своих кудрей, и улыбнулась подруге, когда привитая матерью вежливость взяла верх.

– Спасибо. И тебе.

Адити была прекрасна, она напоминала принцессу из сказок, в которые Салем никогда не верила.

– А мне нравится твой наряд, – похвалила ее Мелисса, указывая на черную кожаную куртку и шорты в паре с массивными ботинками. Тоже черными, поскольку они лучше всего сочетались по цвету, и она по ним соскучилась.

Новая знакомая явно старалась, поэтому Салем тоже приложила усилия:

– А у тебя очень… творческое чувство стиля.

Мелисса, одетая в макси-платье в стиле бохо и длинные висячие серьги, как те, что любила сестра Салем, покраснела. Адити улыбнулась.

– Верно подмечено. Она как раз изучает изобразительное искусство.

Наконец девушки вышли из леса на большую поляну, в центре которой уже горел и потрескивал огромный костер, а вокруг бродили студенты, болтая, танцуя, выпивая, в общем, развлекаясь.

– Пойдемте. – Адити потащила Салем с Мелиссой в правый конец поляны. – Я точно знаю, где нас обслужат по высшему разряду.

– Нам стоит беспокоиться, откуда тебе это известно? – спросила Мелисса, озвучив вопрос Салем.

Адити пожала плечами.

– Я работаю в «БКК». Как по мне, лучшего места, чтобы оставаться в курсе событий, не найти.

Салем вскинула брови. Она не смотрела на это под таким углом. Возможно ли, что Адити что-то известно и о смертях? Что-то, что она даже не считает важным? Следует поговорить с ней, желательно наедине и в другое время.

Они остановились перед парнем лет двадцати на вид, в надвинутой на глаза кепке, отвечавшим за большую морозильную камеру, которую он откуда-то прикатил. К днищу все еще были прикреплены колесики.

– Мэнни, – поприветствовала его Адити. – Три охлажденных, пожалуйста.

Парень молча открыл морозильную камеру и достал три пригодных для вторичной переработки стакана с крышками. Все еще не произнося ни слова, он передал их Адити, закрыл морозилку и снова сел на свое место.

Салем опустила взгляд на непрозрачный белый стакан и решила, что не станет из него пить. Ни за что. Она не понимала, как студенты могут вести себя здесь столь беспечно, когда в этот напиток так легко подсыпать что-нибудь, чтобы опоить или, еще хуже, отравить кого-нибудь.

– Боже, я думала, ты стипендиатка, – прошипела Мелисса Адити. – Как он так просто отдал тебе напиток?

Адити сняла крышку и осторожно понюхала сомнительную жидкость.

– Один из парней сегодня утром рассказывал, что нужно лишь назвать имя Мэнни и попросить охлажденного, будто это код или что-то в этом духе. Мне просто хотелось проверить, сработает ли трюк.

Салем сняла крышку со своего стакана и тоже принюхалась. Запах подозрительно ничего не выражал.

– Что это, черт возьми, такое?

Мелисса окинула их обеих взглядом.

– Да какая разница? Мы на вечеринке и получили бесплатную выпивку в гребаном Мортимере! Погна-а-али, детка!

И она отпила из стакана.

Салем с любопытством наблюдала за новой знакомой.

– Напоминает какой-то лимонад.

Ага, конечно. А свиньи умеют летать. Невозможно замаскировать в лимонаде цитрусовый привкус, не добавляя в него для нейтрализации нечто сильнодействующее. Салем не собиралась проверять действие напитка на себе, но из любопытства решила оставить его и, возможно, попросить завтра кого-нибудь из лаборантов проверить состав. Выходные в самом разгаре, и лаборатории, вероятно, будут свободны. Наблюдение за Мелиссой даст ей достаточно подсказок, чтобы понять, на что обратить внимание. Если девушке станет плохо или она упадет в обморок, значит, внутри наркотик, который обычно подмешивают с целью изнасилования. Если она умрет, там может оказаться яд или…

– Уверена, что хочешь это выпить? – спросила Салем.

Адити бросила на нее любопытный взгляд, а Мелисса закивала. Ладно, Салем не настолько хорошо ее знала, чтобы отговаривать.

Как ни странно,