Королева склепа - Кристофер Триана

– Этот туннель не может длиться вечно, ведь так? – спросила Роза. – Кладбище ведь не такое уж большое. Должен же быть другой вход-выход. Иначе как внутрь попали медведи? Дверь, через которую мы вошли, была закрыта слишком плотно.

– А может, кто-то закрыл ее уже после того, как внутрь забрались медведи, – предположила Белла.

Роза выдохнула:

– Пожалуйста, послушай меня. Мы не можем просто сидеть здесь и ждать, пока нас кто-то спасет. Я рада, что помощь в пути, но что, если у них возникнут проблемы при поисках? Мы должны действовать на опережение.

– Но разве проблем с поисками не станет больше, если мы тронемся с места?

– Может быть, – сказала Обри. – А может, и нет.

– Хватит это повторять. – Белла обычно не огрызалась на Обри, так как хотела с ней подружиться. Но случившееся изменило ее приоритеты.

– Мы не знаем, как все пойдет, – сказала Обри. – Сейчас может произойти что угодно.

Белла фыркнула. Оставался всего один вариант, как поступить. Хоть и опасный, но, возможно, это их лучший шанс.

– Что, если мы вернемся тем же путем, которым пришли? – спросила она.

– Навстречу медведице? – уставилась на нее Роза.

– Я знаю, знаю. Но теперь у нас есть факелы. Это должно ее отпугнуть.

– А если нет? – недоверчиво спросила Селеста.

– Селеста права, – сказала Роза. – Медведица явно была необычной. Вы же помните, какая она агрессивная. Эта тварь с самого начала жаждала крови. Хочешь закончить, как Саванна и Марни?

– Конечно нет. Но мы как раз можем проверить, как они. Если Обри говорит, что они мертвы, это еще не значит, что это правда. Может, мы могли бы им помочь.

– Господи, Белла. – Обри закатила глаза.

– Мы не вернемся, – вынесла вердикт Роза.

– Никто не назначал тебя главной, – нахмурилась Белла.

– Похоже, она лучше нас знает, что делает, – сказала Обри. – Я с тобой, Роза.

– Я тоже, – сказала Селеста.

– Нет, Селеста. – Белла покачала головой. – Ты с Обри. Ты всегда делаешь все, что она говорит.

– Заткнись, Белла! – вспыхнула Селеста.

Белла заткнулась. Да, важнее всего ей было остаться в живых, но она не хотела, чтобы подруги погибли. В большинстве случаев Белла избегала конфликтов, особенно пытаясь куда-то вписаться – вот хоть к тем же готам. Надо мыслить позитивно, верить, что они выберутся. Значит, она должна думать и о том, что будет после. Не хотелось разрушать самую крепкую дружбу, которая у нее была. Друзей слишком мало, нельзя чересчур отдаляться.

– Прости, Селеста, – сказала Белла. – Я не это имела в виду. Я просто напугана.

– Все в порядке, – тут же остыла Селеста.

– Мы все напуганы, – сказала Роза. – Но если будем держать себя в руках и двигаться дальше, то выберемся отсюда. А теперь пошли. Давайте посмотрим, куда ведет этот коридор.

Они вступили в новый проем. Идти с факелами было проще и безопаснее. Но долго ли они прогорят? Белла задумалась. Стены замерцали оранжевым, отбрасывая пляшущие черные тени. Глухой, ровный треск продолжался. Что, черт возьми, это за звук? Может, тут работает какой-то обогреватель? Если да, то зачем?

Девушек вспугнул шаркающий звук за спинами. Они остановились, обернулись и направили факелы в проход, оставшийся позади. Ничего не было видно, но звук, похожий на трение наждачки о дерево, тоже не стихал.

– Медведица? – прошептала Селеста.

Роза шикнула на нее. Все прислушались, вглядываясь в темноту, ожидая, что за сюрпризы преподнесет им склеп. Белла сжала фонарик обеими руками, выставив его перед собой, как боевой меч.

Сначала Белла подумала, что смотрит на мумию, монстра из старого фильма ужасов. У нее перехватило дыхание. Селеста вскрикнула. Но то, что Белла приняла за бинты, на самом деле было лоскутами, свисающими с рук. К ним подошла темно-красная с фиолетовыми полосками фигура. Волосы спутаны и запачканы. После странного паука Белла уже не знала, во что верить. Фиг знает, что это такое. Девочки не убирали факелы: им нужен был свет, они хотели видеть, кто там шаркает.

Но Белла не хотела.

Человекоподобная тварь была отвратительна. У нее почти не было лица. Только когда она заговорила, Белла убедилась, что это человек, и наконец поняла.

– Помогите, – пробулькала Марни.

У девочки остался только один глаз. След от когтей, изуродовавший половину лица, ровно посередине дополняла пустая глазница. Уцелевший глаз покраснел от лопнувших сосудов. Верхняя губа была разбита, нос сломан. Фиолетовые полосы оказались глубокими ранами, нанесенными когтями медведя. И девочка ковыляла вперед. Если бы остальные не остановились и не устроили дискуссию, Марни никогда бы их не догнала.

– Твою мать… – ахнула Селеста.

Роза подошла к Марни. Белла присоединилась к ней. Девочки беспомощно посмотрели на подругу.

– О боже, – сказала Роза. – Марни, у тебя получилось. Ты жива. Слава богу.

Марни пыталась заговорить, но лишь бессвязно всхлипывала. Несмотря на кровь, Роза обняла ее за плечи, нежно успокаивая, говоря, что все в порядке, что с ней все будет хорошо, – на всякий случай, даже если не сбудется. Учитывая, как хлестала кровь, Белла решила, что, если не прибудет помощь, Марни вряд ли выживет. А если выживет – на всю жизнь останется с ужасными шрамами, на теле и в душе.

Но она все же была жива.

Белла посмотрела на Обри, но та отвела взгляд. Она сильно облажалась в чрезвычайно важном вопросе. Белла надеялась, что Обри стыдно, но не знала этого наверняка. Взгляд Обри был снулым, безжизненным, холодным, как айсберг.

– А как Саванна? – спросила Белла.

Марни зарыдала еще сильнее. Она могла ответить только так, и, чтобы узнать об ужасной судьбе подруги, этого хватило.

Роза осмотрела Марни и заметила на бедре серьезную рану.

– Надо остановить кровотечение.

Свитера на Белле не было: ушел на факел. Но под пальто оставалась еще рубашка с длинными рукавами. Она быстро сняла пальто и оторвала от рубашки рукав. Роза сделала из него жгут, туго обвязав бедро Марни. Хлещущая кровь превратилась в тонкую струйку. Лучшее, что они могли сделать.

– Кто-нибудь, помогите мне, – сказала Роза, кладя руку Марни себе на плечо.

Белла шагнула вперед, но Обри оказалась проворнее. Когда она подняла другую руку Марни, девочка захныкала от боли. Они подхватили ее осторожно, светя факелами и помогая идти. Белле пришлось отвести взгляд. Марни уже никогда не будет прежней. Бедную девочку зверски изувечили, и от одного ее вида волосы вставали дыбом.

Белла сглотнула желчь. Она думала, что препарировать лягушек на уроке