Блаженство - Джей Криммер

когда это прекратится? Мы с тобой окажемся в тюрьме или убьем друг друга. Как я смогу спать рядом с тобой по ночам и не бояться, что твоя зависимость возьмет верх и ты покончишь со мной?

— Я не убиваю там, — шипит он, как будто я его оскорбила. — Я убивал раз в год, до этого момента. Для меня это тоже в новинку, ясно? Я не ожидал этого и не уверен, к чему это нас приведет, но что мне делать? Мы с тобой не можем быть порознь. И из нас двоих ты единственная, кто подумывал убить меня во сне.

Я вздрогнула от его правдивых слов.

— Ронан, как бы я ни наслаждалась этим, становится совершенно ясно, что мне нужно уходить. Ты и я... Я думаю, что мы зависим от этого, и ничего хорошего из этого не выйдет. — Говорю я, встаю и иду к двери.

— Мне жаль. — Он мрачно усмехается. — Разве я создал у тебя впечатление, что ты можешь уйти без меня? — Я поворачиваюсь, чтобы посмотреть на него в ответ, но обида и предательство в его глазах ломают меня. Он пытается скрыть это, но я вижу панику, ту же самую панику, которую я видела, когда он думал, что я собираюсь прыгнуть в машину того парня. Я тянусь к нему, прижимаюсь к его щеке, и он вздрагивает, как будто я могу ударить его.

— Ро...

— Нет, — прохрипел он, отдергивая лицо. — Если ты уходишь от меня, если ты собираешься жить дальше и забыть обо мне... о нас, то позволь этому имени умереть.

— Это токсично, — я пытаюсь заставить его посмотреть на меня, но он отказывается, его глаза прожигают дыры в ковре. — Ты знаешь, что происходит между нами — это неправильно, это больная и извращенная зависимость. Я знаю это, потому что даже сейчас, когда я говорю это, мое тело хочет остаться здесь и выяснить, насколько более извращенными мы можем стать. Это небезопасно для каждого из нас. Мы станем тем, что погубит одного из нас.

— Ты права, — шепчет он, и его глаза наконец-то встречаются с моими. Он выглядит таким потерянным. — Но я не против, чтобы ты стала моей погибелью, моим концом. Твое тело хочет остаться со мной, но моя гребаная душа не может представить, что ее оторвут от твоей. Это не просто трах, Эверли, я отрежу свой член и отдам его тебе, если ты об этом попросишь. Ты — мой кислород, если ты уйдешь, я умру.

— Мы знакомы меньше недели, — выдавливаю я из себя, сердце болит за запаниковавшего мужчину передо мной. Он выглядит таким испуганным и одиноким.

— Может быть, в этой жизни. — Он опускается передо мной на колени. — Эверли, мы с тобой уже проходили все это, я знаю, что ты это знаешь, потому что ты тоже это чувствуешь. Ты слышала, как я умолял тебя. Ты чувствуешь меня. Мы...

— Если ты хочешь, чтобы я пошла с тобой, — твердо говорю я, хотя мое тело дрожит, я не могу его слушать. Не могу, потому что все, что он говорит, уже у меня в голове. Мы связаны, мы родственные души или две половинки одной извращенной, развращенной души. Он нужен мне, как следующий вдох. Но никто не должен испытывать подобное пробуждение через неделю — будь то родственные души или нет. Вдохнув, я закалила свой взгляд, глядя в его умоляющие глаза. — Если ты хочешь, чтобы я ушла, тебе придется забрать меня в мешке для трупов. Я не поеду живой.

— Почему? — Его голос срывается, когда по лицу катится слеза. — Зачем ты это делаешь? Я защищу тебя. Я дам тебе все, что ты захочешь! Деньги? Драгоценности? Дом? Машину? Мое гребаное сердце на блюдечке? Что угодно, только назови, и оно твое! — Он в бешенстве тянется ко мне, но я отступаю.

— Свобода, — шепчу я. — Свобода сделать свой собственный выбор. — Его губы на мгновение дрожат, когда он смотрит на меня.

— Ангел, ты делаешь неправильный выбор.

— Это мой неправильный выбор. — Я возражаю, когда он качает головой, вставая.

— Почему ты не видишь, что я пытаюсь защитить тебя? — Он делает шаг ко мне, и я отступаю назад, пока не оказываюсь у двери.

— Я знаю, что ты так думаешь, — мягко говорю я. — Но единственное, от чего мне сейчас нужна защита, — это ты.

Я как будто уколола его своими словами. Его лицо искажается, он закрывает глаза, его тело опускается. Пользуясь случаем, я лезу в его карман и беру телефон, прежде чем открыть дверь гостиничного номера. Ронан хватает меня за волосы и пытается оттащить назад.

— Ты меня не бросишь. — Он рычит сквозь стиснутые зубы. — Я не буду жить без тебя.

— Отпусти меня, — спокойно шепчу я. — Или я закричу. — Дверь открыта, и все, что мне нужно сделать, это крикнуть о помощи, и все закончится.

— Ты не сделаешь этого, — выдыхает он, — Ты закричишь, и меня заберут.

Я качаю головой.

— Не заставляй меня, — умоляю я, переступая порог, когда он ослабляет хватку на моих волосах. — Мне так жаль, — шепчу я, пока он продолжает смотреть сквозь меня.

— Ты будешь жалеть, — обещает он, прежде чем захлопнуть дверь, оставив меня стоять в коридоре. Я смотрю на его телефон — он, конечно же, заблокирован. Вздохнув, я направляюсь в холл. Я не знаю, что буду делать, но знаю, что должна оказаться как можно дальше от Ронана, пока не передумала.

ГЛАВА 7

РОНАН

Она ушла.

Я смотрю на экран своего планшета, сидя в машине. Судя по тому, как быстро она передвигается, ее кто-то подхватил. Честно говоря, я не могу поверить, что она взяла мой телефон. Это же самая простая вещь, которую можно отследить. Но я рад, что она это сделала, потому что сейчас я не в том состоянии, чтобы пытаться найти ее каким-то другим способом.

Она ушла.

— Черт, — шиплю я, когда лезвие проходит по моей руке. Не могу вспомнить, когда мне в последний раз нужна была такая разрядка. Наверное, больше десяти лет назад. Но вот я здесь, строчка за строчкой, чертовски стараюсь заглушить боль. Как она могла уйти? Я поклоняюсь ей. Я понимаю ее. Мы с ней находимся на духовном уровне, который не найти больше нигде, а она просто решила, что? Что я слишком многого хочу? Что я слишком не в себе? Она привела в наш отель незнакомца, чтобы вызвать у меня приступ ревности, но это я не в себе?

Уставившись