Final Kill - С. Т. Эшман

— Господи, — я вздохнул так громко, что он понял намёк.

— Ладно, может, не сейчас, — сказал Ковбой. — Поговорим позже.

— Спасибо, — буркнул я.

Ковбой кивнул и вышел.

Роуз шагнула ближе:

— Можно тебя на минутку… снаружи?

Мы прошли по коридору туда, где было тихо. Оба несколько раз оглянулись, убеждаясь, что вокруг никого.

— Что мы теперь будем делать? — спросила Роуз, уперев руки в бока; тревога была у неё на лице, как на ладони.

— В каком смысле?

Она шагнула ближе, прямо ко мне.

— Не делай этого, Рихтер.

Я резко выдохнул.

— Что ты хочешь услышать? — прошептал я жёстко, взгляд метался, чтобы никто не подслушал. — Что я чувствую, будто мы подвели эту бедную женщину? Что она была бы жива, если бы Лия просто убила этого ублюдка? Как делает Новак?

Роуз глубоко вдохнула, опустив взгляд в пол.

— Я… потерялась, Рихтер.

Я моргнул, поражённый тем, как быстро она сдалась. В глубине души мне хотелось, чтобы она спорила, сказала, что хорошо, что Лия не убила Ночного Преследователя. Дала мне повод снова поверить в систему — повод, которого я сейчас не видел.

Но она не дала. Может, не могла. Как и я.

И всё же моя работа — вести, а не рассыпаться в сомнениях. Я должен держаться — иначе сломаюсь окончательно.

— Слушай, — я положил руку ей на плечо. Она мгновенно подняла на меня глаза. — Мы спасли Натали, не так ли?

Она кивнула, хотя тяжесть с лица никуда не делась.

— И, бог свидетель, сколько ещё живы потому, что Гранд и Харрис мертвы. Нам нужно держаться за эти победы, а не за поражения.

Напряжение в её плечах чуть-чуть спало.

— Мы спасли многих, Роуз. Матерей вроде Натали, семьи, которые имеют право наливать себе из крана воду и не умирать, потому что такие, как Гранд, мертвы, — я сделал паузу, не отводя взгляда. — Я могу на тебя рассчитывать?

Её лицо снова напряглось. Я должен был оставить ей и путь к отступлению. Вынужденная лояльность — бомба с часовым механизмом.

— Если ты к этому не готова — это нормально, — продолжил я мягко. — Возвращайся к обычной работе агента. Дай мне и Лие заниматься грязной стороной. В этом нет ничего постыдного. Честно, часть меня хочет, чтобы ты отошла, Роуз. Спаси себя. Ещё одна спасённая жизнь.

— Нет, — ответ прозвучал резко, без тени колебания. — На меня можешь рассчитывать.

Я вгляделся в её глаза. Потом кивнул и убрал руку.

Роуз обернулась, снова проверяя коридор, не подошёл ли кто.

— А как насчёт Лии и Новака? — голос был тихим, но в нём звучал вопрос на миллион.

Я выдохнул носом:

— Лию возьму на себя. Поговорю с ней. Она не сделает ничего безрассудного. Она самый умный человек из всех, кого я знаю. Ночной Преследователь этого не изменит.

— А Новак?

— Что ж, — я выдохнул. — Копнём его жертв. Узнаем, кем они были на самом деле. До тех пор — затаимся.

Роуз решительно кивнула.

И тут из-за угла вывалился Ковбой.

— Вы всё ещё здесь? — он моргнул, уставившись на нас.

Мы с Роуз переглянулись. Чёрт. Он что-нибудь слышал? Снаружи гремели стройки, но всё же…

— С соседями поговорил? — спросил я.

— Ага. Миссис Джонс в конце коридора ничего не слышала. Но я продолжу прочёсывать весь чёртов дом. Чтобы потом не всплыло ничего мерзкого.

— Хорошо. Агент Роуз, увидимся завтра на концерте? — сказал я достаточно громко, чтобы Ковбой услышал.

— Да, я буду.

Ковбой нахмурился:

— Постойте. Какой концерт?

— Лия Нахтнебель, — сказал я.

— Та… пианистка? — он приподнял бровь.

— Ага, — подтвердила я. — Маккорт решил, что нам стоит показаться. Единство фронта после того, что случилось.

Хмурость Ковбоя усилилась:

— И никто меня не позвал? Эта женщина — на все десять!

Роуз закатила глаза:

— Может, именно поэтому тебя и не позвали. После случившегося нам надо выглядеть профессионально, Ковбой, а не ловить жалобу о домогательстве от Лии Нахтнебель. Увидимся в офисе.

Она развернулась и быстро пошла по коридору.

— Да что за! — крикнул ей вслед Ковбой. — Думаешь, я какой-то неуправляемый пёс? Я умею аккуратно подходить к женщине! Я «Грин Флаг» парень, Роуз! «Зелёный»!

Я покачал головой:

— Увидимся в офисе.

Проходя мимо квартиры жертвы, я остановился и всмотрелся в короткий коридор. Ещё один ребёнок без матери. Ещё одна невиновная женщина, стёртая с лица земли Ночным Преследователем — жестоким насильником, которого суд позволил выйти на свободу.

В голове крутилась и Лия.

Я должен был сообщить ей об этом. Рано или поздно она бы узнала, но главный вопрос — каковы последствия? Мы договорились держаться серийных убийц и позволить судам заниматься прочей мразью. Но к чему это нас привело?

Мир был уже не просто вывернут наизнанку. Он был выкорчеван до основания. Хаос стал новой нормой, а безумие — его оружием.

И ещё был Новак. Если бы он занялся Ночным Преследователем, Терри Паттерсон был бы мёртв — либо привязанный к рельсам, либо плавающий лицом вниз в реке. Рядом аккуратно был бы вырезан символ анкха — подпись Новака.

Но действительно ли псих, убивающий людей на железнодорожных путях, — лучший выбор, тем более оправданный?

Пока я шёл по коридору, голос в голове звучал отчётливо. Как ни старайся его заглушить, он повторял одно и то же.

Если бы Лия убила его, Реджина Кинг была бы жива.

Глава двадцать третья

Роуз

Я дёрнула ворот пиджака, пытаясь ухватить воздуха. Всё это казалось неправильным. Мы с Маккортом сидели в ВИП-ложе рядом с Лукой Домицио. Оба пришли на рождественский концерт Лии — главное шоу года. Напротив расселись самые громкие имена в политике и бизнесе — вроде только что переизбранного сенатора Уизера, который метнул в нашу сторону ненавидящий взгляд.

Мы выглядели нелепо: в костюмах, с жетонами на цепочках на шее. А Лука с Маккортом обменивались взглядами, как двое школьников перед дракой на площадке.

— Можно хотя бы убрать эти чёртовы жетоны в карман? — проворчала я. — Чувствую себя идиоткой, будто на месте преступления.

Маккорт поёрзал на сиденье:

— Думаешь, мне это нравится? Я бы лучше сейчас разбирался с активным стрелком. Но приказ есть приказ. — Он заглотнул обезболивающее как раз в тот момент, когда его окликнул очередной репортёр. Мы оба натянуто улыбнулись — вспышка камеры на секунду ослепила.

Я глянула на пустое кресло рядом — там должен был сидеть Рихтер.

— Было бы неплохо, если б он уже явился, — пробурчал Маккорт.

— Сказал, что заканчивает дела в офисе. Он придёт, — заверила я.

Маккорт