Энигма - РуНикс

Она резко открыла глаза.

Может, Салем все же сумеет кое-что выяснить?

Она пыталась попасть в его кабинет законным путем. А что, если… существует другой способ?

В ее голове укоренилась идея, и она направилась в «БКК», точно зная, к кому обратиться за помощью.

* * *

– Что ты хочешь, чтобы я сделала? – ошеломленно переспросила Адити, оглядываясь по сторонам, дабы убедиться, что их никто не слышит. К счастью, благодаря солнечному дню и выходным «БКК» почти пустовал, если не считать нескольких студентов, нашедших утешение в книге или исследовании с горячим напитком возле одного из панорамных окон.

Адити оттолкнулась от разделяющей их столешницы, отодвинув деревянную часть.

– Я не могу вести такой разговор с тобой, находясь по другую сторону этой чертовой деревяшки. Проходи сюда.

Не колеблясь ни секунды, Салем прошла за стойку и окинула взглядом кафе с нового ракурса. Отсюда было видно все: окна, вход, столики, даже главные ворота университета в конце улицы. Довольно мило.

– Итак, давай проясним, – начала Адити, снова прислонившись к стойке. – Ты просишь меня воспользоваться своими связями и найти того, кто поможет тебе попасть в кабинет доктора Мерлина?

Салем кивнула.

– Объясни причину, – потребовала Адити. – И не надо нести чушь о том, что он «держит в заложниках» твои документы или что-то еще. Я не идиотка.

Салем знала это. Адити умна, и даже еще умнее потому, что заставляла людей верить в обратное. И все же Салем не понимала, что и сколько ей рассказать. Дело уже не только в доверии. Она в какой-то степени доверяла Адити, но загвоздка в ее безопасности. Салем не хотела втягивать подругу в рискованное предприятие, особенно когда планировала докопаться до истины, преподнеся себя на блюдечке. Адити этого не заслуживала. Но и лгать Салем не могла.

Поэтому, как и в случае с доктором Бейном, она предпочла полуправду.

– Не могу сказать наверняка, но у меня есть стойкое подозрение, что у него в кабинете хранится вещь моей сестры.

Адити округлила карие глаза.

– Какого хрена? Откуда ты знаешь?

На долю секунду Салем замешкалась.

– Потому что сестра однажды упомянула об этом в своем письме.

Лицо Адити помрачнело.

– Она упомянула, что оставила что-то в его кабинете?

– Вроде того, – уклончиво ответила Салем. – Мне просто нужно попасть туда, всего разок, и поискать самостоятельно. Так я смогу успокоить душу.

Нет, не сможет. Ведь если она ничего не найдет, ее еще сильнее охватит беспокойство. А если найдет, то не будет знать, что ей делать. Пока что.

Адити на мгновение задумалась, прежде чем кивнуть.

– Я все устрою.

Салем расслабленно опустила плечи. Она даже не осознавала, насколько была напряжена, прося о помощи. Все в ней противилось подобному сценарию, но, осознав, что план сработал, она почувствовала облегчение.

– Спасибо, – искренне сказала Салем, понимая, что уже дважды за день поблагодарила человека за его стремление помочь. Может, где-то в мире все-таки летают свиньи?

– Брось, – ответила Адити тем же тоном. – Есть у меня на примете кое-кто, кто может знать того, кто сумеет помочь. Я поговорю с ним.

Прежде чем Салем успела кивнуть, она услышала, как открылась входная дверь, и, машинально оглянувшись, увидела, как в кафе вошел Каз, его макушка почти касалась дверной рамы, и от его присутствия в уютном заведении вдруг стало тесновато.

Салем не была готова встретиться с ним лицом к лицу. Ее психологическое состояние не располагало к общению с Казом.

Даже не задумываясь, Салем пригнулась и спряталась под стойкой, за деревянными панелями, закрывающими переднюю часть бара и скрывающими ее от посторонних глаз. Адити бросила на подругу недоуменный взгляд, затем нацепила на лицо вежливую улыбку и поприветствовала гостя.

– Великолепный день, не правда ли? Что я могу тебе предложить? – спросила Адити идеально дружелюбным голосом. Салем знала ее уже несколько месяцев и легко замечала изменения в тоне.

– Ответы, – сказал Каз, и Салем вздрогнула, услышав его голос. Проклятье. Ей впору перепрограммировать мозг и пожизненно заблокировать эту реакцию на слуховое раздражение. Она даже готова отказаться от своей любви к звукам, если это поможет приглушить его влияние.

Салем хорошо видела лицо подруги, которая продолжала улыбаться.

– Что ты имеешь в виду?

– Я имею в виду, какого хрена… – он сделал ударение на слове, – происходит с твоей подругой?

Какая наглость с его стороны. Салем уставилась на стену перед собой, поражаясь тому, что у Каза хватило смелости прийти к ее подруге и потребовать ответы, словно имеет на Салем права. Это не так. Между ними ничего нет. Конечно, они вели этот причудливый танец уже несколько месяцев. Конечно, оба знали, что у другого не все в порядке с головой. Конечно, он подмечал мелкие детали в ее поведении, как и она в его. Но это ничего не значило. Каз просто играл с ней, а у Салем имелись дела поважнее, которые требовали ее душевной энергии. Но кем он, черт побери, себя возомнил, приходя к ее подруге и требуя ответов на вопросы, словно Салем принадлежала ему?

– Тебе придется уточнить, – невозмутимо заметила Адити. – У меня много подруг. – И это правда.

Солнечный свет, проникая сквозь окна рядом с главной дверью, отбрасывал тени на противоположную стену, и Салем увидела, как массивная фигура Каза положила руки на столешницу и наклонилась.

– Не шути со мной, Адити.

Салем никогда не слышала, чтобы его голос звучал так. Холодно. Отстраненно. Безучастно. Он… он не подходил Казу, по крайней мере тому, кого Салем знала, пусть это знание и было ограниченным. Нет, Каз олицетворял столкновение контроля и хаоса, пламени, серы и жестокости, адского огня и жажды наслаждения, эдакий Аид собственного подземного мира, и будь Салем проклята, если отчасти ей не хотелось стать той девушкой, которую он приведет в свой мир.

Холод ему не подходил.

Адити равнодушно вздохнула.

– Если не уточнишь, я точно не смогу помочь.

Салем следовало отдать подруге должное: храбрости той не занимать.

– Ладно, – услышала она его слова. – Как тебе такое уточнение: расскажи, что ты знаешь о Салем, а я оставлю в тайне то, чем занимаетесь вы с Уитмором.

Адити и Барон? Парень, который вроде как шантажировал Салем? И ее подруга?

Минуточку, не он ли тот самый друг-техник, о котором она рассказывала?

Адити в сговоре с Бароном? Знала ли она, что он выведал о Салем?

Действительно ли она ей подруга или очередная обманщица?

Салем увидела, как побледнело