Демон Рида - Ирина Тис

подпускать к себе, пускать в свой мир, где нет места сантиментам и любым отношениям. Почему-то мне кажется, что я разрушу ее. Все ее хрупкое равновесие падет и растворится во тьме.

Не хочу причинять ей боль. В ее жизни и так этого достаточно.

– Я по поводу приглашения, которое вам отдал мой отец, – продолжает Дездемона.

Благотворительный вечер, на который меня любезно позвали.

– Я помню.

Выражение лица мисс Петерсон не передать словами. Губы, которые пожирали мои буквально пару минут назад, сейчас сжаты в тонкую линию, глаза сужены, отчего вокруг появились мелкие мимические морщины. Ноздри дрожат, выглядит забавно. Она, конечно, поняла, кто мне звонит. Сейчас ты надуешь щеки и уйдешь на первый этаж? А может, уже домой? Так будет лучше. Проще.

Но она не уходит, Дейзи что-то рассказывает о месте проведения мероприятия, какой-то отель около побережья. А я ее почти не слушаю, теперь мисс Петерсон больше не выглядит обиженной девочкой. На губах играет хитрая ухмылка. Как быстро вы меняете маски? Она медленно приближается ко мне и стоит уже почти вплотную. Я все еще ощущаю напряженное возбуждение, и оно отчетливо видно через ткань домашних брюк. Она опять кажется маленькой и хрупкой рядом со мной.

– Ну так что? Вы пойдете? – Голос на другом конце провода ждет ответа, но сейчас я его не дам. София привстает на носочках, отчего прижимается к моей груди.

– Я жду тебя внизу, милый.

Запах зубной пасты снова смешивается с бергамотом, опять свежо, горько и хочется еще. Мисс Петерсон не ждет ответа, она выиграла этот раунд, если сражение было. Отступает на шаг, забирая с собой тепло тела, через футболку проступают затвердевшие соски, а мне уже жаль, что телефон зазвонил.

– Это еще кто?

Дейзи задает вопрос. Тишина повисает в комнате, а я смотрю, как моя практикантка разворачивается и покидает спальню, немного покачивая бедрами при ходьбе.

Давно ли вы стали такой грациозной?

Глава 20

И смоется грим

Разговор с Дейзи был непродолжительным. Я не ответил на ее вопрос и не обещал перезвонить. Она несколько раз уточняла, чей голос слышала, но я не посчитал нужным отвечать. Не люблю, когда меня пытаются загнать в рамки «здоровых» моногамных отношений. Особенно после разового секса в машине. Это не для меня.

Любые отношения мне чужды.

Я смог успокоить свои мысли. Возбуждение больше не мешало мне двигаться, и я смог спуститься со второго этажа.

– Чаю?

Мисс Петерсон по-хозяйски обследовала ящики кухни. Дверцы хлопали, она явно прикладывала излишние усилия для их закрытия.

– Доводчики.

Белая макушка выглянула из-под открытой дверцы.

– Че?

О, милая, ну ты же умнее. Что за «че»? Нет такого слова.

– Шкафы оснащены доводчиками. Нет необходимости стучать.

Стук опять донесся до моих ушей. Она опять хлопнула.

– А я знаю.

Теперь она стояла передо мной. Руки сложены под грудью. Губы сжаты.

Ревность?

– Вы ревнуете, мисс Петерсон.

Тоже складываю руки под грудью, копируя позу на подсознательном уровне. А вы знали, что копирование жестов собеседника улучшают переговоры? Но не с ней.

– Нет! – чтобы соврать, ей приходится моргнуть пару раз и немного дернуть плечом.

– Лжете. – Мой голос спокойный, но я уверен, она слышит насмешку в тоне.

– Лгу.

Мисс Петерсон на секунду закрывает глаза и выдыхает.

– А вы знаете, что это грех? – спрашиваю у нее, сам не знаю зачем. Привычка?

Теперь в ее глазах засверкали искры. Ну, давайте. Ответьте. София кладет ладони на столешницу между нами и немного подается вперед.

– Накажете?

Что, простите?

Боюсь, я весьма спокойно отношусь к такому виду отношений, как доминант и сабмиссив. Но после выхода весьма известной книги число желающих попробовать что-то новое возросло.

– Вторая полка слева. Чай.

Подсказываю нужное направление. На самом деле чай – отличное решение многих проблем. Заварка, конечно, не смоет мисс Петерсон из моей квартиры, но успокоит мои нервы. София делает все идеально. Кипяток ошпаривает тонкий фарфоровый чайник, она, конечно, кладет излишне много листьев, но решаю ее не трогать. Пусть заваривает чай. Молча.

Мисс Петерсон немного закусывает нижнюю губу. Она слишком поглощена столь банальным процессом. Чайник ставится на подставку, отчего я благодарен ей. Не люблю, когда на дереве остаются круги от посуды. София вновь залезает на стул, на котором сидела утром, облокачивается на столешницу и подпирает щеки.

Словно маленький обиженный ребенок.

В моем доме нет ничего сладкого или, как любят говорить, «к чаю». Чай нужно пить без дополнительных стимуляторов вкуса. Даже без сахара. Практикантка немного качает ногами из стороны в сторону. И смотрит на меня так, будто ждет ответа. Или объяснений.

– Ну и? Пригласили Дейзи?

Вместо ответа я решаю помыть посуду. В раковине стоит хайбол из-под виски и кружка – скорее всего, из-под сока. Нет ни одной тарелки.

– Что вы ели сегодня?

Мой холодильник не богат продуктами. Там можно найти немного свежих овощей, питьевой йогурт. В морозилке мясо. Но судя по посуде, в рационе мисс Петерсон был виски на рассвете и сок на обед.

– Сок. Вы пригласили Дейзи?

По правилам хорошего тона, я должен был ответить с первого раза, не дожидаясь повторения вопроса. Но вот что увлекательно. Я не хочу. Мне нравится реакция практикантки на незнание.

– Сок – это напиток. Это не еда. Закажите себе что-нибудь.

Домываю бокал и разворачиваю его дном вверх на расстеленном полотенце. А сам поворачиваюсь, вытирая влажные ладони.

И замираю: София быстро спрыгивает со стула, проходит мимо меня, почти задевая плечом. Между нашими телами остаются миллиметры, я почти ощутил тепло ее тела. Практикантка хватает мой телефон со стола. Без спроса. Возвращается, в этот раз обойдя стойку, с другой стороны. Залезает на стул и улыбается, смотря в экран.

– Он запаролен, – вновь складываю руки на груди, а спиной опираюсь на ребро столешницы.

– Вот это да! Правда? – Мисс Петерсон театрально удивляется, но даже головы на меня не поднимает.

Я возмущен таким поведением. И судя по движению ее пальцев, телефон давно пал к ее рукам. Несколько секунд она нажимает на экран, потом немного с презрением, удерживая его двумя пальцами, кладет на стол и разворачивает ко мне.

– Вам тут части тела шлют.

Части тела? В моей голове сразу появляются картинки расчлененного тела. Но я точно так давно не избавлялся от жертв. Быстро хватаю телефон и готовлюсь узнать, что меня ждет.

– Грудь?

Смотрю то на экран, то на практикантку.

– Сиськи, – кивает она в сторону телефона. – И часто вам такое присылают?

Если задуматься, то нет.