Где мы, там ад - Фрэнсис Кель

Его ворчание меня повеселило.

– Я подумал: когда ещё представится возможность учить эти языки, как не сейчас? Тем более пока университет предлагает.

Ирвин хмыкнул:

– Как сейчас твоя успеваемость?

– Я пропустил в общей сложности чуть больше месяца, – признался я.

– Это не критично.

– Надеюсь, – поспешно проговорил я. – У меня появились долги и пропуски важных семинаров.

– Вот что я тебе скажу. Я учусь на юриста уже седьмой год[33]. Учёба – это не самое главное в жизни.

Я неопределённо пожал плечами.

– Что тебе сказал Мефис перед поездкой в Миннесоту? – спросил Ирвин.

Вспоминая, я поморщился.

– Тогда, – тихо начал я, – он, кажется, называл меня заблудшей овечкой, отбившейся от стада.

– Никакого разнообразия. Одни волки и овцы. Может, тебе «Энимэл плэнет» глянуть? Там есть классные выпуски про гиен и львов.

Не сдержавшись, я рассмеялся.

– Меня самого уже достали эти волки и овцы, – признался я.

– Почему теперь ты заблудшая овечка?

– Не знаю, может, потому, что я пытался кого-то убить, но не мог довести дело до конца. Комендант не сгорел. А тот парень, которого я столкнул, был в коме. Я, кстати, не знаю, что с ним сейчас. Надеюсь, что он жив, очнулся и живёт свою лучшую жизнь.

– Хотелось бы верить.

– Перед Миннесотой Мефис сказал, что я должен выбрать, кем мне быть.

– И ты выбрал быть волком? – уточнил Ирвин.

– Не думаю, что кто-то захочет быть овцой. Убив дядю и Эдмунда, я стал волком.

– А убив Инграма?

– Мефис говорил, что я стану Истинным Зверем.

– О, мы перешли на новый уровень, – протянул Ирвин. – Истинный Зверь – это что? Типа Вендиго[34] или Скинволкера[35]?

– Кто-то мощнее их всех, вместе взятых.

– Наверное, тебе не стоит смотреть «Энимэл плэнет».

Я кивнул.

– Кем представился Мефис на этот раз?

– Студентом философского факультета. Сказал, что он тоже второкурсник, как и я.

– Философский факультет? Интересно.

– А тебя он представил как своего друга.

– Тоже с философского?

– Нет. С юридического.

– То есть правду? Странно, что твоя фантазия не породила ничего интереснее.

– Прости, всё моё воображение обращено только на Мефиса.

– Это несправедливо и попахивает дискриминацией, – проворчал Ирвин.

– Радуйся тому, что есть. Кажется, в прошлые мои рецидивы тебя вовсе не было в истории.

– А вот это обидно.

Я улыбнулся.

– Сколько хоть мне было лет в твоём последнем обострении? – спросил Ирвин.

– Девятнадцать, как и мне.

Ирвин довольно свистнул.

– Я помолодел на шесть лет. Приятно звучит. Вот бы так и в жизни.

– Чтобы ещё раз заново учиться на бакалавриате?

– Только не это!

Я повернулся к Ирвину и проговорил:

– Детектив Купер сказал, что ты подтвердил моё алиби на вечеринке.

– Это который хороший полицейский?

– Да.

– Подтвердил и подтвердил, – пожал плечами Ирвин. – Это было несложно. Просто сказал, что ты с девушкой спал, когда я случайно к вам вошёл. Меня больше другое беспокоило.

– Что именно?

– Ты её спящую бросил в доме, полном пьяных парней! – возмутился Ирвин.

– О, – озадаченно выдал я. – Я об этом не подумал.

– Неудивительно, – пробурчал Ирвин. – Мне пришлось зависать на третьем этаже и контролировать, чтобы никто из этих сопляков к ней не попал.

Я неловко потёр шею.

– Мне жаль…

– Да ладно. Главное, что девушка в порядке. – Ирвин посигналил машине, которая подрезала нас. – Когда ты уехал в Миннесоту, я сказал, что навещал тебя больного в общежитии. Тогда это сработало. Жаль, что на этот раз моё алиби оказалось бесполезным, ведь ты во всём сознался. Почему, кстати?

– Я… просто устал от этого круговорота лжи и убийств. И думаю, что детектив Купер чем-то похож на моего отца. Знаешь, я его смутно помню, но мне кажется, что он был хорошим человеком. Мне захотелось во всём признаться детективу Куперу. Наверное, впервые в жизни я хотел кому-то довериться.

– Я рад, что ты решился. Хочу, чтобы тебе помогли.

Ирвин украдкой посмотрел на меня.

– Знаешь, насчёт Мефиса, – уточнил он, – я говорю сейчас о настоящем Мефисе…

– Что? – настороженно спросил я.

– Он бы, наверное, тобой гордился, – вдруг произнёс Ирвин.

У меня закололо в груди.

– Ты так думаешь?

– Да. Я, конечно, не могу говорить за мертвецов, в отличие от некоторых, но уверен в том, что он рад твоему признанию. Надеюсь, что тебе помогут.

Я кивнул. В груди распирало от его слов. Мефис гордился бы мной? Я правда хотел выздороветь. Вновь стать человеком. Обычным человеком. Никакого больше Истинного Зверя и прочей чепухи, что испортила мне жизнь.

Ирвин продолжил:

– Мефис никогда не был злодеем, которого ты себе в детстве вообразил. Он был хорошим другом. Однажды на нас набросилась бродячая дворняга, и Мефис её прогнал. Собака укусила его за ногу, и ему делали уколы от бешенства.

– О, – воскликнул я, – я вспомнил это! Он даже не плакал, когда его везли на уколы.

Ирвин охотно закивал.

– Родители его так хвалили.

– Всё, чего он хотел, – это иметь семью, – грустно добавил Ирвин. – Он боялся только одного: что его вернут в детский дом.

– Я этого не знал…

– Ты был слишком мал.

Но ведь и он не был взрослым. Наша разница в шесть лет никак меня не оправдывала.

Оставшийся путь до заповедника мы ехали в полной тишине.

– Спасибо за всё, – произнёс я, когда мы остановились.

Ирвин с удивлением посмотрел на меня.

– Ты впервые меня благодаришь. Может, действительно что-то изменилось.

Я с трудом обнаружил место, где, как мне казалось, зарыл труп Инграма. Найдя в кустах лопату, мы решили по очереди копать. Решал, правда, только я, Ирвин без остановки ворчал всё это время.

Выкопав яму, тела