Скопцы. Кровь Сеула - Пё Чанвон

– Так точно.

На следующий день после брифинга начальника штаба Но Бёнджо и открытой пресс-конференции СМИ телевидение и интернет заполонили статьи и посты с заголовками: «Преступники кастрировали невиновного человека?»

* * *

– И что вы собираетесь делать с Чхве Сони? Похоже, общественное мнение теперь не на вашей стороне, – с серьезным выражением лица сказал директор Пак.

– А когда это нам было не наплевать на общественное мнение? Мы ведь все равно один на один против всего мира.

– Не стоит так легкомысленно к этому относиться, Джису. Это может серьезно осложнить ситуацию. Может, нам просто выложить видео с его признанием, чтобы прояснить ситуацию?

– Да с этим… не все так просто…

Женщина, молча слушавшая разговор Джису и Суджин, с насупленным выражением лица вмешалась в разговор.

– Какая еще проблема?

– Чхве Сони так до конца и не признался в своих преступлениях. Кричал, что он не виноват и его оклеветали, сопротивлялся, бесновался.

– То есть видео с признанием нет? Тогда, выходит, эти ублюдки-полицейские правы?! Как вы вообще работаете, черт побери?!

– Мы же договорились немного передохнуть после того, как брата Суджин арестовали и «Цифровую тюрьму» закрыли. Зачем было так спешить… – Директор Пак не смог договорить и прикусил губу.

– Да какая разница! Все мужики одинаковые, так что ничего страшного; что уж мы прям сделали не так, а? – зло бросила Джису.

– Я тоже на стороне Джису. Я была рада узнать, как брат все это время старался ради меня, а эти ублюдки-копы его схватили. Значит, нужно сразу мстить. Хватит строить из себя белых и пушистых, черт возьми!

– Я понимаю тебя, Суджин. И Джису тоже понимаю. Но давайте не будем действовать сгоряча, – спокойно сказал директор Пак, стараясь их утихомирить. – Особенно ты, Джису. Даже если у нас разные мнения, никаких опасных действий в одиночку. Все делаем вместе, обдуманно. Второй такой ошибки допустить нельзя.

– Да, Джису. Ты же знаешь, мы на тебя сильно полагаемся и всегда благодарны тебе. Но превращать всех мужчин во врагов и нападать без разбора – я против такого. Мы должны уважать разные точки зрения, иначе нам не удержаться вместе. Понимаешь?

– Поняла, поняла. В этот раз я действительно была неправа. Я просто была взбешена тем, что брата Суджин поймали, а «Цифровую тюрьму» закрыли.

– Мы еще только в начале пути, так что надо держаться вместе во что бы то ни стало. По поводу Чхве Сони… Этим я займусь – попрошу помощи у господина С. А общественное мнение – оно обязательно снова изменится в нашу пользу, если наше следующее дело пройдет так, как и запланировано.

Директор Пак вышел из зала совещаний и позвонил кому-то:

– Господин Ча, нам понадобится ваша помощь…

На следующий день, после согласования полета с армией Республики Корея, американский медицинский вертолет приземлился на военной вертолетной площадке в глухом горном районе Тондама. Оттуда был эвакуирован один пациент. Чхве Сони срочно переправили в больницу в Сингапуре, где ему провели операцию по реконструкции полового органа и яичек. Полностью восстановить состояние до кастрации было невозможно, однако, согласно послеоперационному заключению врачей, при успешном восстановлении и реабилитации серьезных проблем с повседневной жизнью и базовыми функциями возникнуть не должно. Чхве Сони долгое время оставался в больнице в Сингапуре, где проходил реабилитацию.

19 февраля 2024 года, понедельник

Пока Ли Мэк был временно отстранен от расследования, детектив Пак занялся поисками Кан Дупиля. Его следов не было нигде, а удостоверение личности было аннулировано в связи с тем, что невозможно было установить его место проживания. Но детектив Пак не сдавался, и ему в итоге удалось найти зацепку. Он обнаружил среднюю школу, куда ходили дети из хора, управляемого Ко Ильмином, потом методично разыскивал их бывших одноклассников и встречался с ними один за другим. Его внимание привлек человек, который заявил, что и знать ничего не знает о Кан Дупиле, а у самого глаза забегали. После нескольких визитов и настойчивых расспросов Паку удалось выведать у него важную информацию. Кан Дупиль сбежал из общежития участников хора и через несколько месяцев связался с ним, своим близким другом, и, попросив держать все в секрете, поведал, что нашел пристанище в каком-то центре – он его назвал то ли «Афина», то ли «Рафима», – все тут к нему прекрасно относятся и ему хорошо, так что просил не волноваться за него. После этого он еще раз давал знать, что у него все хорошо, а вскоре связь совсем оборвалась.

Детектив Пак вознамерился найти центр «Афина» – или «Рафима»? – и провел немало времени в поисках, но все безрезультатно. Но вот однажды он случайно услышал за ужином от своего однокашника по полицейской академии, приехавшего в Сеул из Тондама для задержания преступника, что на территории закрытого в их районе социального учреждения теперь находится альтернативная школа для жертв сексуального насилия – центр «Афина». Из-за специфики учреждения, занимающегося защитой пострадавших, его адрес, контакты и вся информация о нем строго засекречены. Пак подумал, что именно это название и могло сохраниться в смутных воспоминаниях друга Дупиля. И тогда детектив Пак лично отправился в центр «Афина».

После того как детектив Пак изучил публикации в СМИ и данные государственной административной информационной сети, а также лично встретился с ответственными лицами в Тондаме и провел тщательную предварительную проверку, выяснилось, что здание и территория центра «Афина» в прошлом были больницей для престарелых. Когда-то она была переполнена пациентами, однако после разоблачения уволенного сотрудника, заявившего о незаконном удержании и избиениях больных с деменцией и психическими расстройствами, в эфир вышла программа журналистских расследований. С этого момента началось стремительное падение учреждения. Журналистское расследование повлекло за собой заметную критику со стороны общества, а за этим и полицейское расследование, в результате которого выяснилось, что в больнице происходило не только незаконное удержание и неоказание должного ухода пациентам, но и преступления – причинение тяжкого вреда здоровью, избиения, повлекшие смерть, а также крупные финансовые махинации: хищения в особо крупном размере, уклонение от уплаты налогов, бухгалтерские фальсификации, незаконное получение государственных субсидий и неправомерные требования выплат по системе медицинского страхования. В итоге директор, председатель правления, ключевые руководители, медицинский персонал и административные сотрудники были привлечены к уголовной ответственности, а больницу закрыли.

Социальный фонд, учрежденный и управляемый «JYГруп» в рамках благотворительной деятельности, ради защиты имиджа компании расторг договор о спонсорской поддержке больницы и полностью прекратил ее финансирование. В итоге больница не смогла выплатить огромные штрафы, пени, суммы возврата и долги и была объявлена банкротом. Здание, медицинское оборудование, имущество и земельный участок, обремененные многочисленными судебными исками и арестами, долгое время оставались