Секреты мертвых - Хизер Критчлоу

Кофе допит. Они с Грэмом возвращаются в комнату ожидания и сидят там в неловком молчании. Через некоторое время Грэм выходит с телефоном на улицу. Кэл наблюдает за тем, как он ходит взад-вперед, разговаривая с кем-то: в том, как Грэм двигается, тоже есть схожесть с Шоной. Кэл проверяет свой телефон. Он думает, позвонить Элли сейчас или позже. Но тут мобильник сам начинает жужжать в его руке.

– Я нашла Крис, – сообщает Элли. – С ней все в порядке.

– Слава богу!

– А ты как? Тебя осмотрели?

– Все нормально. Царапины, синяки, одно сломанное ребро. Еще, возможно, легкое сотрясение мозга. И все на том. – Кэл вздрагивает, вспоминая переворачивающуюся, падающую машину. – Мне сильно повезло.

– А новости о Шоне есть?

– Она все еще в операционной. Здесь ее брат.

– Так долго? – Элли выдерживает паузу в ожидании ответа, но Кэл не находит слов. – Ладно, дай нам знать, когда все прояснится. Я немного посплю, но мы на связи. Друг Крисси, Робби, собирается ее навестить. – До Кэла доносится лай. – А это Метеор. Ему нравится пляж.

При мысли о старом лабрадоре, перепрыгивающем через волны, Кэл пытается улыбнуться. Но вдруг вспоминает о вещах, своих и Шоны, они разбросаны в одной из спален. Его бывшая жена наверняка увидела их. И его разум на мгновение прячется от воспоминаний об аварии. Ее не должно было быть. Элли должна была находиться в сотнях миль отсюда. Крисси ничего не должно было угрожать. А он… он должен был любоваться морем на этом пляже. Вместе с Шоной. Закрыв глаза, Кэл переносится в параллельный – счастливый и безопасный – мир.

Проходит еще час, прежде чем у врачей появляются новости. Кэл, сев на свой неудобный пластиковый стул, успевает несколько раз погрузиться в дрему и снова проснуться. Стоит ему закрыть глаза, как перед ним мелькает придорожный кювет, освещенный фарами, то, как он выкручивает руль под скрежет металла и пронзительный визг покрышек.

– Грэм?

Перед ними останавливается пожилая женщина с проседью в волосах. Она одета в халат и брюки из хлопчатобумажной ткани. Такую одежду обычно носят хирурги. Мужчины вскакивают со стульев. Ногу Кэла простреливает боль, на нее откликается все тело.

– Я мисс Чаудхури. Я оперировала вашу сестру. – Хирург не улыбается. По коже Кэла пробегает холодок.

– Как она?

– У нее было внутреннее кровотечение, и нам пришлось удалить селезенку.

Кэл стоит молча, ничего не соображая.

– Но с ней все будет хорошо? – отдается в его голове голос Грэма.

– Боюсь, ситуация критическая. Мы перевели ее в палату интенсивной терапии. Все покажут следующие несколько часов. – К усталости на лице женщины примешивается сочувствие. – Мне очень жаль, но вам следует приготовиться к плохим новостям.

– Что? – Грэм вцепляется в руку Кэла.

– Мы сделали все, что могли. Сейчас остается лишь ждать. Ваша сестра пострадала очень сильно. Вы можете остаться здесь. У нас есть семейный номер, он в вашем распоряжении. Если вы предпочтете остановиться в городе, я могу порекомендовать вам хороший отель.

– Можно мне ее увидеть? – спрашивает Грэм.

Врач кивает:

– Да, но только ненадолго.

На языке у Кэла вертится тот же вопрос, но он не родственник. Он открывает и закрывает рот, глаза режут слезы. Он не может ее потерять! Нет, всего этого нет. Ему снится кошмарный сон. А на самом деле они с Шоной все еще в горах, в облаках… Но мисс Чаудхури уводит куда-то Грэма. У брата Шоны есть шанс попрощаться с ней… Пересохшие губы Кэла снова размыкаются, и с языка слетают хриплые слова:

– А мне можно…

Врач кидает на него полный сочувствия взгляд:

– Спросите разрешение у члена семьи.

Грэм оборачивается, и Кэлу остается лишь взмолиться о том, чтобы человек, от которого теперь все зависит, сжалился над ним.

– Пожалуйста…

Нахмурившись, брат Шоны отвечает ему коротким кивком.

– Спасибо, – шепчет Кэл, но Грэм уже отвернулся.

Мисс Чаудхури сопровождает их в палату интенсивной терапии, где они обязаны простерилизовать руки и надеть маски. Кэлу трудно поднести к лицу свои непослушные, одеревенелые руки, покрытые синяками. И медсестра помогает ему нацепить на уши резинки маски.

– Мне подождать, пока вы будете у Шоны? – робко интересуется Кэл у ее брата. Он остро ощущает свою вину, но отчаянно жаждет увидеть Шону. Ему надо попросить у нее прощения.

Лицо Грэма белое как мел, его руки трясутся, пока он вертит в руках маску.

– Я не был хорошим братом. Мы какое-то время даже не разговаривали. Я не знаю, что сказать.

– Вы здесь. И только это имеет значение.

– Хотел бы я, чтобы это было правдой.

Проследовав за врачом, они оказываются в тишине палаты, леденящей душу. При виде Шоны Кэл вынужден зажать рукой рот, чтобы сдержать крик отчаяния. Он едва узнает в женщине, лежащей под аппаратом ИВЛ, свою любимую. Ее кожа мертвенно-бледная, синяки и кровоподтеки резко выделяются на ней; на подбородке краснеет воспаленная рана. И выглядит Шона такой маленькой – гораздо меньше, чем обычно.

Хриплый гул аппаратов, мониторящих ее состояние, и капельница, висящая над кроватью, отрезвляют Кэла. Он может потерять Шону. Потерять навсегда. Но ничего не в силах сделать. Он не может вернуться назад, на горный перевал, и предотвратить аварию.

По сигналу врача Грэм делает шаг вперед. Едва взяв руку сестры, он бормочет, что приехал, и сразу же отступает, покосившись на Кэла. В его глазах паника и извинение:

– Я не могу… Мне нужно на воздух…

Врач выходит следом за Грэмом. Кэл взглядом спрашивает разрешение у медсестры.

– Давайте, – говорит она, записывая что-то в таблице. – Но только минуту.

– А она меня слышит?

– Не знаю. Но вполне возможно.

Приблизившись к кровати, Кэл опускается на стул в изголовье. Он понимает, что упадет, если не присядет. Потом берет Шону за руку – предельно осторожно, чтобы провода не отсоединились. И сует указательный и средний пальцы в ее ладонь. Она теплая. Из глаз Кэла льются слезы. Он наклоняется ближе к любимой.

– Шона, это я, Кэл. Я здесь, рядом с тобой. Ты в больнице. С тобой все будет хорошо. Ты поправишься. Ты должна поправиться. – Прижавшись лбом к простыне, он делает судорожный вдох. – Ты прости меня, пожалуйста. Я так виноват перед тобой… – Закрыв глаза, Кэл хочет снова оказаться вместе с Шоной в ресторане на берегу моря, любоваться его темными, зеркальными водами и ощущать запах сосен.

– Довольно. – Выждав несколько минут, медсестра дотрагивается до спины Кэла.

Уже пора? Но он ведь даже не заметил, как пролетело время. А ему еще столько всего нужно сказать Шоне. Напомнить ей, что она сделала для него. Она вернула его к жизни. Благодаря ей он снова начал искренне смеяться. Она не смеет покинуть его. Иначе…

Ноги Кэла дрожат, когда он