Скопцы. Кровь Сеула - Пё Чанвон

места преступления – у Культурного центра имени короля Седжона – и второго, в районе Тонджадон. Стоило детективу выйти из машины и направиться к человеку в форме, тот спешно нажал на газ и тронулся с места – тогда и детектив запрыгнул обратно в машину и нажал на газ – погоня началась. Сосредоточенный на своей единственной цели, детектив Пак не заметил, что и его самого преследует машина. Мотоцикл на большой скорости мчался по узким переулкам, выехал на шоссе Косанджа-ро, пересек двойную сплошную и оказался на встречной полосе, затем свернул на Хэндан-ро. Детектив Пак, рискуя столкнуться со встречными автомобилями, также пересек сплошную двойную и резко повернул, продолжая погоню. Черный внедорожник, следовавший за ним, держался на некотором расстоянии и ехал более осторожно. Свернув в очередной узкий переулок, мотоциклист не успел избежать столкновения со старым небольшим грузовиком, выехавшим ему навстречу. От удара мотоцикл перевернулся. Детектив Пак выскочил из машины и побежал к месту аварии. Упавший беглец вскочил на ноги, перелез через грузовик, с которым столкнулся, и снова бросился бежать.

В тот момент, когда Пак почти настиг его, внезапная жгучая боль в затылке заставила его рухнуть на колени. Из шеи фонтаном хлынула кровь, и он потерял сознание. Мужчина в черной полевой куртке, вышедший из автомобиля, который следовал за Паком, метнул в него армейский нож. Лезвие разорвало сонную артерию детектива. Беглец даже не обернулся и вскоре скрылся из виду. Нападавший спокойно вернулся в черный внедорожник, и машина резко сорвалась с места и покинула район происшествия.

Водитель грузовика, сильно ударившийся головой о руль при столкновении, вытирая кровь, заливавшую глаза, с трудом выбрался из кабины. Первое, что он увидел, – неподвижно лежащий на асфальте детектив Пак. Он не понимал, что произошло: только что случилась обычная авария с мотоциклом – почему же теперь человек с перерезанной шеей истекает кровью?

Кто-то из очевидцев, вероятно, вызвал помощь – машина скорой помощи и полицейский патруль прибыли почти одновременно. Спасатели, выйдя из машины, осмотрели лежащего мужчину, констатировали смерть и доложили об этом в диспетчерскую пожарной службы и полицию. Полицейские, передав информацию в дежурную часть участка, оцепили территорию и приняли меры по сохранению места преступления.

Вскоре прибывшая научно-криминалистическая группа провела осмотр тела и первичную экспертизу. Проверив удостоверение личности и отпечатки пальцев, сотрудники установили, что погибший был членом пятой группы отдела по борьбе с особо тяжкими преступлениями следственного отдела полицейского участка Инван, детективом Паком. Об этом срочно доложили руководству. В трех метрах от тела было обнаружено и окровавленное орудие убийства – оно выглядело крупнее, чем кухонный нож, и больше походило на армейский нож. Тело было отправлено в Национальный экспертно-криминалистический центр, а полицейские провели тщательное обследование сцены убийства. Благодаря криминалистической экспертизе на рукоятке ножа, которым был убит детектив Пак, была обнаружена ДНК – судя по всему, преступник схватил нож голыми руками и либо нанес удар по сонной артерии, приблизившись вплотную, либо метнул нож с близкой дистанции. По обнаруженной ДНК не нашлось совпадений в единой базе ДНК преступников. Однако, поскольку ДНК была получена, стоило только установить подозреваемого – и можно будет провести прямое сравнение один к одному, чтобы подтвердить или опровергнуть его причастность.

Узнав о гибели детектива Пака, Ли Мэк прежде всего разозлился на самого себя. Детектив Пак, следуя указаниям Ли Мэка, видимо, слишком глубоко копнул и поплатился за это жизнью, а Ли Мэк даже не подозревал, какая угроза над ним нависла. Он злился на себя за беспечность и безответственность. Он винил себя и в том, что не ответил на звонок детектива и проигнорировал его сообщение с просьбой перезвонить. Возможно, именно это и привело к смерти Пака. Если бы он только тогда ответил на звонок, если бы перезвонил после того, как вышел из джаз-бара, если бы он только настоял, чтобы Пак не совался никуда в одиночку… возможно, он бы не погиб. Мэк был уверен в этом. Это он был тем, кто всегда искал смерти, тем, кем можно было и пожертвовать – все равно у него не было семьи и по нему некому было скорбеть. И от этого он испытывал еще бо́льшую горечь и злость.

* * *

Ему было невыносимо больно видеть осевшую на пол в коридоре больницы жену Пака и его маленькую дочь. Детектив Пак не был официально включен в ряды расследующих серию преступлений сотрудников следственного штаба – и ни в Национальном управлении полиции, ни в столичном не признали, что детектив Пак погиб при исполнении служебных обязанностей. Для всех его смерть была лишь случайной смертью, произошедшей уже после завершения рабочих обязанностей. О том, что на самом деле Пак погиб, преследуя преступника, никто и знать не хотел. А разница формулировок играла большую роль – речь шла о чести покойного и пенсионных выплатах оставшейся без кормильца семье. Само по себе было несправедливо и горько, что он погиб в результате внезапного нападения во время расследования преступления, но оттого, что даже эту смерть не собирались признать должным образом, у Ли Мэка буквально закипала кровь.

Заявление Ли Мэка о том, что детектив Пак действовал при исполнении служебных обязанностей, выполняя распоряжение руководителя следственной группы по делу кастратов, было полностью проигнорировано. После перевода в следственный штаб Ли Мэк больше не являлся начальником 5-й группы по борьбе с тяжкими преступлениями полицейского участка Инван и не имел официальных полномочий отдавать распоряжения детективу Паку. Поэтому, согласно официальному заключению Национального полицейского управления, если Пак действительно выполнял указания Ли Мэка, то это, наоборот, служило доказательством того, что речь шла о личной просьбе или одолжениии, что Пак занимался этим после работы, в свободное время, действуя как частное лицо.

Даже тот факт, что внешний вид и характерные детали мотоцикла, найденного на месте происшествия опрокинутым на землю, напоминали о мотоцикле, который неоднократно фиксировали камеры видеонаблюдения возле мест преступлений, сочли лишь косвенным обстоятельством. На решение полицейского управления это никак не повлияло. Чин Кёнвон и детектив Ким заявили Мэку, что они обо всем позаботятся – договорятся с семьей Пака, наймут адвоката, подадут заявление в Фонд пенсионного обеспечения государственных служащих о признании гибели при исполнении служебных обязанностей и, если потребуется, подадут административный иск – и обязательно добьются признания. Но на это все требовалось время, а сейчас важнее всего было поймать преступника, убившего детектива Пака. Только так можно было доказать, что детектив погиб от рук жестокого преступника, пытаясь задержать злодея, причастного к делу кастратов.

Под утро Ли Мэк вернулся в холодную пустую однокомнатную квартиру.