Скопцы. Кровь Сеула - Пё Чанвон

– Разумеется. Во-первых, после эксклюзива Ан Сунок не сделала ни одного заявления, опровергающего приведенные в статье умозаключения, так ведь? Другие СМИ по привычке просто переписали официальный пресс-релиз полиции. Полагаю, журналистка Ан Сунок провела дополнительное расследование. И я тоже. Однако источник раскрыть не могу. Скажу лишь, что он надежен и обладает авторитетом. Во-вторых, реакция очевидцев. Один-два человека могли бы что-то не разглядеть или излишне остро отреагировать, но одну и ту же схожую реакцию продемонстрировали очень многие. В интернете и социальных сетях даже были выложены фотографии, сделанные свидетелями. Сейчас они удалены или скрыты, но факт остается фактом. И в‐третьих, сотрудники научно-криминалистической экспертизы полиции обладают достаточным опытом и профессионализмом, чтобы отличить часть человеческого тела от имитации. Просто до официального заключения Национального научно-криминалистического центра по правилам судебной экспертизы используется формулировка «пока не подтверждено», вот и все. И, наконец, самое важное – почему я считаю это убийством. Отсечение жизненно важной части тела сопровождается массивной кровопотерей и шоком. Если операция не проводилась в специализированном медицинском учреждении, логично предположить летальный исход. Именно поэтому я квалифицировал это как убийство.

– Что ж, после ваших объяснений, профессор, все становится предельно ясно. Пожалуйста, продолжайте.

– Да. Самое необычное в этом деле – предмет, в котором находилась отсеченная часть тела потерпевшего. Вот что особенно поразительно – это синий футляр для Библии.

– Что? Футляр для Библии? Вы уверены? Это слишком шокирующе…

– Да, я это проверил. Кто-то может сказать, что речь идет о следственной тайне, но здесь затронуто конституционное право граждан на получение информации. Кроме того, в этом деле крайне необходимы сообщения от людей из окружения преступника. Поэтому сегодня я решился обнародовать этот факт.

– Разумеется, граждане имеют право это знать. Если это действительно так, то подобная информация, безусловно, должна быть раскрыта. Конечно, раз уж профессор Ли Чундо, который является советником Министерства юстиции, прокуратуры, суда и полиции, подтвердил это, я не сомневаюсь в правдивости данной информации… просто… это такие шокирующие факты, и мы впервые их слышим! Если же в них есть неточности или ошибки, просим следственную группу полиции незамедлительно связаться с нашей редакцией. Профессор, продолжайте, пожалуйста.

Дальнейшие объяснения профессора Ли Чундо практически дословно повторяли содержание отчета о первичном анализе, составленного по итогам совместного совещания научно-технической группы и группы № 5 отдела по расследованию особо тяжких преступлений под руководством Ли Мэка и Чин Кёнвон. Правда, местами профессор добавлял собственные, ничем не подкрепленные соображения и излишние комментарии. Главная проблема же заключалась в другом: в эфире открыто прозвучали конкретные детали способа совершения преступления и упоминание синего футляра для Библии – а эти сведения должны были оставаться строго засекреченными. Более того, среди различных предварительных версий о мотивах и характеристиках преступника он осветил лишь наиболее сенсационную и представил ее как основную и самую вероятную. Это была версия о психопате – серийном убийце.

– Мотив преступления, по всей видимости, связан с желанием продемонстрировать себя миру, привлечь внимание и получить признание через СМИ и телевидение. Учитывая крайнюю дерзость, извращенность и садистский характер преступления, велика вероятность, что мы имеем дело с психопатом – серийным убийцей, действующим в одиночку. – Психопат – серийный убийца? Вроде Ю Ёнчхоля, Ли Чхунчже, Чон Намгю, Кан Хосуна[2] и им подобных?..

– Более того, это новый тип психопата-убийцы. И здесь ключевое значение имеет именно то, что он действует в одиночку! Ранее таким образом в одиночку в основном действовали террористы. Но в данном случае мы видим, что преступник сумел бесследно похитить взрослого мужчину, аккуратно отсечь часть его тела, а затем прибыть в многолюдный Культурный центр, где он оставил в женском туалете футляр для Библии с сухим льдом внутри…

– Что-что? С сухим льдом?

– Так, прошу эту часть вырезать. Это следственная тайна.

– Но мы сейчас в прямом эфире…

Словно пытаясь замять допущенную ошибку, профессор Ли Чундо повысил голос, и в его тоне зазвучала жесткость.

– Куда важнее характеристики преступника, не так ли? Новый тип «одинокого волка» – психопата – серийного убийцы!

– А… да.

– Такое отсечение части тела не каждому под силу. Поэтому я предполагаю, что преступник – специалист в области медицины или ветеринарии либо техник с большим опытом кастрации скота.

– Профессор, спасибо вам за столь поразительную и шокирующую информацию. Однако хотелось бы еще раз напомнить нашим зрителям, что значительная часть сказанного сегодня носит характер субъективных предположений. На этом мы завершаем интервью. С нами был криминальный психолог профессор Ли Чундо. Спасибо вам за участие!

Стоило передаче выйти в эфир, она создала огромный резонанс в обществе – особенно потому, что полиция не сделала ни одного официального заявления по поводу слов профессора Ли Чундо. На поток вопросов от журналистов, аккредитованных при полиции, представитель ведомства лишь повторял словно заведенный: «Мы не можем давать конкретные комментарии или подтверждать факты по делу, находящемуся в стадии расследования». В такой ситуации высказывания профессора стали восприниматься как достоверный факт и стремительно тиражировались, заполняя информационное пространство.

Пылая от ярости, с покрасневшим лицом, Чин Кёнвон пинком открыла дверь отдела уголовных расследований и стремительно направилась к группе № 5 отдела по особо тяжким преступлениям.

– Эй, Ли Мэк, что это такое? Разве так можно?!

– В том и дело… Я настойчиво просил сохранить все в строжайшей тайне…

– Но кто тогда? Начальник? Неужели это он слил всю информацию?

В этот момент за спиной раздался громкий голос:

– Эй! Кто сказал, что я слил информацию? Ты лично видела, чтобы это я сделал, Чин Кёнвон? Я о тебе был гораздо лучшего мнения. Ошиваешься с этим упрямым типом – и сама такой же стала? Как ты смеешь оговаривать начальство?

– Господин начальник, дело не в этом. Просто на телевидении и в интернете…

– Выводы вашего анализа везде, да. Но разве есть доказательства, что информация ушла от меня, а?!

– Господин начальник!

Когда Ли Мэк, нахмурившись, громко окликнул начальника, и Чин Кёнвон и начальник резко переменились в лице.

– Ли Мэк, не надо. Все, хватит. Господин начальник, простите. Я погорячилась.

– Ну-ну, бывает. Я бы на твоем месте тоже разозлился. Понимаю. Да и не так уж плохо, что ваш анализ попал в публичный доступ. Могут появиться наводки, сообщения от граждан. К тому же тот профессор по телевизору все свел к версии о психопате – серийном убийце, в отличие от нас… В общем, дело серьезное, давайте сделаем все возможное, чтобы раскрыть его как можно быстрее. Договорились? Ну, удачи!

Начальник уголовного отдела поспешно вышел из кабинета, не дожидаясь, пока Ли Мэк что-нибудь