Скопцы. Кровь Сеула - Пё Чанвон

о возрасте и роде занятий, но одно имя упоминалось особенно часто – Ким Чонсон. Это был шестидесятилетний пастор, который в последнее время стал широко известен публике после того, как сообщения о том, что он насиловал прихожанок, оказывая на них психологическое давление, появились в различных документальных передачах.

Его церковь можно было назвать скорее сектантской, однако у нее было довольно много прихожан и финансовых возможностей, а потому этот пастор мог позволить себе нанять адвокатов из лучших юридических фирм и подать ответный иск на прихожанок о клевете и даче ложных показаний, а также инициировать гражданские процессы с требованиями о крупной денежной компенсации. Параллельно через медиа он настойчиво продвигал версию, что обвинения прихожанок были частью заговора его противников, которые хотят изгнать его и завладеть имуществом церкви. На фоне этих заявлений расследование практически зашло в тупик.

Однако недавно одна журналистская программа-расследование опубликовала откровенные показания жертв и свидетелей, а также подтверждающие их слова текстовые сообщения, аудиозаписи и записи с камер видеонаблюдения. После этого на пастора Кима, его покровителей, а также на полицию и прокуратуру, до того проявлявших пассивность, обрушился шквал критики. Естественно, пастор Ким стал рассматриваться как главная цель кастраторов и оказался под усиленной защитой полиции и молодежной организации церкви.

Ким Чонсон, находившийся под круглосуточной охраной крепких молодых прихожан и полиции, в тот момент читал проповедь в главном молитвенном зале своей церкви – месте, которое можно было считать самым безопасным для него.

– Все эти злобные твари, которые клевещут на безгрешного наместника Господа и нападают на него, испытают небесную кару! Но перед этим их ждет наказание, которое назначу я сам! Их конечности сгниют, и они умрут, источая кровь из всех отверстий своего тела!

Дзынь! Резкий звон разбитого стекла раздался в молитвенном зале одновременно с криком пастора Кима: «… своего тела!» Сначала многие решили, что это просто очередной звуковой эффект, которые Ким так любил использовать во время проповедей. Но когда сквозь огромное витражное окно, разлетевшееся вдребезги, в церковь один за другим влетели трое неизвестных в балаклавах, сотни прихожан в зале и тысячи зрителей, наблюдавших трансляцию онлайн, оцепенели от ужаса. Трое налетчиков схватили Кима и, не встретив никакого сопротивления, утащили его через служебный вход, предназначенный только для самого пастора, и исчезли за его дверьми. У главного входа в зал и у ворот церкви полиция и молодежная организация прихода охватили территорию в три и даже четыре кольца. Никто даже не предполагал, что кто-то попытается проникнуть через окна передней части зала – тем более что их закрывала высокая ограда. Оттуда не только не ожидали проникновения – там даже не было места, где можно было бы разместить охрану. Однако никто не подозревал, что опытные паркурщики смогут проникнуть в церковь как раз через окно на фасаде.

Налетчики ушли через коридор за служебной дверью пастора – тем самым входом, через который Ким проводил женщин-прихожанок, чтобы никто не мог помешать ему насиловать их. Только когда дверь за ними захлопнулась, молодые прихожане опомнились и подбежали вслед за ними к двери, но остановились перед ней в замешательстве – дверь была заперта изнутри. К тому моменту, когда управляющий церкви примчался с ключом, нападавшие уже исчезли без следа, воспользовавшись тайным выходом из внутренней комнаты. Тайное помещение, которое пастор Ким устроил для совершения своих сексуальных преступлений, оказалось обращено против него самого – преступники использовали его для побега. Похоже, кто-то из жертв подробно рассказал им о планировке.

Люди, смотревшие онлайн-трансляцию богослужения, выложили в интернет видео момента, когда налетчики ворвались в храм и похитили пастора. Ролик мгновенно разлетелся по сети. Вслед за этим начали появляться и анонимные свидетельства жертв о тайном коридоре и скрытой комнате пастора. Люди были в восторге – эта сцена напоминала им кадры из кино. После этого случая общественное мнение все больше начало склоняться на сторону преступников. В то же время начали звучать и другие голоса, осуждавшие не только преступников, но и полицию, которая оказалась совершенно беспомощной перед ними.

7 марта 2024 года, четверг

В штабе ГААП проходило заседание, посвященное результатам ГИС-анализа, проведенного профессором Юн Ыйджу на основе данных с мест преступлений по делу. На экран большого монитора была выведена интерактивная программа с картой.

– То, что вы сейчас видите на экране, – разновидность ГИС, бесплатная программа, применяемая специалистами по всему миру, включая и меня. Сейчас я объясню вам, что мне удалось проделать с помощью этой программы. Для начала в качестве базы я применил карту Сеула со всеми административными объектами – это наш первый слой. Вторым слоем нанес информацию о местах преступлений. А потом наложил на это все демографическое распределение населения в этих районах, транспортную сеть, основные жилые комплексы, коммерческие зоны, районные планы застройки. В общем, все, что, по нашему мнению, может иметь отношение к выбору места преступления, – это третий слой. После этого я провел сложные вычисления – расстояния от мест преступлений до различных значимых локаций, их средние значения и так далее. Плюс добавил физические границы и препятствия, психологические барьеры, буферные зоны…

– Постойте, профессор, мы же не на научной конференции! У нас тут серьезная ситуация – пастор Ким похищен, а мы, несведущие в вопросах ГИС, голову ломаем над вашими словами, – недовольно прервал его Ким Тэсоп. Но Со Мари тут же возразила ему:

– Несведущие в вопросах ГИС? Да тут не нужно быть семь пядей во лбу, чтоб понять, о чем речь. Я, может, не так образованна, как вы, но вполне понимаю слова профессора – стоит только сосредоточиться и слушать внимательно. Это как когда ты что-то готовишь – стоит добавить разных ингредиентов в нужных пропорциях, и получается отличное блюдо. Так и тут, если взять связанную с преступлениями информацию из различных слоев, то можно получить вполне полезный результат. Профессор, я права?

– Точно, Мари. Вы очень просто и четко изложили то, что я объяснял сумбурно и слишком сложно. Когда мы «готовим» различные геоинформационные данные, есть несколько вещей, на которых мы особенно сосредотачиваемся. Во-первых, происходят ли преступления из серии в определенном районе – это называется «кластеризация». Во-вторых, существуют ли среди этих локаций так называемые выбросы – места, сильно выбивающиеся из границ кластера. Если они существуют, то что привело к их появлению – намерение, случайность или некая неожиданная переменная? И в‐третьих, прослеживается ли движение в пространстве по прошествии времени или с увеличением числа преступлений. Если такая тенденция есть, то что является решающим фактором, который ее формирует?

Нетерпеливый инспектор Ким Тэсоп