Скопцы. Кровь Сеула - Пё Чанвон

На одной из тихих сельских дорог уезда Янпхён провинции Кёнгидо стояло уродливое гигантское заброшенное здание высотой примерно в десять этажей. Похоже, когда-то это была гостиница – на крыше все еще висела старая вывеска, на которой можно было разобрать только последний слог: «…тель». Почти все стекла были выбиты, краска на стенах облупилась и осыпалась. На стене здания и на временных металлических перегородках, которые, по-видимому, установили, чтобы не пускать посторонних, висели пугающие баннеры с ярко-красными надписями: «Осуществляется право удержания. Частная собственность. Проникновение или повреждение карается законом». Здание заметно портило окружающий пейзаж своим видом.

Глубокой ночью к металлической ограде, похожей на крепостную стену, подъехала колонна из нескольких черных внедорожников. Мужчина, вышедший через заднюю дверь первой машины, отпер большой навесной замок ключом и открыл ворота. Машины одна за другой въехали внутрь, а затем он снова запер дверь уже изнутри. Через некоторое время, глубоко в подземной части здания, в маленькой комнате, где со стен были содраны обои, с пола – линолеум, а из мебели валялись лишь разбросанные столы и стулья, послышались голоса. На полу посреди комнаты лежала женщина – ее словно швырнули на пол.

– Эй, хозяйка. Знаешь, где ты? Это, конечно, Корея… но не корейская земля. Это территория, которую прибрали к рукам якудза. Кричи сколько хочешь – корейская полиция сюда тебя спасать не придет.

– Откуда мне знать? Я правда ничего не знаю. Пожалуйста, пощадите меня. Я дам деньги… все, что хотите. Только сжальтесь надо мной!..

– Ничего не знаешь… Ну так узнаешь. Мы тебе поможем. Нет, ты лучше вон на того посмотри – видишь, тот господин в полевой куртке? Что-то там готовит. Страшный тип, правда?

– Пожалуйста… пощадите меня.

– Этот господин, между прочим, раньше служил в спецподразделении японской армии… то есть Сил самообороны. А потом ушел из армии и стал якудза. Знаешь ведь якудза – японских бандитов? Говорят, там он и научился пыткам. Ну что ж, постарайся выдержать. Заодно на собственной шкуре почувствуешь, какими великими людьми были наши борцы за независимость. Хе-хе. А, да, кстати – он, кажется, из третьего поколения корейской диаспоры. По-корейски говорит не очень, но понимает все. Ай!

Мужчина в полевой куртке, который позади раскладывал на столе инструменты, внезапно развернулся и мощным ударом ноги с размаха ударил по лицу мужчину в черном костюме, угрожавшего женщине. Тот рухнул на пол, из носа хлынула кровь. Человек в полевой куртке наступил ему на шею.

– Сволочь! Кто тут, по-твоему, «из диаспоры»?! Грязный корейский ублюдок!

Мужчина, которому наступили на горло, не смог вымолвить ни слова. Его носовая кость была сломана, рот и нос заливала кровь, и он лишь беспомощно задыхался. Другой мужчина в черном костюме опустился на колени и поспешно затараторил:

– Кася, простите. Сумимасэн[23]. Мой друг совершил серьезную грубость. Такое больше не повторится. Прошу вас, простите. Онэгайсимас[24].

Остальные мужчины в черных костюмах тоже опустились на колени и вслед за ним повторили:

– Онэгайсимас!

Только после этого человек в полевой куртке убрал ногу с шеи мужчины. Тот, весь в крови, тяжело хрипя и хватая ртом воздух, был выведен из комнаты, опираясь на плечи товарищей. Женщина, наблюдавшая за этой сценой, дрожала от ужаса. Кася подошел к ней.

– Ты… имя?

– Хиён… Ю Хиён.

– Чон Угюн. Сон Убин. Знаешь их?

– Что?..

Раздался глухой удар, и Хиён резко повалилась на правый бок. Из ее носа потекла кровь, а на щеке отчетливо проступил красный отпечаток ладони. Все произошло так быстро, что она даже не успела закричать. Боль пришла только спустя мгновение.

– Можно ведь и без боли, легко уйти… А ты выбираешь трудную дорогу. Ну что ж, давай поиграем. Эй, привяжите ее к стулу.

Мужчины в черных костюмах задвигались слаженно, как один. Хиён подняли и усадили на стул, после чего ее руки и ноги крепко привязали к нему. По кивку Каси мужчины подтащили стол, на котором была разложена целая куча пыточных инструментов. Звонкий металлический лязг, когда Каса перебирал эти инструменты, довел тревогу и страх Хиён до предела.

– Итак, я буду использовать их по одному и получать удовольствие. А ты говори, когда захочешь что-нибудь сказать. Я не люблю долго болтать и задавать кучу вопросов.

– Я знаю, Сон Убин. Знаю! Я все скажу. Про Чон Угюна я почти ничего не знаю, а Сон Убин… Он был старшим воспитанником в «Доме Боско», в приюте, когда мы были маленькими. Но мы давно не виделись. Это правда.

– Где он сейчас?

– Что? Откуда мне… А-а-а-а!

Дикий, разрывающий крик прокатился по подземной каморке и эхом пронесся по всему заброшенному зданию. Но за пределы территории он не вышел. Даже если бы звук и вырвался наружу, вокруг все равно не было ни магазинов, ни домов, ни прохожих.

Между пальцами Каси был зажат целый клок волос, а над левым ухом Хиён волосы были вырваны – обнажилась побелевшая кожа, покрасневшая от боли. В некоторых порах выступили капли крови.

– Я же сказал, что не буду долго разговаривать. Где Чон Угюн и Сон Убин?

– Не знаю, ублюдок! Ты вообще человек?! Ты что, зверь?! А-а-а-а!

В левую руку Хиён был вбит большой железный гвоздь. В руке Каси был молоток. Кровь, хлынувшая из ее ладони, стекала по подлокотнику стула и капала на пол.

– Давно не упражнялся, но все равно точно в цель. В следующий раз будет правая рука. Чон Угюн, Сон Убин – где они сейчас?

– Ах ты тварь, да ты реально псих! Японская мразь! Не знаю! Не знаю! Убей! Убей меня! А-а-а-а!

На этот раз удар пришелся по тыльной стороне правой руки. От невыносимой боли Хиён выгнулась всем телом и потеряла сознание. Ее лицо было полностью покрыто потом, слезами и кровью. Не выдержав боли, она обмочилась – моча потекла по ножкам стула на пол.

Дело 13

Район Ынбон-дон, здание IMG

26 марта 2024 года, вторник

Географический анализ профессора Юн Ыйджу и членов ГААП выявил нарушения в закономерности в трех последних преступлениях серии. Профессору ничего не оставалось, как начать анализ заново. При этом он разговаривал по видеосвязи с Мэком – тот отправился в Янпён, чтобы разыскать пропавшую Хиён.

– Детектив Мэк, вам хорошо видно экран?

– Да, но он все время трясется. Было бы лучше, если бы вы закрепили телефон в одном