Тени Штарнбергского озера - Анна Казинникова

Райнер с долей брезгливости покосился на девушку. – Я что-то слышал про ваши булочки с сырым свиным фаршем. Буду в Бохуме, обязательно сводишь меня попробовать эту экзотику. В конце концов, это не должно быть хуже сверчков, которыми меня кормили в Таиланде.

Леа поджала губы. Некоторые блюда рурской кухни действительно своеобразны и вызывали оторопь не только у иностранцев, но и у жителей соседних регионов.

– Пресвятая Мария! – всплеснула руками Хайке, услышав обрывок последней фразы. – Ни за что не позволю моим гостям есть сверчков! Проходите, деточки. У нас по-простому, но от души.

Леа вымученно улыбнулась. Хайке проводила их к столику у окна, выходящего на небольшой пивной дворик. Наверное, здорово сидеть там вечерами, завернувшись в плед, попивать согревающий травяной чай и смотреть на бескрайнее звездное небо.

– Прошу, фройляйн Тиль, присаживайтесь. – Райнер с шутливым поклоном отодвинул стул.

– Благодарю, герр Фаст. – Леа решила, что Райнера, как и любые жизненные невзгоды, надо переносить стоически, поэтому, смирившись, села на предложенное место.

Накрытый стол заставил Леа удивленно ахнуть. Нет, декор был вполне ожидаемым и по-деревенски милым. Большая часть столешницы пряталась под расшитой накрахмаленной салфеткой, прижатой изящной вазочкой с сухоцветом. Фарфоровый кофейник с узким длинным носиком и золоченой окантовкой на крышечке, белоснежный молочник ему в пару, чашки, словно из сервиза ее бабушки, привезенные еще из ГДР. Но вот угощения… Леа зажмурилась и потрясла головой, решив, что от голода ей могло и привидеться. В центре стола, рядом с вазочкой, на деревянной подставке стояла большая чугунная сковорода, в которой шкворчала золотистая картошка, переложенная луком и хрустящими шкварками. На картошке покоилась глазунья с яркими оранжевыми желтками. Рядом в плетеной корзинке лежали ломти черного хлеба, будто только что вынутого из печи, с румяной корочкой. А вокруг, завершая картину, располагались баночка с горчицей, пестрые миски с маринованными огурцами и тарелка с нарезанным спиралью дайконом.

– Приятного аппетита, дорогие, – подмигнула Хайке, – я буду поблизости.

Райнер сел и с довольным видом потер руки.

– Ну-с, приступим… Ты не скромничай! День предстоит долгий, но интересный. Обещаю.

Леа налила кофе, который оказался выше всех похвал, и потянулась за вилкой. Болтовню Райнера она уже не слушала.

Глава 5

Замок над облаками

Политическое наследие Людвига II оказалось не менее противоречивым и загадочным, чем его история любви. Молодой король возглавил страну в период ожесточенной борьбы за будущее Германии. Несколько десятков государств с преимущественно немецким населением стремились к объединению, но вопрос был – вокруг какого центра? Австрия во главе с императором Францем Иосифом I продвигала свой план создания «Великой Германии». Пруссия во главе с королем Вильгельмом I и железным канцлером Отто фон Бисмарком – свой, «малогерманский» путь. А король Баварии Максимилиан II, отец Людвига, пытался создать третий полюс силы – союз среднегерманских государств в противовес амбициям соседей.

Внезапно – и крайне удобно для соперников – король Максимилиан скоропостижно скончался. Как раз в тот миг, когда Европа готова была вспыхнуть, словно спичка.

В год восшествия Людвига на престол Пруссия и Австрия совместно разгромили маленькую Данию. Датская армия уступала союзникам, как пара собачьих упряжек – кавалерийскому полку, и не могла себя защитить. Сложнее было добиться нейтралитета иных великих держав, но Бисмарк и это проделал с блеском.

А еще через год бывшие союзники сцепились уже между собой. В той войне Бавария поддержала Австрию и проиграла. Людвиг, не имевший военного опыта, доверился генералам старой школы.

Но, по иронии судьбы, именно этот «опыт» стал причиной катастрофы. Баварское командование застряло в эпохе Наполеоновских войн, тогда как Пруссия уже создала индустриальную военную машину. Старые тактики штыковых атак оказались бессильны против скорострельных ружей. Но еще острее ощущалось отсутствие доверия в штабе. Главнокомандующий принц Карл, двоюродный дед Людвига, видел в нем лишь малолетнего внука и не считал нужным посвящать монарха в тонкости кампании. Юного короля это ранило: он искал опору, искал «своего человека» в армии. Надежды возлагались на брата, принца Отто, но и здесь ждал удар. Письма Отто с передовой больше походили на романтические баллады, в которых правды было меньше, чем в пустых заверениях деда, будто ситуация под контролем. Людвиг остался один на один с грядущей катастрофой, не имея союзников даже в кругу семьи.

Однако Бисмарк не стал добивать поверженных врагов. В его планах, составленных на годы вперед, каждой пешке была уготована своя клетка на доске. Время рыцарских турниров прошло, началась эпоха хладнокровного расчета.

Из доклада Элизы Бауэр на студенческой научной конференции

Очерк сражения у Киссингенского моста

Его Высочества принца Отто

10 июля 1866 года

Бад-Киссинген

Солнце только-только начало греть по-настоящему, хотя над темными водами Майна еще стелются остатки ночного тумана. По изумрудному прибрежному лугу беспощадно топчутся грубые солдатские сапоги, превращая сочную траву в грязно-зеленое месиво.

С другого берега на подходящие к реке прусские батальоны взирают наши пехотинцы, благоразумно таясь от вражеского ока. У моста снят настил, зияет лишь железный остов. Брода здесь нет. Солнце же помогает защитникам града, слепя противника, лишая его возможности прицелиться. Ваш ход, ваше величество!

Свежий утренний воздух пьянит, точно вино. Легкий ветерок колышет нетронутые коровами ромашки и колокольчики. В лазури небес плывут белые клочья облаков.

Те же облачка внезапно опоясали холм за рекой. Грохот.

Под прикрытием огня орудий прусские солдаты по одному, точно муравьи, переправляются по остову моста, вступают в перестрелку с баварцами, принуждая их отступить. Холм, где стояла наша батарея, скрылся в дыму. Артиллеристы, сами под огненным гнетом, ничем не могут помочь своим пехотинцам. И вот уже мост восстановлен, прусские батальоны переправляются через реку. Подтягиваются эскадроны кавалерии, окончательно вытаптывая траву.

Баварцы отступают, яростно огрызаясь огнем. Город потерян, но сражение не стихает до самой ночи. И лишь под покровом тьмы наши храбрые войска снимаются с позиций и уходят на следующий рубеж, дабы завтра вновь дать бой.

Апрель 2018 года

Нойшванштайн, Бавария

– Нет. Ты не можешь этого просить!

Леа скептически осмотрела себя в зеркальной дверце шкафа и метнула на Райнера недовольный взгляд. Она в целом не любила переодеваний даже на традиционный кельнский карнавал, который посещала, только если этого требовала корпоративная этика. А уж наряжаться в чужую традиционную одежду казалось ей и вовсе нелепым. Но проигранное желание – черт дернул ее согласиться на пари – вынуждало идти на поводу у больной фантазии Райнера.

Началось все безобидно: они болтали за