Старая любовь - Джек Кетчам

- Пожалуй, да, Мэттью.

Потому что за ужином они больше времени провели в неловком молчании, чем в разговорах. Его шутки не вызывали смеха. Его обаяние не действовало. На самом деле она казалась почти враждебной, когда он пытался пустить в ход старое доброе обаяние. Ее мало интересовала его жизнь здесь, в Лос-Анджелесе, или разговоры о ее собственной жизни в Нью-Йорке. Только когда они говорили о Карен и Джиме, она проявляла интерес к тому, что он говорил. Поэтому он был очень удивлен, когда она спросила:

- Хочешь подняться? Поднимись и выпей со мной, - сказала она. - Может, нам удастся сгладить некоторые острые углы.

- Ты уверена? - спросил он, и она кивнула, так что он остановился перед отелем, передал ключи парковщику и последовал за ней через вестибюль к номеру 811.

Его пот от напряжения испарился.

Внутри она налила им водки "Абсолют" со льдом, они сели, и она скрестила свои длинные красивые ноги.

- Мир, - сказала она, и они выпили за это, хотя на самом деле никогда не ссорились.

Он заметил, что она мгновение изучала его взглядом, а потом сказала:

- Скажи мне кое-что, Мэттью. Ты думаешь, что людям обязательно нужно нравиться друг другу, чтобы заняться сексом? Ты считаешь это важным?

Он не был дураком. Это был не вопрос. Она приглашала его на танец. Даже если это и происходило внезапно, женщина все равно была чертовски привлекательна.

- Нет, - ответил он. - Абсолютно нет. Совсем не обязательно нравиться друг другу, чтобы заняться сексом. Ни в коем случае.

- Ты предпочитаешь быть сверху или снизу? - спросила она, и он сказал, что ему нравятся оба варианта, что было правдой, и в следующий момент он уже трахался с бывшей девушкой своего лучшего школьного друга.

И вот она уже привязывает его к столбикам кровати. Причем шелковыми шарфами. И леди явно умела завязывать узлы.

- Я буду трахать тебя до тех пор, пока ты не закричишь, Мэттью, - сказала она, а он ответил, что это звучит правдоподобно, и она сдержала свое слово. - Мы еще не закончили, - добавила она. - Скажи, когда будешь готов.

Он уже не был ребенком, и прошло немало времени с тех пор, как у него было две эрекции подряд, но она действительно довела его до этого.

- Говорят, что асфиксия добавляет удовольствия, - сказала она, садясь на него, вытащила подушку из-под его головы и прижала ее к его лицу.

Ему это совсем не показалось забавным. На самом деле, вскоре он полностью ослаб внутри нее, дрыгал руками и ногами, изо всех сил пытаясь вырваться из узлов, но шарфы держали крепко. Он слышал ее смех сквозь свои приглушенные крики под подушкой, пока она скакала на нем, а он просто пытался, черт возьми, дышать.

Он почувствовал, как она наклонилась к нему.

- Будешь кричать, если я уберу подушку? - спросила она.

Он покачал головой в знак отрицания. Определенное "нет". Она убрала подушку. Он жадно хватал ртом воздух.

- Хочешь попробовать еще раз?

- Нет! - сказал он, но она все равно накрыла его голову подушкой.

И он снова попытался сопротивляться, но она была намного сильнее, чем казалась, и он сходил с ума, пытаясь набрать воздух в легкие, пока, наконец, она не отбросила подушку, и не улыбнулась, сказав:

- Мы закончили.

Она погладила его по лицу. Ему хотелось накричать на нее и обозвать сумасшедшей сукой, которой она, несомненно, и была, но он боялся, что ему снова достанется проклятая подушка.

- Мы закончили, - сказала она. Тебе не о чем беспокоиться. Просто полежи немного и приди в себя, а я пойду приму душ и оденусь. Я знаю, ты, наверное, сейчас очень злишься на меня. Поэтому я сделаю вот что: отлучусь ненадолго, а перед уходом развяжу одно запястье и оставлю тебя разбираться с остальным. Справедливо? И, пожалуйста, не вздумай ждать моего возвращения, хорошо? Я имею в виду, чтобы выяснить отношения со мной? Я гарантирую, что ты не выиграешь, и тебе это не понравится.

Он спросил ее, почему. Почему, черт возьми, она это сделала?

- Ты флиртовал со мной весь ужин, - сказала она. - Настоящий бабник. Меня от этого тошнит.

Глава 12

Джим и Карен

- Говорю тебе, она меня чуть не прикончили. Эта баба - чертова психопатка!

Джим держал мобильник в одной руке, а другой доставал из холодильника майонез, дижонскую горчицу и кочан салата, передавая их Карен. Она слушала его рассказ, готовя тосты с виргинской ветчиной. Каждому по тосту: ей, Джиму, Линде и ее подругам Бет и Сьюзи, которые загорали у бассейна в том, что считалось купальниками.

Он взглянул на Карен и рассмеялся, и она ответила ему таким же взглядом. В конце концов, это же Мэттью. Еще одно его приключение.

- Наверное, ты ее чем-то разозлил.

- Разозлил? Мы занимались сексом, черт возьми!

- Да ладно тебе, Мэттью. Она просто играла с тобой. Ну, кое-что вышло из-под контроля, верно? Я имею в виду, что ты...

Он покачал головой. Карен закатила глаза и намазала майонез.

- ...зачем ты вообще позволил ей связать себя?

- Не знаю! Тогда это казалось хорошей идеей! Господи! Ты можешь мне хоть немного посочувствовать? Она когда-нибудь делала это с тобой?

- Связывала ли она меня? Черт возьми, конечно же, нет.

- Что ж, тебе повезло. Говорю тебе, я бы с ней расстался, будь я на твоем месте. Она чокнутая! Я имею в виду, я не думаю, что ты воспринимаешь мои слова всерьез, Джеймс.

- Конечно же, я воспринимаю твои слова всерьез, Мэтт.

Оба при этом чуть не рассмеялись.

- Честно. Я говорю серьезно. Я обязательно подумаю над этим, хорошо? Слушай, мне пора. Увидимся в понедельник. Жаль, что все получилось не совсем так, понимаешь?

- Верно. Да. Хорошо. В понедельник.

- Береги себя, Мэтт. Пока.

Карен разрезала сэндвичи и улыбнулась ему.

- Она его правда связала?

- А то! А потом накрыла ему лицо подушкой и держала. Я не понимаю. Чтобы Дора? Я знал, что она может быть находчивой, но я бы никогда не подумал, что она из этих, понимаешь? Ни за что на